Аномалия - Наталья Юнина

этике и неловкости может идти речь, если я скоро займу ее место, а ее переведут во вторую терапию.

– Ну раз после корпоратива, тогда приду, Анастасия Игоревна, – одно «приду» и лыба до ушей.

– Отлично, – тихо произносит она и тут же пересаживается за стол. – Раз почти все в сборе, начнем, – уже громче продолжает Настя, кивая в сторону дежурной медсестры.

Через пару минут в ординаторскую входят выскочка и Руслан. Последний тихо извиняется и, в отличие от рыжей, тянется к шкафу, чтобы надеть халат. Но проходить дальше он не спешит. Стоит рядом с выскочкой, но дожидается вовсе не того, когда закончится пятиминутка. Он тупо не сводит с нее взгляда. Как у нее это получается? Хотя, о чем я. Ясно как. Сам ведусь не меньше Руслана и других. Сегодня стерва на редкость хороша.

И хотелось бы сказать, что выглядит вульгарно, от того на ней и залипает взглядом как минимум половина ординаторской и далеко не только мужики, но нет, вульгарщиной, несмотря на то что одежды на ней отчаянно мало, здесь и не пахнет.

Короткие шорты бледно розового оттенка, выгодно подчеркивают стройные ноги в босоножках то ли на высоком каблуке, то ли на танкетке. Благодаря тому, что в самом низу ее шорты не в обтяжку, а собираются в гармошку, они смахивают на короткую юбку. Стойкое ощущение, что ноги у нее вообще не заканчиваются. Хороша сучка. Просто загляденье.

И хотелось бы сказать в стиле бабке на лавке – «зато верх как у проститутки». Но нет, шелковый белый топ не отрывает то, что хотелось бы увидеть любому нормального мужику. Все, мать ее, гармонично. Вынужден признать, что вкус и чувство стиля у выскочки есть.

Да уж, долго я не протяну. Себя и Настю можно порадовать, не дожидаясь корпоратива. И ведь все легко исправить – махнуться с Русланом. И в память тут же врезаются слова Эли. Как она тогда говорила «давайте махнемся, и я пойду к симпатичному блондину, а умная душнила ко мне?». Хер тебе на постном масле, а не практика у Руслана.

Самое удивительное, что эта бестолочь не замечает того, что внимание всей ординаторской приковано к ней. Конечно, рыжая занята перешептыванием о чем-то с Русланом.

И все-таки она редкостная дура. Неужели не осознает, что таким, неподходящим для отделения, видом вызовет как минимум зависть всей бабской части коллектива? К гадалке не ходи, Настя на старте. Отчитает так, что я могу и не подключаться.

Женщины не выносят конкуренции особенно, когда к игру вступает яркая молодость. Готовься, рыжая, пиздец тебе в лице Настеньки не за горами. Улыбайся, улыбайся, пока улыбается. И ведь не скажешь, что еще неделю назад валялась дохлым лебедем. Сейчас свежа, весела и непозволительно хороша.

– Сергей Александрович? – перевожу взгляд на нахмурившую лоб Настю.

– Что?

– У вас сколько выписывается пациентов?

– Двое.

– Очень мало. К концу дня жду как минимум троих, – в переводе на русский – не пялься куда не надо. Иди на хер, Настенька. – Мы с таким успехом не выполним план, коллеги.

– Выполним, Анастасия Игоревна. Не переживайте.

Переживать надо тебе, конопатая. Только я произнес это мысленно, как мы столкнулись с ней взглядами. Иди сюда, рыжая. Только шею не сверни.

– Доброе утро, – ставит рядом со мной на диван свою сумку, судя по габаритам, превосходящую ее саму в размерах, и усаживается рядом, положив ногу на ногу. И все-таки не каблуки, а танкетка. Ну что ж, мозг атрофировался не до конца. Отпивает кофе из стаканчика и ставит его на стол.

Ощущение такое, словно эта наглая девка вышла из салона красоты, а не тряслась в душном и потном метро. Распущенные волосы выглядят идеально. Волосок к волоску.

– Ты опоздала.

– Не совсем. Рабочий день начинается в девять. Я пришла ровно в девять. Я не виновата, что пятиминутка началась без пяти девять.

– Ты опоздала, – повторяю, не отводя взгляда от ее обуви.

– У меня есть уважительная причина.

– Какая?

– Я заходила в нашу часовню, поставила свечку за ваш упокой. За здравие в смысле. Ладно, ладно, шучу, никуда я не заходила. Я решила вас отблагодарить и приготовить вам что-нибудь вкусное, чтобы поднять настроение, и чтобы вы поменьше меня сношали. В смысле, поменьше мне мозги трахали, – перевожу взгляд на ее лицо.

– И что ты мне приготовила?

– Свои фирменные гнезда, – вот тебе и благодарность. Только этого говна мне еще не хватало.

– Ты что-нибудь умеешь готовить, кроме плова из семи залуп и гнездосрулей?

– Омлет.

Забираю коробку из ее рук и как только открываю ее, взгляд тут же падает на эмблему известной пекарни.

– Ну ладно, это не я готовила, а зашла в пекарню и купила вам булочки со сливками.

– Серьезно думаешь, что я буду есть в тридцатиградусную жару булочки со сливками?

– А почему нет? Они же из холодильника. Ну, не хотите – не надо, я сама съем. Говорят, сладкое заменяет секс, мне кажется, вам оно нужнее.

– Мне? – скрыть удивление в голосе не удается.

– Ну да. У вас явно его не хватает.

– Сказала ппп девственница.

– Ппп? Ааа. Пуританка, пескетарианка и пиз….да, поняла. А тут все просто, Сергей Александрович. Кто не пробовал – не страдает от его отсутствия, а вы явно хорошо практиковали, но сейчас налицо застой в чреслах, иначе вы бы так не придирались ко всем.

– Чреслах?

– Ага. Пусть будет литературно. Вот вам этот застой и нужно чем-то компенсировать.

– А ты вообще понимаешь с кем разговариваешь?

– Понимаю. И делаю все, чтобы вы отдали меня Руслану Викторовичу.

– Ну раз понимаешь, должна осознавать, что чем больше ты чего-то хочешь, тем меньше шансов на то, что ты это получишь.

– Ага, поняла, что все бесполезно. А вы разве не идете на общее собрание?

– Нет, мне лень. Мое отсутствие не заметят.

– Вам, как будущему заведующему, негоже пропускать такие важные собрания.

– К твоему сведенью, половина врачей на этих собраниях спит, остальная половина сидит в телефонах.

– Ясно. У меня есть пять минут, чтобы позавтракать перед мозговым штурмом?

– Есть, – открываю окно, дабы проветрить вонь от духов.

– Спасибо. Совсем забыла, – протягивает мне конверт. – Это компенсация за испорченную машину. Только давайте без «здесь мало