Сердце наружу - Виолетта Роман

внимательный взгляд. Его губы кривит улыбка, когда Илья поворачивается ко мне. А я, вспыхнув, отвожу глаза.

– Можешь не смущаться, Малая. Смотри на меня, я разрешаю, – смеется этот негодяй, ввергая меня в еще большую краску.

– Я вот о чем думаю, Верховский.

Он вздергивает бровью после того, как я зову его по фамилии. Игнорируя его смущающие взгляды, я прочищаю горло.

– Куда мы едем?

Я готова услышать все, что угодно: кафе, ресторан, парк. Но только не то, что произносит это наглец в следующую минуту.

– Ко мне едем, Малая. Домой.

* * *

Просто здорово! Вот уж не думала, что окажусь сегодня в доме практически незнакомого парня. Верховский даже мнения моего не спросил! Так и заявил, мол, а чего спрашивать тебя, ты ж даже в машину ко мне сесть не хотела, а в гости поехать точно бы не согласилась.

У него, конечно, железная логика и наглости ему не занимать. Но сказать, что я нервничала – ничего не сказать. Верх остановил машину возле трехэтажного жилого дома. Проехав во двор, он поставил ее в гараже.

– Пошли, мелкая, – улыбнулся криво, выходя из тачки.

Я осмотрелась по сторонам. Черт, словно попала в центральный парк города. Извилистые дорожки из плитки, ровный стриженый газон и высокие туи, рассаженные по периметру. Посреди двора был небольшой фонтан, переходящий в пруд, по гладкой воде которого плавали утки.

У меня нет слов, чтобы описать, как тут было красиво. Илья стоял в нескольких метрах, ожидая меня. Его руки были в карманах джинсов, а во рту он перекатывал невесть откуда взявшуюся зубочистку. Я присела на корточки и коснулась пальцами воды. Она была теплой и приятной. Я знаю, что слишком заморачиваюсь, но сейчас, глядя на это великолепие вокруг, я понимаю, насколько огромна пропасть между нами с Верхом. Он чертовски богат, красив и обаятелен. Уверена, у него куча девчонок. Представлю, какие тусовки парень закатывает в этом доме для друзей. Быть в центре внимания – это его ниша. А вот я… Что могу ему дать я? Скромная серая мышка. И как я приведу его в гости в нашу халупу с отцом? Господи, умудрилась ты, Вика, запасть на неподходящего тебе парня!

– Эй, мелкая, искупаться решила? – раздается его насмешливый голос.

Оборачиваюсь, залипая на его белозубой улыбке.

– Ну не зря же я в купальнике до сих пор, – направляюсь к нему.

Он стоит на месте. Когда я подхожу, Илья смотрит на меня сверху вниз. В его глазах полыхает пламя. Он проходится по моей фигуре раздевающим взглядом.

– Уверен, без него тебе намного лучше.

Я шлепаю его по плечу.

– Веди меня уже…

Верх смеется и берет меня за руку. Мы поднимается по ступенькам крыльца. Когда мы заходим в дом, я поднимаю голову, и чувствую легкое головокружение – настолько тут высокие потолки.

– Ты голодная? – он поворачивается ко мне.

Я отрицательно качаю головой.

– А зря, потому что я голоден и мы идем есть.

– Мог бы и не спрашивать, – вздыхаю, закатив глаза.

Прохожу вслед за Ильей в кухню. Она огромная, просторная и светлая. Все выдержано в одном стиле.

Илья скидывает бейсболку с головы и наклоняется к холодильнику. Он вытягивает оттуда продукты и бросает их на стол. Я устраиваюсь на барный стул, никак не могу перестать озираться по сторонам. Дом и правда чудесный, приятный и большой. Не знаю, кем работают родители у Ильи, но он явно не из разряда простой молодежи.

– О чем думаешь? – спрашивает он, укладывая на хлеб кусок колбасы.

Я пожимаю плечами. Почему-то здесь теряюсь совсем. Интересно, родители Марго такого же достатка?

– Дом у тебя красивый очень… мы с тобой такие разные, – я пожимаю плечами. Понимаю, что несу полную ерунду, но брать свои слова назад не стала бы.

Его взгляд вдруг становится напряженным. Словно ему не нравится то, что я говорю.

– Наша семья далека от идеала, Малая. И разве ты не знаешь, что по внешнему виду судить нельзя? – он наполняет бокал апельсиновым соком и, пододвинув его, протягивает мне сделанный бутерброд. Залипаю на его пальцах, держащих еду. Несмотря на то, что есть я не хотела, отказаться не могу.

– Про внешность ты точно подметил, – улыбаюсь. – На курсанта ты уж точно не похож. С чего вдруг такое решение? Быть военным – вряд ли это про тебя…

Его брови взлетают вверх.

– А что про меня?

Я пожимаю плечами.

– Клубы, дорогие тачки, драки…

Верх слушает меня с ленивой улыбкой. Парень делает еще один огромный бутерброд, надкусывает его и с наслаждением начинает жевать. Я следую его примеру. Это и правда невероятно вкусно. Прикрываю глаза от наслаждения.

– Ты обалденно готовишь! – восклицаю восторженно с набитым ртом. Получается не очень понятно, но Илья благодарно кивает.

– Это один из плюсов военной жизни, – заявляет он с донельзя довольным видом. – У меня было много смен по кухне.

Пока мы затронули эту тему, решаюсь спросить еще кое о чем.

– Зачем ты пошел в военное?

Илья неспешно пережевывает еду. Как мне кажется, специально оттягивая время.

– На это была причина. Но я уже не так уверен, что поступил правильно.

Меня не устраивает его ответ. Если он хочет быть со мной, то пусть будет откровенным.

– Ты не хочешь говорить о причине?

Верх допивает свой сок и ставит бокал на стол. Он подходит ко мне, смотрит в мои глаза с улыбкой.

– Я хочу говорить о тебе, Малая, – парень наглым образом раздвигает руками мои ноги, устраиваясь между ними. Его пальцы скользят по моей спине, слегка вдавливаясь в тело.

– Та фотка, ты же понимаешь, что заставила меня чертовски нервничать? – в его голос укор или мне кажется? – В таком виде одна на долбанном пляже. А если бы я не успел вовремя?

Мне не нравится его привычка менять тему разговора. Да и произошедшее на пляже не хочется вспоминать. Но запах его парфюма, жар его тела и заставляют мое сердце грохотать о ребра.

Я тянусь за своим стаканом, делаю глоток освежающего сока, все это время не сводя своих глаз с его. Я вижу, как в них снова вспыхивает пожар. И мне дико нравится то, как он реагирует на мою близость.

– Но ты ведь успел, – чувствую, как по нижней губе скатывается капелька сока. Слизываю ее языком и застываю. Вижу, как дергается его кадык, когда он медленно сглатывает слюну. Желваки заходят на его скулах. Кое-кто завелся…

Мое сердце вот-вот выпрыгнет из груди. В горле снова пересыхает, а ведь только что я