Навстречу приливу - Лора Павлов

Трэвис обожал свою жену, но любой, кто его знал, понимал, что его главная слабость — это Лайла. Им пришлось через многое пройти в детстве, и он всю жизнь был для неё опорой. Сколько парней мы с ним и Браксом припугнули за эти годы — не сосчитать. А когда она уехала в Чикаго в Северо-Западный университет по спортивной стипендии, он был чертовски горд. Но я знал, как тяжело ему далось её отъезд — ведь всю жизнь они были только друг у друга.

— Она отказалась жить у нас с Шей, потому что считает, что раз мы только поженились и ждём ребёнка, нам нужно «личное пространство» — какое-то полное дерьмо. А отец… это просто катастрофа, но Лайла всё равно пытается его спасти. Она слишком верная. Слишком упрямая. Слишком хорошая, чтобы разбираться с его дерьмом. Конечно, для неё это непростая перестройка — столько лет в спорте, в соревнованиях, а теперь этот этап её жизни закончился. И как бы мне ни хотелось, чтобы она вернулась домой, я не хочу, чтобы её затянула вся эта хрень с отцом. Она заслуживает лучшего. Она заслуживает большего, — он покачал головой.

— Да расслабься ты, Трэвис. Она взрослая женщина. Говорю это, потому что тоже вчера её встретил, когда зашёл выпить пива с этим придурком, — Бракс кивнул в мою сторону, будто я забыл. — Она уже уходила, и, чёрт возьми, твоя младшая сестрёнка стала шикарной женщиной.

Он насвистел, прекрасно зная, что это выведет Трэвиса из себя. Мы видели Лайлу и раньше за эти годы, но всегда подкалывали его, напоминая, какая она красивая.

— Да пошёл ты. Не смотри на неё так. Она ещё молодая. До взрослой ей далеко, — Трэвис метнул в него предупреждающий взгляд. — Ей предложили работу в той крутой компании, где она стажировалась в прошлом году. Она такая умная, мать её. Они даже согласились придержать для неё место до сентября, чтобы она смогла пожить дома и проверить, как там отец. Но он не изменится, так что я не понимаю, зачем она ставит свою жизнь на паузу.

Я понимал его желание защитить сестру. У меня у самого две сестры, которых мы с братьями оберегали как могли. Но у Трэвиса всё было иначе. Мы хотя бы росли с двумя родителями, которые заботились о нас, а у Лайлы, кроме него, никого не было — если не считать их отца, который свалил из их жизни много лет назад.

— Пусть побудет здесь немного, проведёт время с тобой и Шей. Может, отец хоть немного возьмётся за ум, пока она рядом, а потом она вернётся в Чикаго. Она сказала, что место за ней сохраняется, так что пусть просто расслабится пару месяцев.

— Чёрт, согласен. Она пахала, не покладая рук. Когда мы были моложе, я не помню, чтобы видел её хоть раз без пробежки или тренировки. Это привело её в колледж, где она четыре года совмещала учёбу и соревнования. Пусть хоть немного передохнёт, — покачал головой Бракс.

Я усмехнулся. Этот парень редко говорил разумные вещи, но сейчас он выдал, пожалуй, самую умную мысль за последнее время.

— Она, кажется, рада быть дома. Наверняка вымоталась, — сказал я.

— Это да. Но мне не нравится, что она живёт у отца. Как обычно, он связался с хреновыми людьми. Мне не по себе от мысли, что она будет рядом со всем этим дерьмом, понимаешь? — Трэвис скомкал бумагу от сэндвича и бросил её на барную стойку.

Я понимал его беспокойство. Мы всегда о ней заботились. Между нами была разница в возрасте, и иногда я знал, что её раздражало, как мы с Трэвисом и Браксом относились к ней, будто она всё ещё ребёнок. Если уж быть честным, мне и самому не слишком нравилась идея, что она живёт в доме своего отца.

— У меня есть гостевой домик на участке. Предложу ей пожить там, когда она придёт обсуждать работу. Джорджия планирует переехать туда после выпуска, но это будет уже после того, как Снежка вернётся в Чикаго. — Джорджия была моей младшей сестрой, самой младшей из всех нас, Рейнольдсов. Мы были близки, и когда два года назад я купил старый домик и полностью его переделал, она сразу застолбила себе место в гостевом домике.

Трэвис кивнул, жуя. Его плечи заметно расслабились.

— Спасибо, брат. Должен тебе.

— Я должен обидеться, что ты не предложил ей работу у меня? Нам в офисе всегда нужны лишние руки, а уж если бы Лайла там работала, я уверен, половина мужиков в Коттонвуд-Коув кинулись бы покупать дома, — Бракс хитро повёл бровями.

— Да пошёл ты, придурок. Даже не думай. Хью никогда не переступит эту черту, а вот ты думаешь только своим членом.

Я расхохотался, когда Бракс уставился на него, будто его только что ударили по лицу.

— Хью тоже думает своим членом. Спроси у Тори Хопкинс. Она на прошлой неделе пьяная разрыдалась, рассказывая, как он вскружил ей голову, а потом бросил её несчастную, — сказал он, допивая пиво.

Я покачал головой.

— Ты придурок. С чего вообще ты с ней это обсуждаешь? Мы встречались в школе, и, если помнишь, я застал её под трибунами, когда она отсасывала Тони Рэндаллу. Так что она может рассказывать эту историю как угодно, но это не я её бросил. Я оставил её с членом Тони во рту. И то, что спустя столько лет она до сих пор скучает по моему — это уже не мои проблемы.

— И вот поэтому ни один из вас, ублюдков, не должен приближаться к Лайле. Хотя, по крайней мере, я знаю, что этот точно никогда не сделает такой ошибки. А вот ты… В тебе я не уверен, — сказал Трэвис, кивнув на Бракса.

— Да иди ты. Когда я хоть раз переходил черту? — Бракс воздел руки, изображая возмущение.

— Ты переспал с моей девушкой в старшей школе, — напомнил Трэвис.

— Вы тогда сделали перерыв! — возмутился Бракс. — И без обид, но Донна переспала со всеми. Она была очень… общительной.

— Хью с ней не спал. И, если помнишь, я тоже, — усмехнулся Трэвис.

Это была старая шутка между нами. Донна тянула его за нос полтора года — по меркам подростков это вечность. Рассказывала, что хранит себя для брака, а потом внезапно бросила его и переспала со всеми, кого он знал.

Но не со мной.

Я был не из тех.

Я любил женщин и наслаждался сексом. Встречался с разными, но предпочитал