Мой Однолюб. В его сердце другая (СИ) - Лина Коваль

пупка на впалом животе и аккуратной, округлой груди с отчетливыми сосками, выглядывающими из-под ярко-розового купальника.

— Я пас, — снова нацепляю кепку и вытираю лицо от соли.

— Почему… Вань? — слышу удивленный голос со своего бывшего шезлонга.

Пока жадно пью воду из бутылки, оборачиваюсь.

Сталкиваемся ищущими взглядами. В её я чувствую какую-то открытую насмешку, скорее всего, вызванную тем, что она всё поняла.

У меня на неё встал. И в море я свалил, чтобы как следует остынуть.

А сейчас она думает, что я идти с ней не хочу, почему? Стесняюсь, как юная девственница?

Усмехаюсь.

— Что плохого в шампанском? — скромно спрашивает Таисия.

— Кто много пьёт, долго не живёт, — произношу грубовато и, прихватив со столика телефон и сигареты, снова покидаю пляж.

Глава 2. Тая

Провожая широкую спину Соболева, не нахожу ничего лучше, как показать ему язык. «Долго не живёт». Сказал человек, который в двадцать первом веке курит Мальборо, словно он какой-нибудь ковбой из старого американского фильма.

— У тебя было очень красивое платье в финале, — подает голос Соня.

Отлепив глаза от белоснежных шорт и бронзовой спины, улыбаюсь девушке.

— Спасибо. Но платья на финальную проходку предоставляют спонсоры.

— И вы их не выбираете заранее?

— Только если очень повезёт, — пожимаю плечами. — На одном из конкурсов наряды вообще привезли за два часа, и мне пришлось подгонять платье по фигуре с помощью булавок-невидимок.

— Ого. А ты его выиграла? Ну, конкурс этот?

— Я все конкурсы, в которых участвовала, выигрывала, — тихо произношу, стараясь, чтобы мама не услышала.

Моё новое увлечение она воспринимает с долей иронии, если не сказать сарказма. Считает, что на конкурсах красоты побеждают только те, кто «даёт главному спонсору». Прямых обвинений в лицо я не получала, но даже такой скепсис порой выбивает из колеи.

— Я тоже хочу поучаствовать, но мама мне запретит, — произносит Соня, поглядывая на Яну Альбертовну. — Скажет, что все будут думать, что мне подсуживают. Будто я просто так не могу быть самой красивой.

— Ты очень красивая, — подтверждаю. — Я таких улетных кудряшек никогда в жизни не видела.

— Спасибо, — краснеет она.

Снова отвожу взгляд в сторону специально отведённого места для курения, где маячит заветная белая бейсболка.

Пока не понимаю, как именно я отношусь к тому, что мы в Кемере встретили Соболевых. С одной стороны, будет чуть повеселее. С другой, я только-только научилась не думать о Ване. Даже с Робертом встречаться начала.

— Эх, жалко, что Ваня не согласился, — тянет Соня. — Одних нас мама не отпустит.

Улыбаюсь, потому что не хочу её расстраивать. Мне почти двадцать, и я уж точно не собираюсь ни у кого отпрашиваться. И ждать пока Ваня Соболев соизволит согласиться тем более.

Я вообще с раннего детства привыкла к самостоятельности. Бабушек и дедушек рядом никогда не было, а родители немного двинутые на своей профессии врачи. Начиная с подготовительной группы детского сада, которую я, к слову, посещала самостоятельно, потому что мама договорилась с директором, я способна полностью себя обслуживать. Приготовить, постирать, сходить в магазин. Уборка с начальной школы тоже всегда была на мне.

Я можно сказать вот-вот только жить начинаю. Благодаря выигранной в городском конкурсе красоты однокомнатной квартире ещё и отдельно от родителей, наконец-то.

Прикусив как следует губу, чтобы её не раскатывать, наблюдаю, как Соболев вразвалочку возвращается на пляж. Вопреки моде на татуировки, его тело практически чистое, если не считать небольшой наколки на предплечье. А ещё на вид очень аппетитное.

Заметив, что Иван смотрит прямо на меня, стремительно отвожу взгляд. Щурюсь от солнца, слепящего в глаза, и радуюсь ярким бликам на поверхности воды. Я не очень хорошо плаваю, поэтому в море обычно меня не затянешь. Если только спуск максимально плавный.

Вздрагиваю, от звука упавших на столик пачки сигарет и зажигалки. Соболев озирается в поисках места и я, почувствовав себя максимально неловко, поджимаю ноги к груди и обнимаю колени руками.

— Садись, пожалуйста.

Указываю на освободившуюся половину шезлонга.

Ваня кивает, а когда усаживается рядом, словно жаркой волной обдаёт. Его тело раскаленное, такое же как песок под ногами.

— Вань, а Турция древнее государство? — спрашивает Соня.

— Одно из самых древних, — кивает её старший брат. — Завтра возьмем машину, покажу тебе амфитеатр.

— Мама! Ты слышала? Мы поедем в амфитеатр!..

— Поезжайте, — смеется Яна Альбертовна. — И Таю возьмите.

Закатываю глаза, снова чувствуя себя неудобно. Ожидаю, как именно Соболев по аналогии с шампанским что-нибудь ответит, чтобы мне отказать. Вроде того, что длительные поездки на автомобиле вызывают геморрой.

Но на удивление Иван молчит, зато моя мама приподнимается на шезлонге, снижает солнцезащитные очки на нос и подозрительно осматривает нашу троицу.

— Тай, принеси мне коктейль.

Удрученно вздыхаю.

— Какой, мам?

— Что-нибудь со свежими ягодами, на среднегазированной воде и без сахара.

— Ладно, — бурчу, ловко поднимаясь так, чтобы не задеть мускулистого соседа.

Проталкиваю ноги в узкие босоножки на танкетке.

— Я с тобой, — подлетает Соня и начинает искать свою обувь.

— Ты что, хмм… — озадаченно выговаривает Соболев. — Так пойдешь?

Удивленно осматриваю розовый купальник. Трусы обычные, даже не стринги, верх тоже вполне приличный. Последние полгода я усиленно тренировалась в зале, поэтому за фигуру не стыдно. Затем кидаю взгляд на бар под открытым небом, расположенный в метрах двадцати от нас.

— А что? Надо как-то подготовиться? — недоуменно отвечаю.

Иван поигрывает желваками на скулах и резко поднимается с места.

— Пожалуй, с вами прогуляюсь.

Глава 3. Тая

— Таисия, ты уже знаешь, что областной конкурс пройдёт у нас в городе? — спрашивает меня Яна Альбертовна, когда мы возвращаемся.

Не знаю, зачем именно он пошел с нами, если попить ничего не взял. Устанавливаю безалкогольный мохито на стол и усаживаюсь на шезлонг, намеренно оставляя для задницы Соболева место. Он падает рядом.

— Да, организаторы мне уже рассказали, — вежливо киваю, отпивая коктейль.

— Что ещё за конкурс? — слышу справа низкий голос.

— Конкурс красоты, — отвечает за меня мэр. — Тебя ведь не было столько времени Вань. Таисия одержала победу сначала в университете, затем на городском этапе и скоро будет представлять нас на областном конкурсе. Так что будем болеть.

— А как же, ладони отобьём, — иронично отбивает Иван, и я обстреливаю его очередью из насмешливых взглядов. Серо-зеленые глаза, колючий на вид подбородок, зона паха и снова глаза.

Соболев злится. Так же как до этого, когда быстрее в море сбежал. Всё-таки в ослепительной внешности есть свои плюсы. Раньше я бы не смогла позволить себе быть такой наглой, но обретенная уверенность подталкивает к разным шалостям.