Расплата за спасение (СИ) - Кондр Светлана

Мужчина пошел, проходя мимо комнаты с накрытым столом, лестницы и открыв прозрачную стеклянную дверь, занес меня в парную. Он посадил меня на скамейку, и я стала наблюдать за тем, как он поставил рядом металлический таз и стал наливать в него сначала горячую, а потом холодную воду.

Здесь было очень жарко, голова кружилась от запаха хвои и мяты, и я расслабилась.

– Держи, – он протянул фляжку. Я открутила колпачок и понюхала, сладковатый приятный запах пощекотал ноздри. Сделав маленький глоток, я отдала фляжку обратно. – Так дело не пойдет, глотни нормально, это можно сказать – успокоительное.

Вкус напоминал ликер, и я припала к горлышку, продолжая следить за Климом.

Странным и удивительным для меня было то, что он был сдержан и спокоен, как будто двое убитых недавно не легли тяжким грузом на его душу. Клим не бил меня, не брал, швыряя из угла в угол, не насильничал. Я снова вспомнила о том, что если бы он не помог, страшно подумать что бы со мной сейчас было. На глаза набежали слезы. Я желала поскорее смыть с себя кровь убитого. Мне не жаль их, они получили по заслугам. Мерзкие твари, и тут у меня вырвался вопрос:

– Тебя теперь могут посадить за убийство?

– Ты переживаешь за меня? – он подошел и раздвинув руками мои ноги, встал между ними. Я посмотрела вниз, мне было неловко от нашей близости. Я не знала, что ответить на его встречный вопрос, наверно вообще не стоило с ним говорить, чтобы он не использовал это против меня. Клим направил мое лицо к своему и проговорил: – Мне ничего не будет.

Взяв ковшик, он опустил его в таз. Зачерпнув теплую воду, Клим стал поливать мои волосы и спину, а после и себя облил водой. Выдавив на ладонь мыло, его руки начали скользить по моему телу очищая кожу от крови, грязи и воспоминаний о том, что должно было со мной произойти. В его руках я забывала обо всем этом, особенно когда он касался промежности…

Клим никуда не торопился, был нежен и обращался со мной чутко и ласково. Только налившийся длинный орган, выдавал его мысли и желания. Именно он сорвет мою вишенку, которую я мечтала подарить своему единственному, которого до сих пор не встретила…

Клим стал смывать с меня пену и немного задержавшись на груди, перешел к шее и слегка сжал её. Тогда оторвав взгляд от его пениса, я посмотрела в глаза мужчине.

– Боишься его? – спросил он.

Подняв руку и потрогав его мокрую челку, с которой стекали капли воды, я покрутила головой и ответила:

– Нет.

– А зря…

Он накинулся на мой рот и стал неистово, горячо целовать. Его мягкий, настойчивый язык вылизывал мой, а губы впивались до боли сильно. Придвинув меня ближе, прижав к себе, он стал натирать клитор и от приятных ощущений я свела ноги зажимая его бедра.

– Расслабься, если ты не обманула, тебе будет не так больно.

Я послушала мужчину и перестала зажиматься. Он направил свой член и резким рывком зашел в меня, вынуждая припасть к его груди и вскрикнуть. Это было чертовски больно. Я стала плакать…

Немного подождав, Клим снова толкнулся и только сейчас я поняла, что до этого он не полностью проник во влагалище, а вот сейчас его мужская сила до конца наполнила меня, оставляя внутри чувство жжения и боли.

Он вышел, и я увидела на его члене свою девственную кровь. Клим зачерпнул воду и смыл с себя доказательство моей невинности, а после промыл половые губы. Он снова поднял меня и вынес из парной. Поднимаясь по лестнице Клим целовал мою шею и сминал ягодицы. Ему хотелось продолжения, а я желала, чтобы мы поскорее с этим покончили. У меня до сих пор оставались там неприятные ощущения, и я не знала, когда боль утихнет.

Клим отнес меня в спальню и положил на белоснежную простыню. Он забрался следом и взяв мои ноги под колени раздвинул их, раскрывая меня и снова вошел. Ему нравилось наблюдать как его член утопает во мне и снова появляется, а мне было интересно смотреть на этого мужчину. Боли я уже не ощущала, теперь проснулось странное чувство внизу, щекочущее нервные окончания. Дошло до того, что его движения выбили из меня стон и Клим, посмотрев в мои глаза, смочил палец слюной и стал им натирать клитор. Вперемешку с его толчками, во мне произошло небывалое. Голова закружилась и из неё будто исчезли все мысли и на смену им пришли тепло, легкость и удовольствие…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Клим вышел из меня и слез с кровати. Я думала, что он тоже закончил, но он потянул меня за ноги, перевернул и опустил коленями на пол, а грудь придавил к постели и снова начал брать. Сейчас он был намного резче и вжимая свои пальцы в мои полушария двигался быстро и очень грубо. Хорошо, что мое тело было наполнено легкостью и я просто лежала и принимала его в себя, меня не отрезвили и его сильные шлепки, они наоборот вновь стали отправной точкой к получению следующего удовольствия…

Мы занимались сексом несколько часов и Клим несколько раз будил меня ночью. А когда утром, я приоткрыла веки, то не поверила своим глазам. Я лежала в своей постели и была накрыта одеялом. Нет, такое не могло присниться, мое тело ныло, и я точно вчера занималась сексом. Но как я оказалась здесь, как он узнал где я живу?

Сев на кровати, я потерла свой лоб, пытаясь вспомнить поездку домой, но в голове было пусто. Я не помнила ничего, после того как без сил упала от очередного оргазма, у меня был полный провал. Мне стало грустно, ведь я даже не попрощалась с ним. Положив голову на колени, я повернулась в сторону окна. Мое внимание привлек большой букет розовых лилий, источающий свежий и приятный аромат, а в нем маленький конвертик с зеленой литерой «К».

Я потянулась и вытащила его из цветов. Открыв, я прочла там фразу из пяти слов:

– Пусть я останусь приятным воспоминанием…

Глава 3

Прошло четыре года

– Сколько прыти, силы, ловкости, – проговорил муж, выражая своим голосом желание и восхищение. Филипп подошел сзади, пока я плавно отрабатывала удары для нападения и провел рукой по моему оголенному потному прессу. Тело от его касаний вступило в режим боевой готовности. – И все это таится в такой малышке.

– Тебя это смущает? – я вывернулась из захвата, одним быстрым движением развернулась и схватила Филиппа за горло, попутно отвела колено для нанесения удара в пах, но остановилась.

– Меня это возбуждает, – на атаку он не отреагировал, слишком самоуверен. К тому же Филипп знает, что я не стану бить его...

Горячая ладонь мужа заскользила по бедру, не вызывая во мне никаких приятных ощущений и проникнув под ткань шорт сжала ягодицу.

– Ты очень сексуально смотришься с мечом в руке, – значит он давно наблюдает за мной. – Холодное оружие добавляет тебе эротичности, – Филипп потянулся к моим губам, но я успела отвернуть голову.

– Ты мешаешь мне тренироваться, – возразила я.

– Достаточно, отдохни и побудь со мной. У меня есть немного свободного времени перед работой, и я хочу провести его со своей женой, – Филипп приподнял меня и понес на мат. Я обреченно вздохнула, понимая, что сейчас придется заняться с ним сексом, не имея возможности отвертеться. Я и так три недели мучала его глупыми отговорками, а потом и вовсе уехала на неделю в дом отдыха. Он давно не получал желаемого, и сейчас мне надо уступить под его натиском. – Ты хочешь меня? – спросил Филипп.

– Да, – соврала я, смирившись с тем, что надо будет потерпеть пятнадцать минут его вторжений в мое тело и выполнить свой супружеский долг, хотя совершенно этого не хочется. Мне безразличны его касания, ласки, но что поделаешь, приходится идти на жертвы, я хочу сохранить брак и спокойствие в доме.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Он стал целовать мою шею, а я скривила лицо от того, что мне было неприятно, мерзко.

Хочу чтобы это скорее закончилось…

Меня можно назвать фригидной, ведь секс не приносит мне никакого удовольствия. Я испытываю не простой дискомфорт, а отвращение. В том числе этот негатив вызван необходимостью лгать и притворяться, имитировать удовольствие. Но время от времени приходится мириться и позволять мужу насытиться нашей близостью, дать почувствовать власть надо мной, овладеть моим телом, показать, что я принадлежу ему. Я делаю это редко, чаще к сожалению не получается, очень трудно противостоять себе и идти на близость, которую совершенно не желаешь...