Сьюзен Фокс - В небесах принимают решение

— Нет еще. — После непродолжительной паузы Рай добавил: — Ночь стоит ясная, звездная и теплая. Если хотите, можем полюбоваться на ночное небо перед вашим отъездом.

— А… змеи? Там не страшно гулять, когда темно?

Раз первое, что ей пришло в голову, были змеи, следовательно, она не очень обиделась на его слова за ужином. Рай улыбнулся.

— То, что было вчера, редко происходит. Бастер, по-видимому, встретил змею далеко от дома.

— Да?.. — неуверенно проговорила она. — Благодарю. Может быть, я погуляю… позже.

Последовало молчание. Мрачное «спокойной ночи» и стук каблуков по гравию дали ей понять, что разговор окончен.

А что, если Рай предлагает ей оливковую ветвь и хочет помириться? Ее своенравная сестра и бабушка никогда так не поступали, но вдруг он сменил гнев на милость?

Приглашение Рая поглядеть на звезды, возможно, означает, что он стал лучше относиться к ней. В таком случае ей следует ответить тем же.

Лиллиан открыла дверь.

— Рай? — Она увидела очертания его стройной фигуры всего в нескольких метрах от двери.

Пожалуй, я полюбуюсь на звезды, пока совсем не стемнело.

Он остановился и обернулся к ней.

— Тогда идите сюда.

Лиллиан вышла. После яркого света в спальне ночь показалась такой темной, что она ничего не видела. Только услышала шаги Рая и вздрогнула, когда его пальцы коснулись ее ладони.

Он повел ее к дальнему концу патио, за бассейн, вода в котором чуть поблескивала. Отсюда виден был свет из окна ее спальни и тусклый огонек ночника на кухне. Лиллиан шла медленно, стараясь осторожно ступать в темноте.

— Что такое? — спросил он, когда они остановились.

— Плохо вижу.

— Просто глаза еще не привыкли. Закройте их на минутку.

Поколебавшись, Лиллиан послушно закрыла глаза, попробовала высвободить ладонь и почувствовала облегчение, когда он тут же ее отпустил. Прикосновение его сильной руки слишком волновало Лиллиан.

Открыв глаза, девушка взглянула вверх.

— О Господи… — завороженно прошептала она. Черная небесная высь была сплошь усыпана звездами.

— Знаете, где находится Большая Медведица? — Рай говорил низким, чувственным голосом.

Лиллиан показала пальцем на небольшое созвездие.

— Там, — тихо произнесла она, — рядом с Малой Медведицей и Полярной звездой.

В лунном свете Раю было хорошо видно ее восхищенное лицо. С детским восторгом Лиллиан стала перечислять названия созвездий.

— Какие они яркие, — с благоговением шептала она. — И их так много…

Лиллиан была настолько поглощена звездами, что даже не сознавала, как близко стоит Рай. У нее закружилась голова, и она протянула руку в поисках опоры. Пальцы ее коснулись его груди, и она ойкнула.

— Извините… я…

Рай прижал ее руку к своей груди. Лиллиан повернула голову и посмотрела на него. Другой рукой он обнял ее за талию и медленно притянул к себе. Она ощутила жар его тела, который словно обжег ее.

У Лиллиан подкосились ноги.

— Я… простите. Дело в том, что иногда, когда я гляжу вверх, у меня начинает кружиться голова, — выдавила она и попыталась высвободиться.

Но Рай прижал ее к себе еще крепче. Лиллиан с ужасом увидела, что он наклоняется к ней. Испугавшись, что сейчас он ее поцелует, она в последнюю секунду увернулась, и губы его коснулись ее шеи.

И словно именно эту нежную шею он и стремился поцеловать, Рай убрал ее волосы и стал нежно покусывать кожу. Она чуть не вскрикнула, а его укусы становились все более страстными и настойчивыми, отчего у нее затряслись колени.

Лиллиан охватило сильное возбуждение. Рай сжал ее грудь, и она задрожала. Поддавшись наслаждению, девушка положила руки ему на плечи и попыталась поцеловать Рая в щеку. Но коснулась лишь его волос и уха. Кровь так яростно бурлила в ней, что Лиллиан казалось, ее сердце вот-вот разорвется на куски.

И вдруг она поняла, что просто жаждет, чтобы он поцеловал ее в губы. Так захотелось вновь пережить то восхитительное ощущение, которое доставил ей поцелуй Рая прошлой ночью, что она не выдержала.

— Пожалуйста, — прошептала она, удивляясь тому, как хрипло прозвучал ее голос. — Пожалуйста… ты… нужен мне. — Запустив пальцы в его волосы, она взъерошила их.

Рай оторвался от шеи Лиллиан.

И властно впился поцелуем в ее губы. Рука его отпустила ее грудь, и Лиллиан застонала от Разочарования, но он тут же подхватил девушку на руки.

— Продолжим в доме.

Лиллиан начала постепенно приходить в себя. Она испытывала и радость, и желание, и ужас, и восторг одновременно. Она целовала его подбородок и шею, а Рай огромными шагами шел через патио, не выпуская ее из крепких объятий, был настолько возбужден, что даже не думал, что может споткнуться и упасть. Распахнул дверь в свою спальню и ногой закрыл ее снова. На полпути к кровати он остановился и жадно впился в ее губы.

Лиллиан ответила на поцелуй, не сознавая, что ресницы у нее мокрые от слез. Она продолжала отчаянно целовать его.

Страсть Рая наконец пробудила в ней женщину. Его губы, его тело, его возбуждение говорили о том, что она желанная и, вероятно, даже любимая. То, что этот красивый мужчина каким-то образом превратил ее из сексуально подавленного существа, которым она являлась, в истинную женщину, делало и его желанным для нее.

И от этого чуда — восхитительной радости, переполнившей ее сердце, — Лиллиан казалось, что она уносится куда-то ввысь. Его теплые губы продолжали целовать ее так, словно он был не в состоянии оторваться от ее рта. И вдруг — внезапно — он прервал поцелуй.

У нее заныло сердце при мысли о том, что она чем-то разочаровала его. Может быть, она слишком нетерпелива или, наоборот, чересчур холодна? Он весь вдруг застыл. Подобное спокойствие обычно как затишье перед грозой, перед припадком ярости.

Он медленно ослабил свои объятия и опустил ее. Ноги ее коснулись ковра.

— Что-то не так? — дрожащим голосом тихо спросила она. Ей было страшно услышать ответ.

— Все не так.

У нее возникло ощущение, будто ей в сердце вонзили кинжал. Она кивнула, хотя в комнате было темно и он не мог увидеть ее кивка. От стыда у нее запылали щеки.

— Я понимаю. Мы познакомились всего лишь двадцать четыре часа назад. Все слишком быстро.

— Вот именно, радость моя, — мрачно ответил он. — Если мы окажемся в этой кровати, то для меня это будет всего лишь секс. А для тебя это означает свадьбу и кольцо с бриллиантом в пятнадцать каратов, которое ты продернешь мне в нос. К тому же секс для тебя — то же самое, что и предложение выйти замуж… вне зависимости от того, когда это произойдет: через двадцать четыре часа после нашего знакомства или двадцать четыре месяца.