Луис Реннисон - Выйти замуж за викинга, или под венец в меховых шортах (ЛП)

10.26

Я предполагаю, что это может быть один из членов банды. Может, мне стоит поговорить с кем–-то о моей внутренней боли. Мне так скучно и началась депрессия, в любом случае.

— Привет, Штаб-Квартира Горя.

— Чао, Джорджия.

Это, Масимо!

Его голос просто обворожителен и мммммммм.

Мой, конечно же, был похож на писк мыши.

— Э, чао.

— Джорджия, Я... ты разговариваешь... мне очень жаль, что я не позвонил вечером, потому как вспомнил уже об этом поздно. Я был... в любом случае, звоню сейчас.

Я старалась держаться весёлой и сытой потерями. Не по нраву эта Женщина-Панда.

О, да, да. Я сейчас, через две вещи на... На каникулах... На земле. Хахахахахаха.

Я смеюсь вслух, или это мне просто кажется в моих мозгах?

Была пауза и Масимо спросил:

— Так ты меня впустишь?..

— Да, позвони в звонок, когда придешь и...

Звонок в дверь.

Ой, Святые угодники, он был за дверью.

Я сказала в телефон:

— Но я... Эээ... Не одета.

Он рассмеялся. Он не смеялся по телефону, он смеялся через дверь. Потому что я смогла увидеть немного его очертания сквозь матовое стекло.

Мне придётся сказать ему через дверь! Но если я могу видеть его очертания сквозь матовое стекло, это означает, что он тоже в состоянии видеть меня. Я обошла столик с телефоном. Даже не знаю для чего. Я могу видеть своё отражение в зеркале холла.

Бог ты мой, я выгляжу, как Маугли, которого воспитали волки.

Я не могу так продолжать беседу. Поэтому говорю:

— Эээ, я одеваюсь.

Он снова рассмеялся.

— Хорошо, но для меня это совсем не обязательно. —  И опять рассмеялся. — Я буду ждать тебя снаружи. И да, тут твои коты.

Я отвечаю:

— Не подпускай их к своим штанам.

Он спросил:

— Эмм, что?

Но я уже поднялась наверх.

Через две минуты

Штаб–квартира истерии.

Быстро, быстро надеть что-нибудь. Что-то секси, но простое утреннее. Джинсы? Юбка с бахромой? Джинсы или юбка? Юбка или джинсы? ООО НЕ-Е-ЕТ. Я НЕ СОБИРАЮСЬ ТУТ СНОВА... Джинсы и топ с надписью «Отрывайся по полной» на нём? Да-да, хорошо, пойдёт так.

Еще через две минуты

У меня не было времени, чтобы очистить лицо и нанести тональник, так что я просто убрала панду и повторно накрасила ресницы и губы. Моя рука так тряслась, что я не смогла обвести глаза карандашом. У меня бы вышли в конечном итоге крестики-нолики на всём лице. А в качестве изюминки у моего мозга был небольшой разговор с самим собой – отлично:

— Масимо звучал довольно расслабленным и весёлым, вы не думаете? Не в глупом настроении.

— Да. И он сказал одну вещь, когда я сказала, что должна одеться. Он сказал: «Хорошо, но тебе необязательно это делать для меня». Это тогда было бы похоже на синдром «красной попы». Не так ли?

— Спасибочки.

Через две минуты

Ринулась в ванную комнату. У меня на голове был оригинальный взрыв атомной бомбы. О нееет!!! Я смазала их вниз гелем столько, сколько я могла. Потом я проглотила около половины тюбика зубной пасты. Мой нос ещё, казался, немного плоским, так что я покрутила им пальцами, чтобы придать ему немного больше формы.

Через минуту

Теперь, просто практика спонтанной улыбки. Язык сзади зубов и улыбка.

Хорошо, хорошо.

Произвести маниакальный смех, сломав систему. Хахаха-хахахахадихахаха-да!!! И быстрый взрыв диско инферно викингов, чтобы остановить желание показать ему.

Топ, топ, удар ножом, удар ножом и съеживаться... ГООООРРРРН!

Через минуту

Готова.

Солнечные очки?

Хороший план.

Одеть солнечные очки.

И открыть дверь.

И вдохнуть.

Он у ворот. Его скутер был припаркован на улице, и он сидел на нём спиной ко мне, глядя на кити-кэтов. Мистер Через Дорогу должен был чистить машину судя по ведру с мыльной водой, которую пьёт Горди. Его подбородок весь испачкался пеной. А Ангус лежал в машине на руле. Ах, да, и есть Наоми, голова которой выглядывает с переднего сиденья. Мистер Через Дорогу психанет, когда увидит их. Но кого это волнует?

Я ничего не сказала. Отчасти потому, что мои нервы были на пределе, и ещё, потому что моя улыбка означала, что я не могла построить какие–либо слова. Масимо должен был почувствовать моё присутствие, потому, как он оглянулся. Я чуть не упала в обморок. Он был одет в действительно крутую цвета холодного льда толстовку на молнии и солнечные очки. Он снял очки, и в солнечном свете его глаза были почти жёлтые. Они были удивительны с очень густыми закрученными ресницами, с которыми он был как будто сонным. Масимо соскочил со скутера и медленно подошёл ко мне. Он даже ходит в итальянской манере, как будто в медленном танце. Он высок, и его волосы немного длиннее, чем у здешних парней, тёмные и слегка вьющиеся. Я забыла, как сказочно он выглядит. Я не могла двинуться, потому что я потеряла всё управление над телом. Он продолжал подходить ко мне. Может он снимет мои очки и скажет: О, Джорджия, ты так прекрасна! – как они это делают в тупых фильмах. Или, возможно, он выкинет мои очки прочь, увидит мой тонкий нос с правильными пропорциями, и быстро наденет очки обратно. Заткнись, мозг, ты не в теме! После, казалось нестерпимых миллионов лет, он был прямо передо мной.

Он всё ещё ничего не сказал. Он наклонился ко мне, и я подумала, Звуки Английских колоколов, он собирается поцеловать меня, и всё будет хорошо.

Он снял мои очки и затем поцеловал меня в щечку и ещё раз в другую. Что это значило? Это было похоже на лесби-поцелуй тётушки Лизи!

Он сказал:

— Давай поедем и немного прокатимся куда-нибудь по дороге.

Мне удалось кивнуть. И удивительно, как моя голова не отвалилась.

Это было прекрасное солнечное утро, и он протянул мне запасной шлем. Я села позади него. Как он завёл двигатель, я был слишком напряжена, чтобы прикоснуться к нему, но с другой стороны, мне не хочется упасть, когда он ускоряется. Я положила руки на спинку моего сиденья, чтобы удержаться, но он сказал:

— Держись за меня.

Я положила руки ему на талию. Не сильно сжимая. Но он взял мои руки и крепче сжал их вокруг своей талии, а затем нажал по газам.

Я была так рада снова увидеться с ним. Он ускоряется до Хай-Стрит, которая просто кишела людьми. К сожалению, не было тех, кого я знала. Мне бы хотелось, чтобы престарелая Осьминожка нас увидела. Затем мы свернули с улицы и выехали за город. Я надеялась, что шлем не придаст мне стрижку прославленного Ричарда III[ «Ричард III» (англ. Richard III) – британская киноэкранизация одноимённой пьесы Уильяма Шекспира, осуществлённая в 1995 году Ричардом Лонкрейном по сценарию Иэна Маккеллена, который исполнил заглавную роль ], которая так популярна среди душевнобольных. Я буду беспокоиться об этом позже. Мы не говорим. Ну, он спросил: