К. Борджиа - 11 дней и ночей

Через три с небольшим месяца Керри стала поднимать вес, равный ее собственному. Еще через месяц она призналась Итану в своих чувствах.

Девочку ждало разочарование.

Итан долго уклонялся от интимных встреч, хотя ему было уже почти тридцать, а наивность Керри, ее молодое тело индианки и первозданная, никогда не проходившая процесса одомашнивания красота могли свести с ума любого, кто имел глаза и видел. Наконец, теряя терпение – как-никак горячая кровь! – Керри попробовала сама отдаться ему. Она выследила Итана и, когда он однажды вечером остался один в мужской душевой, смело разделась донага и пришла к нему под прохладные струи.

Итан не захотел ее. Керри до сих пор не могла без отвращения вспоминать те унизительные минуты, когда она с безумной отчаянностью предлагала ему себя, испробовав все возможные средства и кончив тем, что встала коленями на мокрый кафель пола и взяла его безжизненного дружка в рот. Она, девственница…

Это фиаско многому ее научило. С Итаном они, как ни странно, остались друзьями. Зато теперь у девочки спала с глаз пелена влюбленности, и она увидела, сколько еще мужчин готовы выстроиться в длинную очередь, чтобы с гордостью назваться ее любовником.

Тем не менее, Керри некоторое время выжидала. Домашнее воспитание привило ей убеждение в том, что девственность – не порок, а богатство, которое следует поелику возможно беречь. Она дразнила всех своим кокетливым вниманием, не бросала ни на день тренировок и крепла телом и духом.

А потом ей все вдруг разом надоело. Она устала на что-то надеяться. И отдалась. Самому обычному парню, совсем даже не культуристу, которого встретила одним погожим субботним вечером в баре по соседству с домом. И снова ей пришлось начинать эту игру в ухаживание первой, потому что бедняга никак не мог поверить в то, что эта до одури красивая девчонка сама предлагает ему выпить еще по «мартини», а пока он сосет хмельное зелье через соломинку, гладит его по ноге и преданно заглядывает в глаза.

Потом они вышли из бара и отправились гулять по пустынному в этом месте пляжу.

Керри запела. Еще в детстве мать научила ее многим гавайским песням, и вот теперь она вспомнила одну из них, о хищном кондоре, который летит над островом и видит внизу, среди скал, двух влюбленных. Сама себе аккомпанируя голосом, Керри стала раздеваться перед новым знакомым, а когда сняла с себя последнее, легла на песок и призывно потянулась мускулистым телом.

Юноша был значительно старше Керри, но он никогда в жизни не видел ничего подобного. Она даже испугалась, что все повториться, как то было с Итаном, когда юноша присел рядом с ней на корточки и стал с трепетом водить сухой ладонью по упругой коже ее живота, бедер и груди.

Опасения Керри оказались напрасными. В тот вечер она стала женщиной и была приятно удивлена новыми, пришедшими неизвестно откуда ощущениями.

С этого момента мужчины сделались ее страстью, которую она по-прежнему старалась несколько сдерживать упорными занятиями в тренажерном зале.

В семнадцать лет она обратила на себя внимание сразу всех американских мужчин, завоевав на конкурсе женского бодибилдинга титул «Мисс Тело». Газеты справедливо заметили по этому поводу, что титул недостаточно точен и не дает полного представления о достоинствах победительницы. Правоту этой точки зрения Керри подтвердила на следующий год, заняв первое место в конкурсе «Мисс Гавайи».

Если Дороти и Наташа пришли в «Мотылек» через журнал «Пентхауз», то Керри оказалась там благодаря тому, что после второго конкурса наотрез отказалась позировать перед объективом Боба Гуччоне. Отказ этот вызвал бурю негодования и кривотолков – короче, скандал получился на славу, и портреты юной, доселе неизвестной широкому кругу обывателей красотки замелькали на самых читаемых страницах еженедельников и газет.

Дороти тоже была заинтригована. В прессе усиленно муссировался тот факт из биографии маленькой скандалистки, что она всегда с большой охотой шла на сближение с мужчинами, как говорится, невзирая на лица. А тут раз – и влепить пощечину специально мужскому журналу! Где это видано?..

Одним словом, Дороти не поленилась найти в Нью-Йорке гостиницу, в которой временно жила Керри, и имела с девушкой долгую беседу, закончившуюся к обоюдному удовольствию в китайском ресторанчике. В доверительной обстановке Керри призналась новообретенной подруге в том, что шумиха была спровоцирована ею специально, причем с полного одобрения самою шефа «Пентхауза», тоже заинтересованного в лишней рекламе своего детища. Кстати, с ним она заранее подписала контракт на год о том, что не будет фотографироваться обнаженной ни для одного издания как внутри, так и за пределами Америки, чтобы через год вспыхнуть яркой звездой на страницах столь «презираемого» ею сейчас журнала.

В тот же вечер Дороти откровенно изложила перед юной слушательницей свою точку зрения на мир и отношение в нем двух полов, после чего было высказано предложение о сотрудничестве.

Керри стала «мотыльком». Это она посоветовала Стефании, по крайней мере, три раза в неделю ходить заниматься в спортзал.

СТЕФАНИЯ АУРАМ – 24 года, рост 172 см, вес 55 кг, родилась в Будапеште, Венгрия, в браке не состояла, детей нет.

Собственно, рассказывать о ней уже нет ни смысла, ни времени, поскольку она как раз входит в залитое ярким солнцем фойе «Мотылька».

Глава 8

– Всех ненавижу! – заявила Стефания, захлопывая за собой дверь и устало плюхаясь на мягкую подушку кожаного дивана, издавшего при этом вздох удовольствия.

– Не выспалась? – спросила ее Керри, стоявшая у распахнутого окна, допивая свой «утренний» кофе.

– Не выспалась! – Стефания запрокинулась на спинку дивана и провела ладонями по обтянутой платьем груди. – Милая моя, к твоему сведению я на ногах с семи утра. Это ты, я вижу, только проснулась.

Керри не оглядывалась на подругу, но по ее губам, прикасавшимся к краешку аппетитной белой чашки было видно, что она улыбается.

– Просто этот подлец Баковский решил сделать из меня порнозвезду, вроде нашей Тери. Кстати, ее сегодня что, нет?

– Утром заходила отметиться, – подала голос Наташа, сидевшая в противоположном углу помещения за компьютером. Клавиатуру она при этом держала на коленях, так что издалека могло показаться, будто она ласкает себе бедра. – Господин Дю Пон пригласил ее вчера в круиз по Новой Зеландии.

– Наверное, они уже там, – мечтательно подхватила Керри, ставя чашку на подоконник. – Я слышала, что Новая Зеландия – действительно райское местечко, каких теперь на Земле уже не осталось. Не зря же, наверное, австралийцы устраивают туда буквально паломничества.