Джанет Иванович - Одна дамочка с пистолетом

Наверно, мне следовало принять те же меры предосторожности, но я не могла вообразить себя с оружием, заткнутым за пояс юбки. К тому же это был напрасный жест с тех пор, как Морелли узнал, что у меня не хватит духу выстрелить в него.

Мы с Рейнжером пересекли стоянку и прошли через подворотню к квартире Морелли. Рейнжер постучал в дверь и немного подождал.

- Есть кто дома? - заорал он. Никто не ответил.

- Что сейчас? - спросила я. - Ты собираешься вышибить дверь?

- Вряд ли. Можно ногу сломать, изображая дерьмового мачо.

- Собираешься взломать замок, так ведь? С помощью кредитной карточки?

Рейнжер потряс головой.

- Ты слишком много смотришь телевизор.

Он вынул ключ из кармана и вставил в замок.

- Достал ключ у управляющего, пока тебя ждал.

Квартира Морелли состояла из гостиной, обеденной ниши, кухни, ванной и спальни. Было относительно чисто, мебели мало. Маленький квадратный дубовый стол, четыре стула со спинками, удобная мягкая кушетка, кофейный столик и одно мягкое кресло для отдыха. В гостиной у него была дорогое стерео, а в спальне небольшой телевизор.

Мы с Рейнжером обыскали кухню в поисках книжки с адресами, пролистали счета, небрежно сваленные кучей перед духовкой для тостеров.

Легко можно было представить Морелли дома, швыряющего ключи на кухонную стойку, скидывающего башмаки, просматривающего почту. Волна раскаяния прошлась по мне, когда я осознала, что, похоже, Морелли никогда больше не сможет наслаждаться этими простыми ритуалами на свободе. Он убил человека и заодно эффективно покончил со своей собственной жизнью. Это страшная расплата. Как он мог быть таким тупицей? Как мог вляпаться в это чертово дерьмо? Как с людьми такое вообще случается?

- Ничего здесь нет, - констатировал Рейнжер. Он нажал кнопку на автоответчике.

- Привет, распутник, - проворковала женский голос. - Это Карлин. Перезвони мне.

Бип.

- Джозеф Энтони Морелли, это твоя мама. Ты дома? Алло? Алло?

Бип.

Рейнжер выключил автоответчик и скопировал код защиты и код личных сообщений.

- Возьмешь эти номера и сможешь получить доступ к сообщениям с внешнего телефона. Может, что выяснишь.

Мы двинулись в спальню, пройдясь по шкафам, пролистав книги и журналы, изучив фотографии на комоде. Фото были семейные. Ничего полезного. Никаких фотографий Кармен. Большая часть шкафов пустовала. Он забрал все носки и нижнее белье. Жаль. Я ощущала в некотором роде предвкушение порыться в его трусах.

Мы снова вернулись на кухню.

- Все чисто, - сказал Рейнжер. - Не найдешь здесь ничего полезного. Сомневаюсь, что он вернется. На мой взгляд, похоже, он забрал все, что ему было нужно.

Он снял связку ключей с маленького крючка на стене и сунул мне в руку.

- Лови. Чтобы не беспокоить управляющего, если захочешь войти снова.

Мы закрыли квартиру и просунули одолженный у управляющего ключ в его дверную щель. Рейнжер устроил свое поджарое тело в Мерседесе, нацепил зеркальные очки, откинул верх, врубил оглушительный рок и выкатил со стоянки в стиле Бэтмена.

Я безропотно вздохнула и посмотрела на свою «нову». На асфальт из нее вытекало моторное масло. А через два парковочных места стоял, сияя в солнечном свете, новый красно-золотой джип «чероки» Морелли. Я ощущала вес связки его ключей, висящих на пальце. Ключ от дома и два от машины. Я решила, что не будет никакого вреда взглянуть поближе, поэтому открыла дверь «чероки» и вскарабкалась внутрь. Машина еще пахла как новенькая. На панели ни пылинки, коврики пропылесосены, без пятен, красная обивка была гладкой и выглядела, как само совершенство. У машины были пятискоростная коробка передач и полный привод, а также достаточно лошадиных сил, чтобы потешить мужскую гордость. Оборудована она была кондиционером, радио и магнитофоном, двусторонним полицейским радио, сотовым телефоном и сканером диапазона гражданской связи. Да, отличная машина. И она принадлежала Морелли. Это несправедливо, что преступник вроде него должен владеть такой грандиозной машиной, а мне положено иметь всего лишь кусок дерьма.

Вероятно, пока машина открыта, мне следует запустить ее ради его же блага, подумала я. Автомобилю вредно простаивать. Это знает каждый. Я глубоко вздохнула и аккуратно устроилась за рулем. Отрегулировала сиденье и проверила зеркала заднего обзора. Положила руки на руль и проанализировала свои ощущения. Я могла бы поймать Морелли, будь у меня такая машина, говорила я себе. Я сообразительная. Я упертая. Все, что мне нужно – это машина. Не знаю, не знаю – может, следует поездить на ней. Может быть, просто покататься - недостаточно для нее. Может, машине нужно проехаться вокруг квартала. А еще лучше, следует поездить на ней день или два, основательно поработав над устранением шероховатостей.

Ладно, кого я стараюсь надуть? Я собиралась украсть машину Морелли. Не украсть, убеждала я себя. Конфисковать. Прежде всего, я - охотник за головами и, вероятно, имею право конфисковать машину, если возникает непредвиденный случай. Я кинула взгляд на «нову». Выглядит, как чрезвычайная ситуация.

В краже машины Морелли усматривались дополнительные преимущества. Я была совершенно уверена, что ему это не придется по вкусу. А если он разозлится, то, может, сделает какую-нибудь глупость и погонится за ней.

Я повернула ключ зажигания и постаралась проигнорировать тот факт, что сердце забилось с удвоенной силой. Секрет хорошего охотника за головами кроется в способности поймать момент, приговаривала я про себя. Гибкость. Способность к адаптации. Творческие находки. Все необходимые атрибуты. И не мешает проявить мужество.

Я несколько замедлила дыхание, чтобы не заработать гипервентиляцию и не разбить свою первую украденную машину. У меня был еще один пункт назначения на этот день. Нужно было посетить бар «Степ Ин энд Грилл». Известный, как место работы Кармен, «Степ Ин» располагался в нижней части Старк Стрит за два квартала от гимнастического клуба. Я раздумывала, не вернуться ли домой, чтобы переодеться во что-нибудь более легкомысленное, но, в конце концов, решила остаться в костюме. Неважно, как я одета, я не собираюсь прикидываться завсегдатаем пивнушки.

Найдя парковку за полквартала от нужного места, я закрыла машину и прошла короткий путь до бара, чтобы только обнаружить, что он закрыт. На двери висел замок. Окна были зашторены. Никакого объявления не наблюдалось. Не такое уж это разочарование. После случая в клубе, мне не улыбалось вломиться в другой мужской бастион на Старк Стрит. Я устремилась назад, к «чероки» и проехалась туда и обратно по улице в надежде увидеть Морелли. После пятого заезда идея исчерпала себя, да и горючее было на исходе, поэтому я завязала с этим. Я проверила бардачок на предмет кредитных карточек, но ничего не нашла. Отлично. Ни тебе бензина. Ни денег. Ни пластиковой карты.