Линда Трент - Лучшие подруги

«Большей глупости нельзя и придумать, – мысленно усмехнулась Челси, – представляю, с какими лицами Сесилия и Джойс припрутся ко мне в гости. Но по край ней мере я их пригласила, а приходить или нет, пусть решают сами».

Бейкеры уехали, и вскоре церковь совсем опустела. Один из двоюродных братьев Карен вызвался помочь Челси. Они были знакомы уже не первый год. Его звали Томас, он жил в Миссисипи, где обитала большая часть родственников со стороны матери Карен.

– Я рад, что мы приехали на свадьбу, – сказал он, когда с уборкой было покончено. – Иначе где бы мы встретились снова?

Челси улыбнулась ему:

– Через сколько лет ты оканчиваешь Миссисипский университет? Года через два?

– Через три. Мне пришлось пропустить несколько курсов.

Она выключила свет, закрыла в темноте дверь и направилась в комнату для переодевания. Томас пошел следом за ней.

– Мои родители уже давно в отеле: у мамы снова разболелась голова, и им пришлось рано уехать. Я хотел посмотреть, как Карен и Райн сядут в машину, и сказал отцу, что возьму такси. Ты знаешь, где здесь телефон?

– Я могу тебя подвезти. Где вы остановились?

– В Вударт-Армс.

Челси оглядела комнату. Подняв с пола упавшую вешалку, она взяла салфетку и стерла пудру с туалетного столика.

– Они выглядели счастливыми, – говорил Томас, следуя за ней по пятам. – Карен такая застенчивая. Я не думал, что у нее будет большая свадьба. Хотя тетя Сесилия вряд ли согласилась бы на скромное семейное торжество.

Челси не ответила.

Томас поднял с пола коробку и с видом лихого баскетболиста бросил ее в мусорную корзину.

– Два очка! – стараясь казаться непринужденным, воскликнул он. – Знаешь, почему родители не стали настаивать, чтобы я уехал вместе с ними? Они догадались, что я хочу поговорить с тобой.

– Ты о чем? – Челси пристально посмотрела на Тома.

– О том, что ты мне очень давно нравишься, а я все никак не могу сказать тебе об этом.

– Сейчас не самое лучшее время для таких разговоров, – сказала Челси, выходя из комнаты.

– Я думал, что мы могли бы где-нибудь посидеть, выпить.

– Разве тебе уже двадцать один? По закону в Техасе раньше не наливают.

– У меня есть фальшивое удостоверение личности. К тому же я выгляжу старше своих лет. Ну, как?

Спустившись вниз, они встретили священника.

– Очень мило с вашей стороны, что вы задержались. Спасибо. С остальным, пожалуй, я справлюсь сам, – приветливо улыбаясь, сказал он.

Челси взглянула на Томаса:

– Я оставила машину за церковью.

– Давай ключи, я мигом…

Вскоре молодые люди уже ехали по направлению к маленькому бару, в который Челси частенько заглядывала, когда училась в колледже.

Музыка гремела вовсю, дым разъедал глаза, но народец здесь собирался весьма милый (в основном ровесники Челси) и в высшей степени неагрессивный. К тому же тут не очень-то внимательно проверяли удостоверение личности. Томас без труда получил джин с тоником и подсел к Челси, с праздным любопытством рассматривающей танцующие в центре зала пары.

– Как ты думаешь, где они сейчас? – небрежно спросил он. – Я имею в виду Карен и Райна.

– Не имею понятия. Давай потанцуем.

– С этим у меня слабовато. Челси едва заметно усмехнулась:

– Ас чем не слабовато?

– Что, хочешь посмотреть прямо здесь? – Томас недвусмысленно хмыкнул.

Челси никогда не разрешала мужчинам разговаривать с ней в таком тоне. Она прекрасно поняла, на что намекает ее кавалер; провести одну ночь и разбежаться – это не было ей интересно. Но сегодняшний день, похоже, Челси решила сделать исключением.

– Моя квартира в нескольких кварталах отсюда, – удивляясь собственному нахальству, сказала она.

– Это приглашение? – несколько опешив, спросил Томас.

– Да…

По дороге домой Челси успела пожалеть, что пригласила Томаса. Он ей нравился, но и только. О маломальской влюбленности или даже просто влечении говорить не приходилось. Ей не следовало соглашаться на секс с ним, но… Человек, которого она любила всем сердцем, женился сегодня на ее лучшей подруге. Так к чему все эти условности? К чему забивать себе голову нелепыми моральными установками?..

Пока Томас осматривал квартиру Челси, она приготовила им по бокалу коктейля. Постель и кое-какая мебель, купленные самой Челси, стояли в большой комнате.

Занавески на окнах заменила огромная темно-зеленая портьера; старинный дубовый паркет, недавно отреставрированный новой квартиранткой, выглядел лучше всяких новомодных ковровых покрытий. На стенах висели картины.

– Твои? – спросил Томас, когда Челси протянула ему бокал.

– Да, а что?

– Ты великолепно рисуешь.

– Спасибо.

Челси не любила, когда ей говорили «великолепно». К чему праздные комплименты? Она и без них знала, что рисует хорошо. «Но пусть мальчик думает, что мне приятно», – подумала Челси.

– А что там? – спросил Томас, указывая на закрытую дверь.

– Там темница, – она улыбнулась и приоткрыла дверь. – На самом деле здесь я рисую. Трудновато, когда мастерская и спальня в одной квартире: запах скипидара – вещь довольно неприятная. Приходится плот нее закрывать двери.

– И как ты это выносишь? – Сунув нос в мастерскую Челси, спросил Томас.

– Привычка…

Словно, наблюдая со стороны за кем-то другим, Челси видела, как Томас подошел к ней и поцеловал ее в губы. Она ответила на поцелуй, но, ничего не почувствовав, поцеловала его снова. Юноша не замечал ее равнодушия, для этого он был слишком взволнован.

Челси быстро, одним махом допила свой коктейль и обвила его шею руками. Вскоре поцелуи Томаса стали возбуждать ее. Почувствовав это, он попытался расстегнуть на ней платье. Она не сопротивлялась. Правда, в какой-то момент ей захотелось прогнать его, пока не поздно. «Впрочем, он не из тех, кто будет настаивать. Он уедет, как только услышит «нет», – подумала Челси, досадуя на саму себя. Ей не хотелось заниматься сексом с мужчиной, которого она не любила, но остаться одной в этот вечер она боялась. «Будь, что будет, – мелькнуло у нее в голове, – завтра ни он, ни я даже и не вспомним эту ночь».

Челси выскользнула из платья и помогла Томасу снять с себя лифчик. Его неловкость немного раздражала ее. Словно питая ее мысли, он торопливо стянул с нее колготки.

Обнаженная, Челси отбросила покрывало и легла на кровать. Томас быстро разделся и оказался рядом с ней.

Ощущая прикосновения его рук, Челси, наконец, расслабилась. Она прижалась к нему всем телом, пытаясь разбудить в себе желание и хоть на мгновение забыть о Райне… Томас целовал ее губы, шею, грудь. Его ласки становились все смелее и смелее. Челси тихо застонала и закрыла глаза.