Проблема по соседству (ЛП) - Пенелопа Уорд

— фыркнула я.

— Немного. — Он усмехнулся. — На самом деле… намного.

— Очень хорошо. Рада за тебя, — ответила я, выжимая подол.

Джастин поднялся.

— Давай помогу.

Неожиданно для меня он встал у меня за спиной и выжал мои длинные волосы. Он убрал руки не сразу, только через пару секунд, и мои соски напряглись. Чтобы отвлечься от этого ощущения, я повернулась и наткнулась на взгляд его сияющих голубых глаз. Он выглядел бесконечно красивым.

На мгновение онемев, я пробормотала:

— Э-э… спасибо. Хотя мне не стоит, наверное, благодарить тебя, ведь это ты все устроил.

— Ну, мне захотелось швырнуть тебя в воду в первый же день, когда я приехал.

— Да неужели…

— Серьезно. — Он озорно улыбнулся.

— Кстати, а почему ты все еще здесь?

Он прищурился.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты запросто мог вернуться в Нью-Йорк вместе с Джейд. Сам знаешь.

— На что ты намекаешь?

— Ни на что. Я просто знаю, что ты использовал выступления в «Сэндис» как оправдание, но в это трудно поверить.

— Что ты хочешь услышать, Амелия? Что я остался из-за тебя?

— Нет… Я не знаю. Я…

— Я не знаю, почему я остался. Окей? И это чистая правда. Просто подумал, что еще не пришла пора уезжать.

— Ясно.

— На сегодня ты закончила донимать меня… заноза в заднице?

— Ага. — Я улыбнулась. То было еще одно прозвище, которым он называл меня. Из-за моей фамилии — Пэйн7.

— Хорошо.

— Кстати, я очень рада, что ты остался.

Он покачал головой и потер глаза.

— Пытаться ненавидеть тебя — довольно выматывающее занятие.

— Тогда прекрати пытаться.

У меня застучали зубы — становилось прохладно.

— Пошли в дом, — сказал он.

Я шла за ним, и холодный воздух никак не мог остудить то тепло, которое появилось внутри меня от воссоединения с ним.

— Хочешь есть? — спросил он.

— Ужасно.

— Иди переоденься. Я приготовлю ужин.

— Серьезно?

— Ну, нам же надо поесть, разве нет?

— Да. Наверное. Я скоро вернусь.

Уходя в свою комнату, я улыбалась. Он будет готовить мне!

Когда я вернулась в сухой одежде, мое сердце затрепетало при виде Джастина, стоящего у плиты. Все еще без футболки, но в своей серой шапочке, он жарил овощи.

Я откашлялась.

— Пахнет вкусно. Что делаешь?

— Курицу с терияки и рисом… Из-за тебя у нас ограниченное меню. Когда ты перестала есть красное мясо? Раньше ты его обожала.

Должно быть, он вспомнил, как раньше мы с ним уминали гамбургеры.

— Просто однажды проснулась и подумала, что есть коров — странно и дико. И перестала их есть.

— Серьезно? Какая нелепица.

— Да.

— Ты всегда была странноватой, Амелия. Не могу сказать, что я удивлен.

Я подмигнула ему.

— За это ты и любишь меня.

Я хотела сказать это в шутку, но вспомнив о его недавних признаниях, немедленно пожалела, что использовала слово «любовь». Когда он не ответил, я запаниковала.

— Я не имела в виду, что ты все еще любишь меня. Я просто пошутила. Я…

Он поднял ладонь.

— Остановись, пока еще чего-нибудь не сказала. Я понял, что ты имела в виду.

Я сжала губы, пытаясь быстро придумать новую тему.

— Ты вернешься к выступлениям в «Сэндис»?

— Наверное.

— Здорово. Я очень их жду.

Он разложил содержимое сковороды на две тарелки и одну подал мне.

— Вот.

— Спасибо. Пахнет божественно.

Блюдо получилось действительно очень вкусным. Он добавил кунжут и водяные каштаны.

— Где ты научился так хорошо готовить?

— Нигде. Научился сам. Я готовил для себя много лет.

— Где сейчас твои родители?

— Я думал, мы уже закончили разговор об этих вещах.

— Прости. Ты прав.

Тем не менее он оторвал взгляд от тарелки и ответил:

— Мать, пока я был в колледже, перебралась назад в Цинциннати. Они продали дом. А отец сейчас живет в Провиденсе.

— Сколько они встречались после того, как я уехала?

— Около года. Моя мать узнала о том, что он делал под нашей крышей, и выставила его. Какое-то время он жил у Патрисии, потом между ними все начало рушиться.

— Он переехал к ней?

— Да.

Я не могла в это поверить.

— Значит моя мать скрыла от меня это факт. Теперь понятно, почему бабушка перестала общаться с ней. Она была в ужасе из-за их действий.

— Я проводил много времени с твоей бабушкой перед тем, как уехал. Она помогла мне не спятить.

— Ты когда-нибудь говорил с ней обо мне?

— Она пыталась поговорить со мной, но я не стал.

— Как думаешь, она оставила этот дом нам двоим, чтобы заставить нас сблизиться?

— Я честно не знаю, Амелия.

— Мне кажется, да.

— У меня не было никакого намерения приезжать сюда и мириться с тобой.

— Нет… серьезно? Я не понимаю. — Он улыбнулся, и я спросила: — Ты все еще зол на меня?

— Вещи не меняются в одночасье. Мы поговорили. Но это не сотрет несколько прошедших дерьмовых лет. Мы не можем по мановению волшебной палочки снова стать лучшими друзьями.

— Я этого и не ждала.

Прежде чем снова заговорить, я долго думала, гоняя еду по тарелке.

— Я просто хочу сказать одну последнюю вещь. И обещаю, что больше не буду поднимать эту тему.

— Я бы не был так в этом уверен.

Его губы вновь изогнулись в улыбке, и это придало мне уверенности раскрыть ему душу еще раз.

— Я, наверное, до конца своих дней буду думать о том, что было бы, если бы я не сбежала, если бы поборола свой страх и рассказала о своих чувствах. Сегодня ты сказал, что любил меня. Джастин, мне жаль, но я правда об этом не знала. Честное слово. Мне нужно, чтобы ты знал: я тоже любила тебя. И выбрала самый дерьмовый способ показать это. Из-за чего ты все эти годы меня ненавидел. Я просто хочу, чтобы ты был счастлив. Если я вызываю у тебя стресс или злость, то быть может, нам лучше держаться на расстоянии. Но если есть шанс, что мы сможем опять стать друзьями, то я была бы этому рада. И я не дура. Я понимаю, что это не