Краш-тест (СИ) - Рябинина Татьяна

Максим сидел с кружкой на моем столе и что-то рассказывал, а Юля и Кристина покатывались со смеху. Сегодня у него под пиджаком была надета черная водолазка, из-под ворота которой предательски выглядывал лиловый засос. Я мысленно отправила Зае целый сноп лучей диареи. Или это не Зая? Откуда мне знать.

- Может, ты слезешь? – мрачно поинтересовалась я.

- Доброе утро, Нина, - приподнял брови Максим.

- И тебе не кашлять.

Брови уползли еще выше.

- Кто тебя покусал с утра?

- Это мы с ней сайт смотрели, - выручила меня Юля.

- Ааа… Ну ладно.

Он слез с моего стола и ушел к себе. Юля с Кристиной, переглянувшись, занялись своими делами. Я снова почувствовала себя не в своей тарелке. Как будто первый день в новой школе. Ни черта не знаешь, и кажется, что все вокруг говорят на другом языке.

С обратной связью я разделалась быстро, благо ни один ответ не требовал консультации с Максимом. А вот новости посыпались, как из мешка. Не успевала я обработать и залить одну, тут же валилась другая.

- Что за прорва? – спросила я Юлю, чуть не плача.

- Ну так все же узнали, что появился пиар-менеджер. Ничего, не волнуйся, скоро это войдет в привычный ритм. Номерки еще не пошли?

- Кажется, есть. Пустые письма, в них файлы вложены.

- Ага, они. Когда все соберутся, тогда будем заливать.

- А постепенно нельзя? По мере поступления? – удивилась я. – Чего время терять?

- Нет, - терпеливо объяснила Юля. – Только пакетом. И не дай бог перепутать, какой куда. Все обнулится, и начнешь сначала. Слушай, а чего ты обедать-то не идешь?

Я и не заметила, как прошло полдня. Максим куда-то исчез, Кристина тоже.

- А куда?

- На первом этаже кафе. Слева от проходной. Иди быстрее, у нас там до половины второго скидка, по бейджу.

- А ты?

- А у меня изжога от всего, только супчик домашний.

Я спустилась вниз и вошла в кафе, больше похожее на столовую: раздача, касса и столики на четверых. Отстояла небольшую очередь, взяла рассольник, жаркое, расплатилась.

- Нин, иди к нам!

Максим махнул мне из-за столика в углу. Рядом с ним сидела Кристина и уныло ковыряла творожную запеканку.

- Крис, все с ним будет нормально!

- Да черт его знает, Макс.

Зазвонил ее телефон, она поговорила и встала:

- Все, поехала.

- Куда его?

- В Раухфуса.

- Давай, - Максим дотронулся до ее руки. – Позвони обязательно.

- Чувствую себя Незнайкой на Луне, - пожаловалась я, когда мы остались вдвоем. – Ни черта не знаю, не понимаю.

- Ты про Кристину? У нее сын лежал у нас в детской в дневном стационаре. Процедуры всякие после бронхита, капельницы. А тут позвонили, сказали, что ему плохо, температура поднялась, рвота. Вроде как аппендицит. Повезли на скорой в больницу. Ладно, а теперь ты мне скажи, что это такое было?

- Что именно? – пробормотала я, прекрасно понимая, о чем он.

- С чего ты так на меня наехала утром?

Ага, так я тебе и сказала!

- Мог бы все-таки предупредить.

Он накрыл своей ладонью мою, но тут же убрал.

- Нин, давай честно. Я тебе говорил, что нам нужен один человек за десятерых и за одну зарплату? Говорил. Говорил, что это будет ад? Говорил. Ты согласилась? Согласилась. Претензии?

- Максим, ну какие претензии? – поморщилась я, вылавливая из тарелки лавровый лист. – Сижу, работаю. Вот только ощущение, что это какой-то мартышкин труд. Абсолютно никому не нужная фигня.

- Ниночка, - рассмеялся он, - солнышко мое, ты даже не представляешь, насколько сильно угадала. Что мартышкин труд – точно. Но вот что фигня абсолютно никому не нужная – не совсем. Ты, считай, еще даже не начала ничего делать. Вот закинете с Юлькой номерки, и я тебе все расскажу в деталях и подробностях. И вот тогда ты скажешь: «Какая же ты, Фокин, сволочь! Жаль, что я тебя зимой не раздавила вместе с машиной».

Как ни пыталась я удержалась, все-таки расхохоталась.

- Ну вот, - Максим посмотрел на меня, улыбнулся, и я снова почувствовала, как по спине бегут сотни, тысячи мурашек. – Все будет хорошо, Нина. Честное слово!

Ну да, конечно. Будет. Если только ты не будешь мне так улыбаться, зараза!?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

= 15.

- Хорошо так хорошо, - согласилась я. – Тогда расскажи мне, как ты докатился до жизни такой. Ты же классный хирург, как тебя занесло в артель «Мартышкин труд»?

- Это все достойно пера Джерома, - Максим посмотрел на меня, как нашкодивший мальчишка. - Который «Трое в лодке». А вообще по пьяни.

- Во как!

- Праздновали мы пять лет назад день медработника. В большой медицинской компании. В смысле, коллективом. Медицинским. С большим размахом. На природе. По правде, деталей я не помню. Но через день-другой мне начали звонить и приглашать на должность хирурга-ортопеда в районные поликлиники. Я ведь тогда уже был восходящая звезда ортопедической травмы, что ты, что ты. И тут такая странная фигня. Начинаю выяснять. Оказывается, я с самым серьезным видом жаловался на отсутствие мирной поликлинической практики. Ну, знаешь, всякие там плоскостопия, сколиозы. Вот оно и посыпалось. Новости-то мигом разлетаются. И в недобрый момент я подумал: а почему бы и не да? На четверть ставочки, на полгодика, чисто для подточки скилла.

- Интересное начало, - подбодрила я, собирая на ложку перловку.

- Среди прочих незаманчивых предложений была замануха в «Альтермедику». Тогда как раз открылась поликлиника в Северной долине. Ну, ты знаешь, что такое Северная долина. Шанхай без инфраструктуры. Меня заинтересовала сама схема: частные клиники с оплатой по полису ОМС, такого еще нигде не было. Согласился, как дурачок, пришел туда. Мама дорогая! Бардачина! И ведь это уже не первая поликлиника была. Классический пример, как любую гениальную идею можно загубить идиотизмом исполнителей. Никто толком не знает, как это должно работать, каждый более-менее начальник тянет одеяло на себя.

- И что, с тех пор сильно изменилось? – хмыкнула я, сражаясь с остывшим вторым.

- Кое-что. Ваш покорный слуга старался, - он по-клоунски прижал руки к груди и поклонился. – Хотя, конечно, легче все поджечь и начать заново. В общем, раз я поругался с заведующим, два поругался. На третий он пригрозил меня выставить. В итоге я стал заведующим, а он пошел лесом-полем. В академии были страшно недовольны, тем более я в аспирантуру собирался. Но я пообещал, что быстренько все налажу, научу папуасов работать и вернусь.

- Ха-ха.

- Что вернулся – точно, ха-ха. А что наладить – так наладил. Так, что позвали на нынешнюю должность. Ну и вот… Не сочти за наглость, Нин, но не развалилась эта халабуда поликлиническая исключительно потому, что я везу ее на собственной шее. Вип-клиника держится на репутации, у детских крепкий начальник, гинекология с репродукцией висят на госдотациях, поскольку делают ЭКО по квотам. А поликлиники – это реальная задница. Ну, ты еще в этом убедишься. Слушай, - он посмотрел на часы, - давай закругляться. Сейчас сюда куча народу набежит. А тебе пора номерками заниматься.

Мы поднялись в отдел, где Юля дремала на диване, подложив под голову несколько толстых папок.

- Ну вы и жрать! – заметила она. – Давай, Нин, поехали, а то мне уходить надо будет.

Она села рядом со мной за стол и открыла форму загрузки.

- Смотри, пока ты загружаешь, самозапись не работает. Так что желательно все это делать быстро.

Схема оказалась простой. Форма выкидывала название отделения и предлагала загрузить соответствующий файл. Переварив его за пару минут, выкидывала следующее окошко. И так, пока не проглотила все. На это ушел примерно час.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Твою мать! – вздохнула я. – А ведь делов-то – написать простой скрипт, даже не программу. Чтобы эта лабуда сама загружала файлы из определенной папки по порядку в фоновом режиме.

- Ниночка, - сардонически усмехнулась Юля, - если тебе удастся искусать программеров за жопу так, что они это сделают, я первая сдам деньги. Чтобы тебе установили бюст на родине героя. Но, боюсь, скорее, придется сбрасываться, чтобы купить тебе мандаринок. Навещая в психиатрической клинике.