Краш-тест (СИ) - Рябинина Татьяна

- Да. Я ему зимой машину поцарапала, - рассказывать об операции как-то не хотелось.

Юля прыснула в ладошку. Кристина сдержанно улыбнулась.

- Ладно, - она протянула мне лист бумаги и ручку. – Напишите мне свой электронный адрес. Я вам скину анкету. Заполните прямо по файлу и отправите обратно. И зайдите сегодня в какое-нибудь срочное фото. Нужны две фотографии как на паспорт, цветные, без уголка. Одна на бейджик, другая на анкету.

Я взяла листок, положила на стол и только тут заметила на крышке ноутбука, лежащего на нем, надкусанное яблоко. Точно такие же были и у остальных. Заметив ужас на моем лице, Юля поинтересовалась:

- Не работали на маке?

Я покачала головой.

- Ничего, научитесь.

- Нина, вы замужем? Дети есть? – Кристина посмотрела на меня, сдвинув очки на нос.

- Нет.

- Ну вот, теперь у нас полный комплект. Полуженатый мужик, будущая мать-одиночка, разведенка с ребенком и одиночка с котом. Кот-то есть?

- Нет кота, - улыбнулась я.

- Непорядок. Надо завести. А то кому будете жаловаться на то, что работа достала?

В разгар веселья вернулся Максим и с порога бросил мне карточку.

- Надо было в ведомости расписаться, но я сказал, что распишешься завтра, когда бейдж сделают. Фотографию нужно принести.

- Я уже сказала, - веско припечатала Кристина.

- Макс, Нина не умеет на маке, - весело наябедничала Юля.

- Опа! – удивился Максим. – Как только переходишь на макинтош, сразу забываешь, что большая часть человечества еще мучается с виндой.

Он прошел к себе за перегородку и вернулся с сумкой для ноутбука.

- Забирай его домой, вечером разберешься. На самом деле это совсем не так страшно, как кажется. Как только освоишь, открой папку «Контент», там все тексты по сайту, и старые и текущие. Просто прогляди, чтобы иметь представление. Потом зайди на наш сайт, посмотри, как там все устроено. Особенно обратную связь и самозапись к врачам, этим ты тоже будешь заниматься. Юля тебе все расскажет и покажет. Вот такое тебе задание на сегодня. Ну что, пишем заявление?

Он улыбнулся так, что я – черт бы его подрал! – не смогла удержаться от ответной улыбки.

- Пишем!

- Тогда добро пожаловать в ад.

= 14.

17 августа

О том, что Максим никоим образом не пошутил насчет ада, я поняла сразу. Как только вернулась домой. Или чуть позже.

Заявление о приеме на работу у меня было написано со следующего дня, делать там было больше нечего, поэтому я забрала ноутбук и отправилась восвояси. А по пути сфотографировалась и накупила всякой омерзительно вредной вкусной еды, чтобы отпраздновать такое дело. Заполнила анкету, отправила Кристине и начала разбираться с маком. Как ни странно, это действительно оказалось не так уж страшно. Но вот дальше…

В папке «Контент» обнаружилось больше двух тысяч файлов. На то, чтобы просто бегло просмотреть их, понадобился бы не один день. Поэтому я даже и пытаться не стала, а сразу открыла корпоративный сайт. И тут же поняла: влипла!

Среди моих, как выразился Максим, подшефных сайтов, которые приходилось время от времени подновлять, были далеко не самые завалящие. Например, одной из компаний, на которые развалился в свое время главный энергетический монополист страны. Поэтому я никак не ожидала увидеть подобный колхоз у крупной медицинской сети.

Сайт оказался громоздким, аляповатым и на редкость бестолковым. Настолько, как будто его слепил на коленке студент-двоечник. То и дело попадались битые ссылки, ведущие не по адресу или вообще в никуда. Контент давно не обновлялся: последняя новость была датирована еще июнем. В разделе обратной связи ответов ожидали десяток жалоб и вопросов. Самозапись выкинула нули по всем врачам всех клиник.

Нормально, Григорий! - Отлично, Константин!

Внизу главной страницы обнаружились жизнерадостные значки: «Мы в Фейсбуке», «Мы ВКонтакте», «Мы в Инстаграме», «Мы в какой-то непонятной хрени». Они явно намекали на то, что ведением групп в соцсетях буду заниматься тоже я, кто ж еще. И не только этим. Чем именно – предстояло выяснить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Захотелось сожрать всю вредную еду разом. От ужаса. Но обратного пути не было. Оставалось только вымыть голову и лечь спать. В надежде, что утро вечера мудренее.

Однако утро выдалось пасмурным и холодным, что никак не прибавило энтузиазма. Даже перспектива увидеть Максима не слишком радовала. Одевшись потеплее, я поплелась на Шпалерную пешком.

Ровно в девять, открыв дверь отдела новенькой карточкой, я увидела Юлю, которая рисовала глаза перед зеркалом. Больше никого в офисе не было.

- Привет! – сказала она, старательно расчесывая ресницы щеточкой.

- Привет. А где все? – я сняла кофту и положила на стол сумку с ноутбуком.

- У нас рабочий день по свободному графику, - объяснила Юля. – Официально с девяти, но можно прийти хоть в восемь, хоть в десять. Главное – отработать восемь часов и сделать всю работу. Крис ребенка повела в клинику, Макс не знаю где. Так что мы сейчас с тобой… На ты нормально? Выпьем с тобой чайку-кофейку и начнем, помолясь, твою работу работать. Я тебе по сайту все покажу, а остальное уже с Фокиным разбирайся.

- Юль, я посмотрела вчера, и мне, если честно, малость заплохело, - призналась я, когда мы сели на диван с кружками. – Я такого… кривого сайта, наверно, вообще не видела. В смысле, не работала с таким.

- Велкам ту зе клаб, - засмеялась Юля, как будто горсть хрустальных шариков рассыпалась. – Этот сайт за хреналион денег сляпали два чудака на большую букву М. Заставить их что-то переделать невозможно. В лучшем случае добавить опцию. Поэтому придется терпеть. Твой предшественник продержался год. И я очень рада, что ты пришла, а то мы с Крис уже зашивались.

- Что, никого было не найти? – мое настроение упало еще ниже плинтуса.

- Да нет, были желающие, но Фокин все привередничал. Пока мы ему ультиматум не поставили. Либо находит человека, либо пашет сам. Испугался, сел и сразу нашел тебя. Ну что, допила? Тогда поехали.

Я принесла ноут, и мы, все так же сидя рядом на диване, начали разбираться. Юля показала, как заходить на сайт с админскими правами и вносить изменения.

- Тут все просто. Все новости и объявления тебе будут приходить по корпоративной почте. Сразу приводишь их в читаемый вид и публикуешь. Дублируешь в соцсети. По обратной связи – благодаришь за положительные отзывы, на жалобы пишешь: «Меры приняты, виновные расстреляны», на вопросы популярно отвечаешь. Если не знаешь, что ответить, спрашиваешь у Макса. То же самое делаешь в соцсетях. Это ерунда, хуже с номерками. Каждый день до обеда из клиник будут скидывать файлы, а тебе до трех часов надо будет завести их в форму. Очень муторно, но когда руку набьешь, где-то минут за сорок можно управиться.

- Объясни, пожалуйста, - взмолилась я, окончательно одурев, - почему это не могут сделать администраторы каждой клиники?

- Объясняю, - снисходительно усмехнулась Юля. – У нас двадцать поликлиник, пять детских и две гинекологии. Это только те, у которых есть самозапись. Если двадцать семь администраторов одновременно начнут лазать на сайт с админскими правами, наступит коллапс и энтропия. Это я точно знаю, потому что сама была администратором в одной из поликлиник.

- А ты вообще медик? – спросила я.

- Я учитель географии. Медик – это Кристина. Гинеколог. Правда, она уже лет семь на административке, так что я бы ей свою… одно место не доверила. В общем, давай, смотри почту, сочиняй новости и ответы. А когда придут номерки, я тебе все покажу.

Я успела написать три ответа на благодарственные отзывы, когда вошла Кристина.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- А Фокин где? – поинтересовалась она, едва поздоровавшись.

Юля тихо хихикнула.

- Придурок! – фыркнула Кристина.

Я почувствовала себя пришедшей к концу анекдота. И не спросишь же, в чем дело. А делиться со мной они явно не собирались. Впрочем, долго разводить рефлексии не получилось. Кристина налила себе кофе, между делом распечатав мою анкету. Заставила расписаться, забрала трудовую, сняла копию паспорта и отправила в техотдел за бейджиком. Я умудрилась заблудиться в коридорных ответвлениях, потом сто лет ждала, когда напечатают и заламинируют бейдж, расписалась в тысяче ведомостей и амбарных книг и вернулась в отдел через полчаса.