Простая история (СИ) - Пожидаева Ольга

Врываясь в мои размышления, пришло сообщение от Скобелева. Похоже, он получил мое фото только сейчас и в ответ прислал рыдающий смайл со словами:

«Ну ты и динамо. Это жестоко».

Все мои неприятные ощущения тут же испарились. Я рассмеялась звонко и от души. Коля тут же написал вдогонку.

К. Прости, что вчера не ответил. Выключился. Новый год проспал. Третий раз подряд. Потом привезли сестру твою с острым и пришлось резать. Чудом вообще успели до полной жопы. Потом был обход, а потом я опять спал. Прости, в общем.

Возможно, он давил на жалость. Возможно, я слишком впечатлительная. Возможно, это глупо и нелепо, но я верила, что Коля на самом деле вот такой милый. Со мной — точно. Каждая девушка хочет быть исключением из правил. А трудоголика поймет только трудоголик.

Я испытала острую потребность порадовать Колю, поэтому надела его любимый трусики и сфоткала себя. Получилось классно. Я чуть приподняла длинную домашнюю майку, открыв все самое интересное, но спрятав проколы.

Буквально через минуту мой телефон зазвонил.

— С новым годом, — проговорил Коля с деткой радостью и возбуждением в голосе.

— С Новым годом. Правда, он был вчера.

— Плевать. Зато подарок я получил только что.

— Дед Мороз затерялся в пути.

— Или я плохо себя вел, что он крепко думал, стоит ли…

— Ты хорошо себя, вел, — поспешила я его заверить. — Спасал бестолковых девушек от кисты. Даже в праздничную ночь.

— Ты не злишься на меня?

— С чего бы?

— Кажется, я был резок, когда мы говорили днем.

— Кажется?

— Да. Я не помню. Ваня же звонил? Или ты?

— Ох, да неважно, Коль. Отдыхай. Я не злюсь.

— Отлично. А когда мы увидимся? — не растерялся он.

— Ну… наверно, когда у меня все заживет, а у тебя будет выходной, и я разгребу все свои завалы после больничного. Скорее всего — никогда. Никогда тебя устроит?

Коля печально рассмеялся.

— Идеально, Ань. Давай ориентироваться на это время.

Это было бы смешно, если бы не оказалось правдой. Ну или почти.

Глава 10

Неправильное свидание

Пророческое никогда очень скоро превратилось в реальность. Уже пятого числа мне пришлось выйти в офис. На пару часов, но с тех пор я не прекращала работать. Львовна вызвала на ковер сразу после праздников и читала длинную лекцию про здоровье, ответственность, смысл жизни и регулярные осмотры. Я кивала, искренне радуясь, что Аля не сдала мое наплевательское отношение, выставив операцию, как страшную неожиданность. Если бы сдала, то было бы намного хуже. Лева могла и притормозить мое карьерное продвижение, считая разгильдяйство худшим качеством в человеке. А так, отделалась внушением.

Коля звонил пару раз, хотя чаще мы переписывались. Не каждый день, конечно, но раз в неделю точно общались. Банальные «какдела» обычно перетекали в жилеточные откровения. То я ныла о работе, то он. Иногда мы снова скатывались до эротического флирта, и это был максимум секса, кажется, для обоих. Горячие фантазии о докторе стали моими любимыми, но Колю я больше не видела. Оргазмов — тоже. Разве что иногда сама себе разрешала помечтать с продолжением.

Бесконечно противная снежная зима пролетела в суматохе и приятных радостях, связанных с работой. Мы закрыли заказ, получили оплату и премии. Меня официально повысили, навалив еще больше обязанностей по координации проектов. Это совпало с мартовским женским праздником, и вся контора обмывала не только его, но и новые заказы, которые посыпались как из рога изобилия. Работа обещала быть сложной и интересной. Лева даже решила расширить штат и повесила на меня весь HR-аппарат по этому поводу. Я предвкушала бесконечные собеседования и подбор команды.

Немного выпив на рабочем месте, мы с Алькой потащились в наш бар. Там было слишком людно сегодня. Предпраздничный день гнал офисный планктон веселиться. А вот мы обе скучали. Столиков не было, и пришлось устроиться за барной стойкой. Мне совсем не хотелось веселиться. Я меланхолично гоняла кубы льда в стакане, косясь на не менее унылую Алю.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Разговор не клеился, и я спросила прямо.

— У тебя все в порядке?

— Да, — она чуть скривила лицо. — С Ванькой поругалась.

— Сильно?

— Угу. Говорит, я его не понимаю. Звала к нам, но он сидит дома сычом.

— Это Джонни-то? — не поверила я своим ушам. — Заводила и балагур?

— Да-да, он. Переживает очень. На операции пациент неожиданно пришел в себя, пока зашивали. Видимо, среагировал как-то неправильно организм на наркоз. Или он рассчитал дозу плохо. В общем, все обошлось, но его после этого накрыло. Хандрит.

— Жесть, конечно. Даже представить страшно, если бы я очнулась во время операции.

— Вот-вот. А Ванька, похоже, представляет и себя винит сильно. Говорит, пройдет. Все ошибаются, но мне без него паршиво. Вот.

— Понимаю, — покивала я.

— Никогда не встречайся с врачами, — донесла до меня житейскую мудрость Аля. — Я по дурости хотела тебя Нику сватать, но он еще хлеще Жженова.

— Да, он совсем помешанный, — пришлось снова согласиться.

— Держись от него подальше. — Алька вздохнула и допила залпом коктейль. — Я домой поеду. Не обидишься?

— Нет, конечно. Мучать тебя что ли? Я наверно еще побуду. Там вон наши на танцполе отрываются.

— Ну и круто. Чмоки, детка.

Она поцеловала меня в щеку и ускакала.

Я не пошла танцевать. Так и сидела над коктейлем, а потом заказала еще один и достала телефон. Обычно в таком состоянии пишут бывшим. Артему я точно не собиралась смсить, а вот Коле…

Глоток алкоголя сделал меня трусливой, а не смелой. Я убрала мобильный. Наверно, впечатлилась Алькой и Джонни. Или просто струсила. Даже если мы с секси доктором найдем время для встречи, что потом? Кажется, прошлой весной мне просто нужен был член, немного секса. И чего я тогда загналась? Нужно было воспользоваться Скобелевым и затащить к себе. Одноразовый секс, и мы оба были бы счастливы. А теперь я очень хорошо понимала, что мне будет мало одного раза.

От этого становилось еще страшнее. Я допила коктейль, расплатилась и пошла на улицу, чтобы подышать началом весны, пока жду такси…

— Аня, — услышала я почти забытый голос, резко обернулась.

За мной из бара вышел Артем. Я тут же включила ноги, пытаясь удрать, но он поймал.

— Постой, пожалуйста.

— Не хочу я с тобой стоять, пусти, — возмутилась я, пытаясь вырвать руку.

— Пожалуйста, Анечка, давай поговорим. Я весь вечер на тебя смотрю, еле решился подойти.

— И что ты за это хочешь? Медаль? Пусти, Тем. Знать тебя не хочу.

— Позволь мне объяснить все.

— Зачем?

— Затем, что я виноват перед тобой. Очень виноват. А ты меня везде заблокировала.

— Ну знаешь… А что еще ты ждал?

— Ждал, что ты хотя бы меня выслушаешь.

— Что тут слушать? Ты мне врал.

— Да. — Честно признался он, и меня это, как ни странно, подкупило. — Тебе и ей, и себе, наверно, тоже. Пожалуйста. Давай пройдемся, я объясню.

Мне было все равно, если честно, но глупый альтруизм не позволил послать нахала. От меня не убудет, если я выслушаю. А ему, наверно, полегчает.

— Ладно. Даю тебе время до метро. — И пошла по проспекту.

Артем не побрезговал моей милостью и вещал всю дорогу, как он запутался и сожалеет, как перепугался, когда узнал от Али, что я в больнице.

— Думал, ты вены вскрыла или таблеток наглоталась.

Я захохотала в голос.

— Умоляю тебя, Тем. Ну не настолько ты хорош, а я вроде бы не настолько дура.

— Зато стала циничной, — подметил он обиженно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я всегда такой была.

Он вздохнул, но спорить не стал. Правда, почему-то стал уверять, что я тоже виновата, использовала его. Удобно иметь бойфренда, который появляется по требованию, а потом уходит в закат, до очередного окна в рабочем расписании.

— А у тебя со Светой все иначе, конечно, — уколола я. — Так и женись на ней. Совет да любовь.