Райская лагуна - Кэролайн Пекхам

заведения. Но, похоже, в конце концов его сын подхватил его эстафету. Я думала, он лучше своего отца, но этот маленький кретин оказался ни на что не годным негодяем.

Лютер поднял взгляд, и я схватил Мейбл за руку, поскольку она выглядела немного ослабевшей.

— Ты действительно сын моей Ронды? — Мейбл умоляла меня, как будто у меня мог быть ответ, но я только слабо покачал головой.

— Я не знаю, — сказал я, потрясенно глядя на Лютера, в то время как Фокс переводил взгляд с меня на Мейбл, как будто искал сходство. Была ли эта женщина моей бабушкой?

— Я никогда не знал имени женщины, которая попросила меня приютить его, но она боялась за свою жизнь, — объяснил Лютер Мейбл. — Она когда-нибудь говорила тебе, что встречалась с моим братом Диком?

— Она никогда не упоминала о нем при мне, — печально сказала мисс Мейбл. — Она не была склонна делиться со мной информацией о мужчинах, с которыми у нее были шуры-муры.

— Э-э-э, верно, да, — пробормотал Лютер, глядя на меня так, словно пытался найти ответ на моем лице, но я был чертовски уверен, что у меня его не было. — Я знаю парня, который может быстро провести для нас тест ДНК, — решительно сказал Лютер, доставая телефон и делая звонок.

Я услышал бормотание в коридоре и рассмеялся, окликая остальных. — Вы можете войти.

Роуг протопала вместе с Чейзом и Джей-Джеем на кухню, подбежала ко мне и Мейбл и обняла нас обоих.

— Я надеюсь, что это правда, — сказала она, переводя взгляд с меня на нашу старую подругу со слезами на глазах, и, как ни странно… Я тоже.

***

Парню моего отца потребовалось двадцать четыре часа, чтобы обработать результаты теста ДНК, а я сидел во внутреннем дворике со своими друзьями, непрерывно курил и ждал новостей. Мейбл устроилась на своем шезлонге, и мы по очереди приносили ей напитки, а Чейз даже некоторое время обмахивал ее веером, пока она рассказывала истории о Ронде. Моей матери. Или моей возможной матери. Все в ней звучало хорошо. Она владела апельсиновой рощей в паре часов езды к северу от города, и она была ее страстью в жизни.

— Ронда была милой девушкой, хотя большую часть времени работала. Я виделась с ней не так часто, как хотелось бы, — сказала Мейбл со слезами на глазах. — А те последние пару лет перед ее смертью я вообще ее почти не видела. По выходным она вела себя немного необузданно, посещала клубы и бары в Сансет-Коув. Я предупреждала ее о бандитах, но она всегда питала слабость к оборванцам. — Она взглянула на меня. — Не то чтобы ты был оборванцем, Маверик. Вы пятеро всегда были ко мне так добры. Сначала я не была уверена, но потом, я поняла из какого теста вы все сделаны, когда начали пробираться на мою территорию. Вы всегда оставляли после себя что-нибудь хорошее. Вы то пропалывали что-нибудь или чинили один из старых садовых инструментов моего папы.

Лютер вышел во внутренний дворик, и мы все замолчали, глядя на него, когда он подошел к нам. Роуг взяла меня за руку, и я крепко сжал ее пальцы, пока в моей груди затягивался узел. И я понял, что хочу этого. Я хотел знать, откуда я взялся, мне нужны были ответы, и все, что Мейбл рассказала мне о Ронде, вселило в меня надежду, что я действительно родился от чего-то хорошего, а не только от плохого.

Мой отец сглотнул, засунув руки в карманы и перевел взгляд с меня на Мейбл. — Это правда, тест подтвердил это. Ты Роузвуд, Маверик.

Ошеломленная тишина заполнила мои уши, а сердце бешено заколотилось, когда я посмотрел на Мейбл. Роуг наклонилась и поцеловала меня в щеку, а Джей-Джей и Чейз в шоке уставились на нас. Фокс похлопал меня по плечу, и внезапно я оторвался от них, подошел к Мейбл и наклонился, чтобы обнять ее.

— О, мой милый мальчик, — она начала всхлипывать, и я крепко обнял ее. Ее сиреневый аромат был таким знакомым, таким родным, что казалось совершенно правильным, что все это правда. Мое сердце наполнилось таким светом, что на секунду я забыл обо всей той тьме, что поглощала меня, и в мире осталась только чистая, чертова магия. — Ты последний наследник, — выдавила она, и я не понял, что она имела в виду, пока она не продолжила. — Наследник моих бриллиантов.

— Бриллиантов? — воскликнул Джей-Джей, и я дернул локтем назад, отчего он запыхтел.

— Подожди… бриллианты Роузвудов? — Спросил Лютер, явно что-то зная о них.

— Да, — сказала Мейбл, когда я отпустил ее и пересел к ней, а она переплела свою руку с моей и похлопала меня по руке.

— Нам не нужно говорить об этом сейчас, — твердо сказал я, мне было насрать, даже если бы я был наследником всего гребаного мира, — для меня ничего не значило больше, чем осознание того, что Мейбл — моя бабушка.

— Но, мой мальчик, я так долго ждала в темноте, столько лет, и у меня больше нет свободных дней, — сказала Мейбл, сдерживая слезы, и Роуг села с другой стороны от нее и обняла ее. Я посмотрел на нее поверх головы Мейбл, обнаружив, что по ее щекам тоже текут слезы, и мое сердце сжалось от всей этой гребаной любви, наполняющей воздух вокруг нас.

Дворняга запрыгал у моих ног, облизывая мои руки и виляя своим маленьким хвостиком, как будто знал, что происходит, и я погладил его по голове, пока мы все уделяли Мейбл все наше внимание.

Она попыталась снять со среднего пальца кольцо — большую золотую вещицу с выгравированным гербом Роузвудов. Она повернула его верхнюю часть, и герб утонул в кольце, образовав неглубокое углубление. — Этим можно открыть шкатулку, в которой я их спрятала. Мой дорогой Невилл заказал ее для меня, — таинственно выдохнула она, кладя кольцо мне на ладонь и согнув мои пальцы вокруг него.

— Где бриллианты, Мейбл? — Спросил Лютер, и мы все наклонились ближе, когда она произнесла свои следующие слова.

— В Райской Лагуне.

Мы поехали в Райскую Лагуну на пикапе Фокса, как делали в старые добрые времена: они вчетвером расположились на длинном переднем сиденье, а я сидела у них на коленях. Конечно, это было опасно, но это был и самый прекрасный вид ностальгии, и я не могла заставить себя беспокоиться об автомобильных авариях, пока сидела на коленях у Джонни Джеймса, а Рик и