Луиза Бэгшоу - Фабрика грез

Она уже испробовала все в этом море — от мелкой рыбешки до китов. Теперь «Уильям Моррис» и «Эс-Кей-ай» велели ей проваливать со своей писаниной, так что почти весь список исчерпан. Оставались лишь «Ай-си-э» и «Эс-эй-эй». Как же!

Можно подумать, кто-то из них потратит на нее свое время.

— Эй, Меган! — окликнула ее Тина, появляясь в дверях. — Иди выпей пива!

— А что? — спросила она, вешая форму на дверь спальни и выходя в кухню. — Мы что-то отмечаем?

— Да. — Жанна подняла две банки дешевого пива и косячок с травкой. Тяжелый, горьковато-сладкий запах марихуаны висел в маленькой комнатушке, и Меган почувствовала, как ее вдруг охватила волна ностальгии по дому. — Хочешь чуток? — Жанна протянула умело скрученную сигарету, и Меган взяла. Она глубоко затянулась. Возможно, маленькая доза допинга поможет ей расслабиться и жизнь станет хоть чуточку приятнее.

— Пиво?

— Да. Ой, нет, — сказала Меган, вспомнив о калориях. — Я собираюсь худеть.

— А Жанна получила роль, — мрачно сообщила Тина, — Правда? — спросила Меган. — Ты правда получила?

Жанна гордо кивнула гладко причесанной головкой.

— Роль второго плана в фильме Рея Тайсона. Мне заплатят тысячу двести долларов.

Тысяча двести долларов'. Меган почувствовала острую зависть и обиду. Что такого сделала Жанна? Что стоит так дорого? Жанна — глупая девица, говорит с акцентом. Но она стройная, шикарная. Такой Меган никогда не стать.

Это ясно как день.

И тут в голове всплыла фраза из Библии Ибо, кто имеет, тому дано будет, а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет8.

— Поздравляю, — сказала она как можно веселее. — И кто будет твоим агентом?

— О, да не буду я себя утруждать агентом, — важно заявила Жанна. — С какой стати какому-то болвану отстегивать двадцать процентов заработка? Я сама добилась этой роли и другие получу.

Меган слишком устала, чтобы спорить.

— Ты права, — согласилась она.

— Эй, Меган, может, тебе стоит послать свой сценарий обратно в «Эс-Кей-ай»? — сказала вдруг Жанна с великодушием удачливого человека.

Меган пожала плечами:

— Спасибо за совет, но не вижу смысла. Если они не прочитали в первый раз, неужели они передумают из-за того, что я послала снова?

— Жанна слышала, что «Эс-Кей-ай» отчаянно ищет сценарий, — вставила Тина.

— Да, об этом все говорят, — подтвердила Жанна. — «Артемис» нужен хороший сценарий для новой звезды, с которой они подписали контракт.

Меган рассмеялась:

— Может сработать, если мой сценарий годится для этой звезды.

Она подумала о сценарии, написанном за две недели.

Боже, слова приходили ей на ум с такой скоростью, что она не успевала их печатать. Текст писался сам собой, фильм отпечатался в голове Меган с такой ясностью, будто она сидела в темном зале кинотеатра и смотрела на экран. У нее вышла немного слащавая история о молодом музыканте, который, прославившись, сбивается с пути, но в его жизни появляется девушка, которую он отверг раньше, и спасает героя. Там были и секс, и наркотики, и рок-н-ролл, и сумасшедшая, страстная любовь. Меган очень гордилась своим сценарием и была уверена, что он станет ее билетом из безвестности к успеху.

Именно уверенность заставила ее забрать все свои сбережения из «Уэллс Фарго»9, сесть в автобус и приехать сюда.

Она рискнула всем, что у нее было. Но похоже, проиграла.

— Твой сценарий им подойдет, — сказала Жанна. — Во всяком случае, я так думаю.

— А что за тип, с которым подписали контракт? — заинтересовалась Меган.

— Зак Мэйсон, — ответила Тина.

— П-повтори? — заикаясь, попросила Меган.

— Зак Мэйсон. Да ты его знаешь, в свое время он был рок-звездой, пел в группе, которая тебе нравится, — объяснила Тина. — Я думаю, он как раз подошел бы для фильма по твоему сценарию. Но на твоем месте я бы ни на что особенно не надеялась. Если уж Жанна слышала, то все, кто водит носом по бумаге в этом городе, знают. Они ведь все связаны между собой. Тебе никакими силами не заставить киношников прочитать твою писанину.

Меган даже не посмотрела в ее сторону. Внезапно она почувствовала: все будет хорошо. В титрах этого фильма, когда он выйдет, будет стоять ее имя. Все, что ей надо, — это заставить «Эс-Кей-ай» прочитать ее сценарий.

— Нет, заставлю, — сказала она.

— И как же ты это сделаешь? — противным голосом спросила Тина.

— Пока не знаю, — сказала Меган. — Но сделаю это.

Глава 6

Казалось, внизу сейчас все взорвется. Он стал таким огромным, толстым и нестерпимо болел от желания. Говард Торн посмотрел вниз и охнул от почти невыносимой похоти и удовольствия. Длинная, наполненная кровью голубая вена ползла вдоль распухшей плоти, как дождевой червь. Вот что могут сделать изящные умелые пальчики! Они обхватили его и двигаются вверх-вниз, словно крылья бабочки; потом они слегка ущипнули бархатную головку, чтобы отодвинуть сладостную минуту оргазма. Он может взорваться в любой миг.

Увеличившаяся вдвое по сравнению с обычным размером, в полной готовности, плоть его стала беспомощно тыкаться, ведомая лишь животным инстинктом. Рот, влажный и горячий, стоящий миллион долларов, был по-детски мягок. Дело не в том, что Говард думал сейчас о нежности кожи, он вообще ни о чем не мог думать. Ни о своей компании, ни о ревнивой жене, ни о власти, ни о своих редеющих волосах. Все мысли улетучились. Вселенная сузилась. Для него сейчас не существовало на свете ничего, кроме желания, ее рта, ее рук и собственной жажды кончить, прекратить сладкую муку, на которую она его обрекла. Сейчас весь космос для него уменьшился до девяти дюймов возбужденной, напрягшейся, пульсирующей плоти, и только одна не слишком ясная мысль забрезжила в голове: нет в мире никого лучше Роксаны Феликс для этого дела. Роксана Феликс — лучшая трахальщица столетия.

— Ну что, сейчас? — спросила Роксана.

Нежный голос источал такую чувственность, что он ощутил новый прилив удовольствия, плоть окаменела, он был готов. Говард стеклянными глазами посмотрел на облачко блестящих угольно-черных волос; казалось, он собирался увидеть в них собственное отражение. Задыхаясь, он с трудом прохрипел:

— Да, пожалуйста… Да…

— Ты уверен? Я могу еще минут десять.

Да сколько угодно! Сама она не могла бы кончить с ним, даже если бы он был последним мужчиной на земле, а мастурбация находилась под запретом.

— Пожалуйста. Пожалуйста.

Он умолял, и его напряженная плоть вздрагивала от ее прикосновений. На головке выступили светлые капельки.

Он не выдержал бы и десяти секунд, не говоря уж о десяти минутах.