Джоанна Кингсли - Любовные прикосновения

В восемь часов вечера Кат спустилась по широкой лестнице, чтобы присоединиться к Милошу в фойе танцевального зала. Ее появление вызвало оживление в толпе гостей, собравшихся внизу. Когда Милош, в элегантном смокинге, поднялся на нижнюю ступеньку, чтобы встретить ее, публика зааплодировала. Кат засмеялась и присела в реверансе, прежде чем подать Милошу руку. Она привыкла быть в центре внимания, но на этот раз чувствовала себя как-то по-особенному восторженно.

– Идем со мной, дорогая. Сейчас самый подходящий момент для сюрприза.

Ее сердце забилось сильнее. Это произойдет сейчас!

Они вошли в зал, где уже играл оркестр и пары танцевали под шатром из цветных шелковых ленточек. Кат ожидала, что музыка по сигналу Милоша смолкнет, чтобы он мог сделать объявление. Однако этого не случилось. Милош подвел ее к маленькому столику, где в одиночестве сидел какой-то мужчина с седеющими темными волосами и курил. Увидев Кат, господин смял сигарету в пепельнице и вскочил со стула. Он оказался совсем невысоким. Однако его окружала аура такой силы, а смокинг так превосходно сидел на подтянутой фигуре, что он производил впечатление крупного человека. Он одарил Кат широкой белозубой улыбкой, продемонстрировав отсутствие переднего зуба.

– Кат, позволь представить тебе Пола Браннока, – сказал Милош.

Это имя ни о чем не говорило Кат, но гордость, которую она услышала в голосе Милоша, заставила ее подарить Бранноку одну из своих самых прекрасных улыбок.

– Мисс Де Вари, очень рад познакомиться с вами.

Он говорил по-чешски, но плохо. По акценту Кат определила, что Браннок – американец.

Не выпуская руку Катарины, он пристально вглядывался в ее лицо. Этот внимательный осмотр заставил Кат поежиться, словно у нее выискивали изъяны.

– Садитесь, пожалуйста! – быстро произнес Браннок на своем чешском, который, очевидно, изучал с помощью разговорника.

Он пододвинул стул и поставил его рядом со своим. Она могла бы отказаться под каким-нибудь предлогом, но Милош жестом велел ей сесть. По какой-то причине эта встреча с Бранноком была важна для него.

Наступило молчание, а потом Браннок быстро заговорил по-английски. Кат пришла в замешательство, но Милош начал с легкостью переводить.

Браннок сказал, что приехал в Прагу всего лишь четыре дня назад. Он совершил путешествие из Соединенных Штатов специально для того, чтобы увидеть игру Кат и встретиться с ней. Но все его планы нарушились, когда он узнал, что она в отпуске, а театр закрыт. Браннок умолял Яноша Петрака сообщить ему местонахождение известной актрисы, но режиссер отказался.

– Для него не имело значения, кто я такой! – возмущался Браннок. – Петрак сообщил, что вы в отпуске впервые за несколько лет и не потерпите, чтобы вас беспокоили.

– Как это мило с его стороны, – заметила Кат. Она говорила по-чешски и знала, что Браннок не поймет ее. Ей не терпелось дать понять Милошу, что она с радостью оставила бы общество этого надоедливого коротышки.

– Что она сказала? – спросил Браннок, когда Милош не стал торопиться с переводом.

– Мисс Де Вари сожалеет о тех трудностях, которые вам пришлось пережить, разыскивая ее.

– В действительности, это не такое уж большое беспокойство для меня, – снова затрещал Браннок. – Я не отношусь к тому типу людей, которые легко сдаются, поэтому продолжал задавать вопросы. И вот два дня назад я попал на вечеринку, на которой присутствовали некоторые люди, связанные с кинематографом. Они сообщили мне, что вы уехали вместе с Милошем. Я разузнал о нем побольше, приехал в Карловы-Вары, и Милош любезно пригласил меня, чтобы мы с вами могли побеседовать.

Когда все это было переведено, Кат начала понимать, о каком сюрпризе говорил Милош.

– И что же вас привело сюда, мистер Браннок? – спросила Кат, стараясь не выдать своего раздражения.

– Голливуд, голубушка! Вот откуда я явился – из кинематографического рая! С таким предложением, которое мог бы принести разве что ангел-хранитель!

Кат со все возраставшим смущением слушала Браннока, который объяснял ей, почему заехал в такую глушь, чтобы встретиться с ней. Милош переводил очень быстро. Пол Браннок оказался продюсером одной из самых больших киностудий в Голливуде. Они уже давно обратили свои взоры на старый свет и стали приглашать актрис из Европы: Грету Гарбо, Марлен Дитрих, Ингрид Бергман и других. Студия приобрела чешские фильмы с участием Кат, и им захотелось заполучите ее. Уже были подобраны сценарии. За первый фильм ей обещали заплатить сорок тысяч долларов, за последующие – еще больше. Все расходы, разумеется, будут включать оплату за аренду дома в первый год.

– А также уроки английского языка, – заключил Браннок. – Ну что ж, моя дорогая! Мы собираемся сделать вас великой, как сама Бергман!

Кат опустила глаза, чтобы скрыть боль, которая отразилась в них. Она ничего не ответила, и Браннок нетерпеливо спросил:

– Вы ведь поняли меня, не правда ли? Это – прекрасное предложение!

Она сидела неподвижно склонив голову, когда Милош переводил слова Браннока. Да, она поняла. Но ее смущали не детали контракта, а та роль, которую сыграл Милош в организации этой встречи. Именно он пригласил сюда этого голливудского «ангела», он заинтриговал Кат разговорами о сюрпризе. Совершенно очевидно, что Милош рассматривал предложение продюсера, как счастливый подарок, от которого нельзя отказываться. Похоже, он вполне готов расстаться с ней и отправить ее в Америку, на другой конец света.

Катарина подняла голову и испытующе посмотрела на Милоша. Как она могла так ошибиться? Неужели он не любит ее?

Теперь он увидел в ее глазах боль и немой вопрос. Но ничем не утешил возлюбленную.

– Что ты думаешь об этом, Кат? – спокойно спросил он. Наконец, призвав на помощь все свое хладнокровие, она повернулась к американцу.

– Мистер Браннок, сегодня вечером я не могу дать вам ответ. Мне хочется повеселиться, отпраздновать Новый год.

Милош на секунду заколебался, прежде чем перевести ее слова. Браннок приподнял брови.

– Полагаю, ставку можно немного увеличить, если проблема в этом…

Милош передал Кат, что условия контракта могут быть улучшены. И впервые вставил замечание от себя.

– Для начала они могли бы заплатить семьдесят пять тысяч долларов. Кат, это такая удача…

Она прервала его.

– Дело не в деньгах, мистер Браннок. Просто мне нужно время, чтобы подумать.

Услышав перевод, Браннок вскинул руки, показывая, что сдается.

– Как скажете, малышка. Но завтра я уезжаю в Париж, а на расстоянии переговоры вести всегда труднее.

Он достал из кармана приготовленную заранее записку.