Сьюзен Льюис - Крик души

— Нет, или мы поедем все вместе, или не поедет никто, — отрезал Дэвид. — Так или иначе, мы хотим быть здесь, когда появится ребенок.

Лицо Кристин помрачнело.

— Говори за себя, — буркнула она, встала и вышла из комнаты.

Дэнни посмотрел таким взглядом, который мог убить.

— Иногда мне хочется ее прибить, — зло заявил он, не потрудившись говорить тише. — И все из-за того, что она не получила того, что хотела! Я не знаю, как ты ее выдерживаешь, Дэвид.

— У нее есть и положительные качества, — тактично возразил Дэвид, хотя было видно, что он тоже шокирован.

— Сейчас, — продолжал Спенс, словно ничего не случилось, — мне нужно разобраться, как снимать сцены, которые нам дали, а ты, Дэвид, должен посмотреть сценарий.

— У тебя не найдется лишнего экземпляра для меня? — спросила Никки.

— Конечно, найдется. — Он взял ее за руку, в то время как остальные уже собрались уходить. — Но я бы хотел, чтобы дом…

— …был предоставлен в твое распоряжение на ближайшие несколько часов, — закончила она за него. — Не вижу проблемы. Нам нужно кое-что купить в супермаркете. Боюсь только, что в банке пусто. Значит, по пятерке с каждого?

— Вот десятка, — сказал Дэнни, вытаскивая из кармана банкноту. — Мне пора идти, иначе я опоздаю. И оставь тяжести для меня, я захвачу их по пути домой, — заботливо предложил он. — Только пришли мне СМС со списком, я все сложу в корзину на велосипеде.

— Давай я схожу с тобой в супермаркет, — предложила Кристин, возвращаясь в комнату; лицо у нее все еще было обиженным, но глаза смотрели виновато. — Прости, что я так сказала, — извинилась она, прежде чем обнять Никки. — Я немного увлеклась…

— Ничего страшного, — ответила Никки, глядя на Дэнни. Тот хмуро смотрел в спину Кристин.

— Крис, ты не знаешь, куда я засунул бумажник, когда пришел вчера вечером? — спросил Дэвид, роясь в карманах.

— Меня вчера вечером здесь не было, — напомнила ему она.

— Конечно. Наверное, он наверху, в другой куртке. Ладно, вот тебе пятерка, — сказал он, хлопая смятой банкнотой по ладони Никки. — Все, мне пора. Я должен сделать в «Эвейлебл лайт» монтаж всего, что они наснимали за день. Я возьму сценарий с собой, — сказал он Спенсу. — Мы сможем встретиться в Клифтоне часиков в шесть?

— Я там буду, — сказал Спенс и, поцеловав Никки в лоб, исчез в спальне: там, в эркере, выходившем на улицу, стоял его письменный стол, Не совсем то, что он мог бы получить в Голливуде, но пока ему этого хватало.

Никки и Кристин переглянулись и пожали плечами.

— Можем идти, если ты готова, — заметила Никки.

— Только возьму сумки, — предложила Кристин. — Ты написала список?

— Он висит на холодильнике. Не стесняйся и помой посуду, пока нас не будет, — крикнула она Спенсу. — Это поможет тебе сосредоточиться.

Полтора часа спустя Никки и Кристин уютно устроились в глубоких красных кожаных креслах на «Фабрике», пристроив в ногах пакеты из магазина «Альди». Они пили чай с ромашкой и розой и наслаждались пирожками, купленными в магазинчике напротив. Кафе было огромным: по потолку вились стальные трубы, словно оторвавшийся от земли спортивный лабиринт; вдоль стены вытянулась оцинкованная стойка, за которой на стенах было мелом написано меню; высокие подъемные окна выходили на оживленную улицу; а на стенах из красного кирпича висела интересная коллекция картин в стиле Обри Бёрдслея.

Никого из завсегдатаев кафе сейчас не было — они обычно появлялись ближе к вечеру. Но в другой половине комнаты на диванах и пуфиках сейчас расположилась группа молодых мамочек, которых знала Никки, а за многочисленными столиками сидели старички, которых она иногда видела, когда заходила в магазин на главной улице. Она поздоровалась со знакомыми, повозилась с детишками, а также, пока Кристин ходила заказывать чай, спросила у одного из соседей, получил ли он письмо, которое по ошибке доставили им.

— У тебя хотя бы есть оправдание, когда ты ешь за двоих, — проворчала Кристин, набив рот вкусным пирогом с рубленой говядиной в соусе. — А я просто омерзительно слабовольная особа, но этот пирожок — точно последний. Меньше всего я хочу вылезти на сцену в театре, словно отвратительная беременная утка… — В следующую минуту она широко раскрыла глаза от ужаса, осознав, что произнесла, а затем у нее изо рта полетели крошки, потому что они обе прыснули со смеху. — Извини, — сказала Кристин, промокая губы салфеткой. — Ты же знаешь, что я имела в виду.

— Не думаю, что один пирожок принесет столько вреда, — утешила ее Никки. — Если бы ты постоянно объедалась ими, возможно… Боже, они просто восхитительны. Я бы с удовольствием съела еще один. Ну да ладно; расскажи мне подробнее о том, что было вчера и что… — Она замолчала, поскольку у Кристин зазвонил мобильный телефон.

— Моя мама, — сообщила Кристин, посмотрев на экран. — Привет, как дела? — она знаком извинилась перед Никки и стала слушать ответ. — О, хорошо. Когда тебе нужно быть там?

Пока она болтала, Никки прикончила остатки пирога и, отхлебывая чай, заметила девочку со своих дородовых курсов, которая махала ей в окно. Это была та, чья мать постоянно курила.

Никки помахала ей в ответ и одними губами произнесла:

— Как дела?

Девочка погладила свой восьмимесячный живот и подняла большой палец вверх.

— Мне очень жаль, — сказала Кристин и посмотрела через плечо, нажимая кнопку отбоя. — Кому ты махала?

— Я не знаю ее имени, — ответила Никки. — Мы ходим на одни курсы.

Кристин немедленно потеряла всякий интерес.

— У моей мамы сегодня плановый осмотр у врача, — тяжело вздохнула она. — Она немного нервничает, а моей сестры нет рядом, и ей придется идти одной. Наверное, мне надо было остаться вчера вечером в Лондоне и поддержать ее сегодня.

Зная, как сильно Кристин переживает за маму, Никки спросила:

— А сейчас уже поздно поехать к ней?

Кристин кивнула.

— Ей назначили на двенадцать. Какая я идиотка, — сердито проворчала она, — нужно было подумать об этом вчера. Как бы там ни было, сейчас уже поздно; надеюсь, она прекрасно справится сама, — она мотнула головой и принужденно улыбнулась.

Никки сжала ей руку.

— Все будет хорошо, — тепло сказала она. — Это ведь всего лишь осмотр.

Кристин благодарно улыбнулась ей, а затем, желая сменить тему, сказала:

— Так на чем мы остановились? Ах да, я собиралась…

— Прости, — поморщилась Никки, поскольку теперь зазвонил ее телефон. Посмотрев, кто это, она расплылась в улыбке. — Мама Дэвида, — сказала она и ответила на звонок.