Сандра Мэй - С первого взгляда

Лес — хитрая штука. Лили и Кларк почти мгновенно скрылись из виду, уже через пару минут Дик чувствовал себя совершенно одиноким. Впрочем, не совсем. Птицы по-прежнему настороженно молчали, в лесу царила тишина. Потом Дик расслышал хруст сучка… Далекий, одиночный звук разнесся по примолкшему лесу словно выстрел. Звери так не ходят — да и нет в этом цивилизованном, близком к трассе лесу крупных зверей. Это человек. И он идет по следу.

Охотничий азарт — страшное дело. Дик Хантер по натуре никогда не был дичью, так что ни малейшего страха не испытал. Пожалуй, единственным его желанием было побежать навстречу, выскочить на врага неожиданно и стремительно, смять его этой атакой, заставить его бояться… Дик сдержался, потому что был не один. Впереди, совсем недалеко находилась Лили Роуз, с ней этот довесок в облике Кларка Гейбла — и он не имел права рисковать их безопасностью. Дик замер, припал к стволу осины, превратился в слух.

Прошло примерно десять минут — и тишина взорвалась громким выстрелом.

6

В ГОСТЯХ У СТАРОГО ДРУГА

Когда всю жизнь имеешь дело с оружием, различаешь выстрелы словно голоса разных людей. Раздавшийся в лесу выстрел не мог принадлежать «беретте» Лили Роуз — а значит, стрелял кто-то другой. Вопрос — в кого? Звуки в лесу разносятся иначе, чем в свободном пространстве, так что Дик пока не знал, напоролись ли его спутники на засаду или неизвестный преследователь просто догнал их, обойдя Дика. В любом случае это было уже не важно, и Дик Хантер ломился через лес, словно раненый лось, покрываясь холодным потом при одной мысли о том, что снова подверг жизнь Лили Роуз опасности.

Еще один выстрел, почти слившийся с ним второй — теперь в дело вступила Лили Роуз. Дик не целясь выпалил наугад, стараясь взять повыше, чтобы не зацепить своих — хотя и не сомневался, что они успели залечь на землю. Лили Роуз должна была успеть — ну а Кларки она с ног сшибет, не волнуйтесь.

Противник тотчас понял, что «люгер» Дика — оружие куда серьезнее, поэтому почти сразу же выпустил три пули, которые прошли довольно близко от Дика. Следовало сбавить обороты, поэтому Дик просто сиганул в сторону и вниз, искренне надеясь, что не наткнется ни на что острое.

Наткнулся он на Лили Роуз. Злая как оса, она перезаряжала «беретту» и бормотала при этом себе под нос такие слова, которые не должна не только произносить, но и знать ни одна приличная женщина — исключение можно сделать только для полицейских. Дик свалился почти на нее, так что немедленно получил ногой в бок, а потом Лили зашипела от боли — и он увидел, что рукав ее светлой куртки потемнел от крови.

— Вот дьявол! Он в тебя попал?! Кость…

— Отвали! Видишь — обе руки работают? Разумеется, не задета.

— А где Кларки?

— Надеюсь, лежит там же, куда я его толкнула.

Выстрел справа — и тут же ответный выстрел слева. Лили ойкнула.

— Дик! Выходит, их двое?!

— Во всяком случае, они не самые близкие друзья, потому что палят друг в друга.

— Там слева должен быть Кларки…

— Не впадет в истерику — выживет, а впадет — мы ему все равно не поможем.

— Нет, так нельзя. Он же совсем беспомощный. Прикрой меня!..

И неугомонная Лили Роуз полезла прямо на линию огня, после чего Дику ничего не оставалось, как последовать за ней и начать палить вообще в разные стороны. Через пару минут — или секунд, трудно понять в такой ситуации — им навстречу поднялся облепленный муравьями и веточками Кларк Гейбл. На лице его был написан ужас.

— Лили, милая, кто в нас стреляет?

— Сама очень хотела бы это знать. Замрите все!

Они застыли, чутко прислушиваясь к окружающим звукам. Через мгновение Дик произнес:

— Уходит. Сукин сын уходит в сторону дороги. Интересно, где второй сукин сын? Сдается мне, он скорее на нашей стороне…

— Не факт. Кларк, ты никого не видел?

— Боюсь, что нет, милая. Я лежал… э-э-э… в кустах и старался не поднимать голову, как ты и говорила. Он был совсем близко, я слышал, как он двигался, но… мне было страшно.

Дик сплюнул.

— Детский сад! Страшно!

Лили немедленно накинулась на него:

— Чего ты хотел? Чтобы Кларк прыгнул на него и отобрал пистолет? Хорошо, что он его не заметил. Ребята, пойдемте отсюда. Давайте доберемся до дома — мне неловко об этом упоминать, но я в некотором роде ранена.

— Ой господи! Милая, тебе больно?

— Прости, Лил. Дай посмотрю рану…

— Потом. Она не слишком кровоточит, но мне не хотелось бы, чтобы в нее попала грязь. Надеюсь, в доме найдется аптечка?

К дому вышли быстро, стараясь держаться ближе к зарослям кустарника. Дик оставил Лили и Кларка под раскидистым кустом орешника, а сам короткими перебежками добрался до крыльца. Открыть дверь и отключить сигнализацию было делом нескольких минут, и вскоре он энергично замахал своим спутникам со ступеней, держа пистолет перед собой и зорко осматривая окрестности. Это было простой формальностью — Дик Хантер нутром чуял, что незримый противник отступил и в данную минуту им ничто не угрожает.

В доме было тихо, но Дик на всякий случай прошелся по обоим этажам и осмотрел комнаты, после чего спустился в кухню и открыл холодильник. Судя по оставленным в нем продуктам, Донован либо совсем недавно здесь был, либо намеревался появиться в ближайшее время. Дик хмыкнул себе под нос:

— Что ж, дружок, в любом случае сигнал о проникновении в дом ты уже получил и мчишься сюда на всех парах — либо твои парни. Остается только ждать…

Кларк вошел в кухню и обессиленно опустился на табурет возле блестящего никелированного стола.

— Я совершенно измучен. Дик, прости, я вел себя не самым героическим образом…

— Не бери в голову. От штатских это и не требуется, более того, строжайше возбраняется. Нет ничего хуже, когда дилетант начинает лезть не в свое дело. Большинство погибших заложников — люди, возомнившие себя крутыми парнями.

— Видишь ли, это немного унизительно… Ты — ладно, но Лили — женщина. Однако действовала быстро и решительно, а я струсил.

— Лил проработала в полиции больше десяти лет. Меньше всего она напоминает хрупкую розу, когда дело касается подобного экстрима. Куда она делась?

— Поднялась наверх, видимо, хочет принять душ. Ее рана не слишком опасна?

— Судя по тому, как Лил ругалась и скакала по лесу, — не очень. Скажи мне, Кларки, как холостяк холостяку: ты готовить умеешь?

Кларк неожиданно воодушевился:

— Без ложной скромности могу ответить — да! Видишь ли, моя мама — прекрасная женщина! — готовит очень… своеобразно. Лучше всего, хотя и не всегда, ей удаются оладьи с кленовым сиропом… главное, чтобы сиропа было побольше. Словом, мне пришлось научиться готовить, чтобы избежать ожирения.