Сандра Мэй - С первого взгляда

— Выглядишь освеженной — тебе и вести.

— Нет-нет, поведу я, мы же договорились, — влез Кларк. — Сколько нам еще ехать?

— Часа четыре. К полудню я тебя сменю и поведу сам. В тех местах трудно ориентироваться. Слушайте, наш малыш Кларки подал неплохую идею. Пожалуй, я позвоню по одному телефончику…

Лили с тревогой посмотрела на Дика.

— Ты уверен, что это хорошая идея?

— Пока не знаю. Посмотрю на реакцию. Давайте найдем телефон.

Телефонная будка нашлась как раз на выезде из городка. Рядом находился довольно большой — по местным меркам — супермаркет, возле него на стоянке было полно машин, в том числе и таких же, как у Дика, «фордов». Лили вызвалась пойти вместе с ним, следом увязался и Кларк — короче, конспирация трещала по швам, но Дик махнул на нее рукой.

Номер он помнил, несмотря на прошедшие семь лет. Ответили после третьего звонка — все правильно, для начала нужно засечь адрес, с которого звонят. Вежливый женский голос в трубке сообщил:

— Вы позвонили в офис федерального учреждения. Предупреждаем, что ведется запись разговора. Назовите ваше имя, пожалуйста.

Дик широко улыбнулся трубке.

— Ласточка, в данный момент я переживаю кризис самоидентификации, поэтому хотел бы сохранить инкогнито.

— Сожалею, но…

— Мне нужен агент Крейг Донован, который, скорее всего, уже выбился в начальники и перестал быть агентом. Соедини меня с ним, будь добра. Дело касается никчемных, ненавистных, насильственных неприятностей, начинающихся на одну и ту же букву. Так и передай.

— Сэр, я не могу соединить вас с мистером Донованом, но могу принять от вас сообщение. Где вы находитесь?

Дик нахально прижал к себе Лили, пользуясь теснотой телефонной будки, и сообщил:

— В данный момент — в раю. В принципе — на территории Соединенных Штатов. Доновану надо передать следующее… ты записываешь, солнышко?

— Мы ведем запись разговора.

— Чудненько. Итак: Дон, ты паршивая крыса, и я намерен начистить тебе фотокарточку при личной встрече. Я почти на сто процентов уверен, что ваша контора стоит за известными тебе событиями в Литл-Санрайз, что вы использовали известную тебе особу в качестве наживки — и это очень нехорошо. Но поскольку поделать с этим уже ничего нельзя, я вхожу в игру, ты своего добился. Только вот играть я буду по своим правилам. Целую. ДХ.

— ДХ — это ваши инициалы, сэр?

— ДХ — это до хрена тумаков, которые получит ваш Донован. Будь счастлива, солнышко.

Дик повесил трубку и посмотрел на Лили. Она и не думала вырываться из его объятий, хотя за стеклом будки метался встревоженный Кларк Гейбл. На розовых губах Лили Роуз играла улыбка.

— Ты ужасный грубиян, Хантер.

— Вовсе нет. Я — застенчивый и воспитанный в строгости парнишка. Просто мне нужно спровоцировать Дона на встречу.

— Ты планировал это сделать, пообещав начистить ему фотокарточку?

Дик улыбнулся в ответ.

— Не совсем. Просто ДХ — это Додж-Хаммон, название его дома у озера.

Пейзаж за окнами поменялся — стало меньше хвойных деревьев, соответственно, не так мрачно и торжественно. Трасса тоже оживилась — теперь по ней так и шастали грузовики и легковые машины. В другое время Лили Роуз порадовалась бы этому обстоятельству, но сейчас ее тревожило большое количество машин. В любой из них мог сидеть убийца, чьего лица они не знали.

Кларк пригорюнился на заднем сиденье — его вновь посетили невеселые мысли о маме, к тому же он до сих пор не мог опомниться от зрелища не вполне братских объятий Дика и Лили в телефонной будке…

Вскоре Дик сбросил скорость, а потом и свернул на второстепенную дорогу, снабженную весьма туманным, хотя и стихотворным указателем: «Хаммонсвилль — 10 миль».

— Это соседний городишко, — пояснил Дик. — Вилла Дона расположена посередине между федеральной трассой и его границей.

Миновав идиллические кукурузные поля, они въехали в очередную рощу, и тут Дик завертел головой по сторонам, а вскоре и углядел какую-то неприметную тропу, отходившую от дороги, и свернул на нее.

— Прямо к дому не поедем, а пойдем. Машину спрячем здесь. Запомните место — на всякий случай.

— На какой еще всякий?!

— Всякий. До дома прямо по шоссе — примерно три мили. До трассы — еще две. Забирайте шмотки, и пошли.

Они пошли прямо через заросли. Вокруг пели птицы, шуршали под ногами невидимые обитатели здешних лесов — все вокруг дышало покоем. Лили Роуз брела след в след за Диком и думала о вещах совершенно неподобающих: как бы хорошо было не думать ни о каких убийцах, злодеях, зловещих спецслужбах и семи годах, проведенных врозь. Идти вместе с Диком — с Диком, не с Кларком! — по летнему душистому лесу, вдыхать сочный аромат пышной листвы и знать, что в конце пути их ждет дом, небольшой деревянный дом с распахнутыми окнами, невысоким крыльцом, белыми занавесками, и в конце дня они войдут туда вдвоем, рука об руку…

— Стойте! Тихо!

Все-таки он очень был похож на волка, Дик Хантер. Старого, стреляного, битого, матерого волка — истинного вожака стаи. Он замер на одной ноге, так и не поставив на землю вторую.

Ноздри орлиного носа раздувались, точно Дик брал след. Лили тоже замерла, и лишь несчастный Кларк Гейбл, тащившийся в хвосте, продолжал еще шуршать и трещать веточками, в которых насмерть запутался. Однако совсем скоро угомонился и он — и вокруг установилась почти полная тишина.

Лили Роуз была городским ребенком, но на природе провела достаточно много времени. Первый признак тревоги — замолчали птицы. Не те, что сопровождали своим шуршанием и чириканьем их передвижение по лесу — дальние, гнездившиеся высоко на деревьях. Их окружала гнетущая, давящая тишина. Дик посмотрел на Лили, криво улыбнулся.

— Ничего не чувствуешь, сестренка?

Она прислушалась к собственным ощущениям. Конечно, чистым этот эксперимент не назовешь, но… по спине опять бегал противный паучок беспокойства. Лили зябко передернула плечами. «Беретта» была с ней, но лежала далеко, в сумке, среди вещей, а сумку тащил рыцарственный Кларк Гейбл…

— Кто-то есть, да?

— Думаю, да. Не волнуйся, маленькая. Мы ведь оба знали, что он идет за нами.

— Да…

— Ну и все. Кларки! Слушайте оба. Эта роща закончится — будет лужайка, потом ручей, за ним дом. Идти тихим шагом минут пятнадцать. Сейчас разделимся. Я останусь чуть сзади и подожду, пошуршу здесь. Вы идете вперед и стараетесь не шуметь. Дойдете до дома — смойтесь на задний двор и спрячьтесь где-нибудь. Все ясно?

— Да. Дик, ты только не нарывайся…

— Именно этим мы с тобой и планируем заняться, любимая… сестра. Но сейчас я на рожон лезть не буду. Не факт, что это именно наш парень. Все, что угодно: от местных копов до ребят Дона. Я основательно засветился по телефону, так что возможно все. Избегайте открытых мест и не обращайте внимания на шум в задних рядах. Вперед!