Блокшот - Кайли Кент

владею одним из его игроков. ― Она снова показывает на экран.

Когда «Рыцари» выходят на лед, во мне нарастает волнение, которого я не испытывала уже очень давно. Возможно, это из-за вина, но я думаю, что это больше связано с тем, что я наблюдаю за Люком. Я убедила Шона, что хожу на его игры, чтобы поболеть за него и выразить поддержку. На самом деле я просто хотела посмотреть на Люка. Он двигается на льду с такой странной смесью грации и мужественности. Это завораживает.

― Я так рада, что мы можем посмотреть всю игру, ― говорю я.

― Ты не смотрела игры от начала до конца? ― спрашивает Алия.

― Мне не разрешали. ― Проговариваюсь я, прежде чем успеть остановиться. ― Я… ах… я не… я…

― Все в порядке. Тебе не нужно ничего мне объяснять, Монтана. ― Она протягивает бутылку, нависая горлышком над моим бокалом. ― Еще вина?

Я киваю головой, благодарная за ее понимание и за то, что она не лезет не в свое дело. Я беру свой обновленный бокал и подношу его к губам.

― Ты должна прийти на игру в Замок. Эти игры просто эпические. Публика действительно болеет за наших парней.

― Возможно, когда-нибудь. ― Я пожимаю плечами, не решаясь брать на себя какие-либо обязательства.

Пока мы наблюдаем за игрой, я понимаю, что с Люком определенно что-то не так. Он всегда играет жестко, но сегодня все иначе. Он ведет себя намного злее. Грубее. Его уже оттащили от двух парней, а Грейсон, похоже, не отходит от него ни на шаг.

― Что-то не так, ― говорю я вслух.

― Да. Согласна. ― Алия берет телефон. Я хочу спросить, кому она звонит, но не хочу показаться грубой. ― Папа, что случилось с Джеймсоном? ― спрашивает она, как только ей отвечают.

Я не слышу ответа мистера Монро. Алия просто кивает головой.

― Ну, скажи ему, что он заставляет свою девушку волноваться. Разберись с этим, ― говорит она и завершает звонок.

― Боже мой. Нет! Я не хочу создавать проблемы Люку, ― говорю я ей.

― Это не проблемы ― поверь мне. Люк уже прочно занял свое место в «Рыцарях».

― А еще я не его девушка, ― пытаюсь поправить я.

― Да, это так. Ты ведь знаешь, что у него на теле набито твое имя?

― Мы друзья.

― Да, я тоже хожу и делаю татуировки с именами всех своих друзей. ― Алия смеется.

― Это не так. ― Я чувствую, как нагревается мое лицо.

― Но ты же хочешь, чтобы все было именно так, правда? ― Она с вызовом поднимает идеальную бровь.

― Я… я не в том состоянии, чтобы начинать с кем-то отношения, ― говорю я ей вместо ответа.

― Я знаю, многие скажут тебе не торопить события, прийти в себя, убедиться, что твоя голова в порядке и в ней не осталось всего этого дерьма… Но если Люк делает тебя счастливой, не отказывай себе из-за того, что кто-то другой говорит или думает. Из-за того, что общество говорит нам, что это разумно. Делай то, что кажется правильным тебе.

― Я не уверена, что могу доверять своим чувствам сейчас…

Глава двенадцатая

Я смотрю на время на своем телефоне, когда моя голова касается подушки. Уже поздно, а последнее сообщение от Монтаны я получил больше часа назад. Я хочу позвонить ей. Мне нужно услышать ее голос.

Я нахожу ее номер в контактах и начинаю набирать сообщение, чтобы узнать, спит она или нет, когда телефон начинает звонить и на экране появляется ее имя. Я отвечаю на звонок и подношу телефон к уху.

― Привет, я как раз собирался написать тебе.

Она ничего не говорит, но я слышу, что она плачет. Негромко, но я слышу.

― Танна, что случилось? ― Я сажусь на кровати.

― Я… я просто хотела услышать твой голос. Прости меня.

― Ты можешь звонить мне в любое время, Монтана, всегда. Что случилось? — Я пытаюсь снова. ― Алия с тобой?

― Да, она спит в другой комнате.

― Хорошо. ― Черт, что, черт возьми, мне нужно сказать?

― Мне страшно.

― Никто не сможет войти в этот дом, Танна. Я тебе обещаю.

― Я боюсь не поэтому. Я боюсь ложиться спать, ― признается она. ― Каждый раз, когда я засыпаю, я вижу его. Я не хочу просыпаться с криком, когда в другой комнате спит Алия. Вдруг она меня услышит?

― Ты не спала прошлой ночью? ― спрашиваю я. Это уже вторая ночь, когда меня нет дома.

― Нет. Я не могла…

― У меня есть идея. Подключи свой телефон к зарядному устройству. Я позвоню тебе по видеосвязи, ― говорю я ей.

― Хорошо.

― Сейчас вернусь. ― Я прерываю звонок и нажимаю на значок видеочата. Монтана отвечает, и на экране появляется ее лицо. ― Черт, детка, как долго ты плакала? Почему ты не позвонила мне раньше?

Ее глаза красные и опухшие.

― Я не хотела тебя беспокоить.

― Ты не можешь побеспокоить меня. ― Я прислоняю телефон к прикроватной тумбочке и ложусь на бок, лицом к экрану. ― Положи свой телефон рядом с собой.

Монтана повторяет мои действия, прислоняет телефон к тумбочке, а голову опускает на подушку.

― Мы будем засыпать вместе, вот так. Если тебе приснится кошмар, я тебя услышу, ― говорю я ей.

― Прости меня, ― говорит она.

― Не за что извиняться. Мне нравится спать с тобой.

― Я не хочу возвращаться, ― шепчет Монтана. Ее голос едва слышен.

― Ты никогда не вернешься, Танна. ― Мысль о том, что она вернется к этому ублюдку, вызывает во мне волну ярости.

― Я не понимаю, что мне делать дальше. У меня ничего нет, Люк. Ни работы, ни сбережений. Ничего.

― Тебе ничего не нужно. У меня более чем достаточно для нас обоих. Все, что тебе нужно, Танна, у тебя будет.

Она качает головой.

― Я не хочу зависеть от кого-то еще. Я знаю, что мне нужно найти работу. Мне нужно снять квартиру. Но, наверное, не тогда, когда я выгляжу вот так. ― Она показывает на свое лицо.

― Если тебе нужна работа, то найди ее, но ты не