Ее друг (СИ) - Алена Февраль

Собрав вещи, я наскоро попрощалась с ребятами и покинула Колькину квартиру. Коля, конечно для вида, поуговаривал меня остаться, но я то понимала, что это из вежливости. Такой паровоз проблем им на фиг не нужен. Никакого локомотива не хватит.

Я вышла из подъезда и нос к носу столкнулась с сотрудниками полиции.

— Вы то нам и нужны, — оживился один из них, — Семёнова Мария проедемте с нами в участок. К нам поступило несколько заявлений на вас.

— Каких заявлений? — оторопело спросила я и отошла к дверям подъезда.

— Обвинения в проституции.

Я даже рот не смогла открыть от шока. Мышцы лица занемели, а по коже словно кипяток пустили.

Помогите мне, пожалуйста, ну хоть кто-нибудь на небесах! — мысленно взмолилась я и беззвучно заплакала.

Глава 27

— Ты теперь самая знаменитая шлюха нашего города, Семёнова, — сверкнув «золотыми» зубами, ухмыляется самый толстый мент.

Его коллеги, как по команде рассмеялись, а мне ещё больше захотелось исчезнуть. Испариться, чтобы не видеть и не слышать тот ад, в который меня привезли полчаса назад.

За последние два года я три раза была в отделении полиции, но никогда со мной не обращались так, как сегодня. Меня привлекали за мелкое хулиганство и дядьке даже штрафа не выписывали. Помнится меня поругают, нарисуют совсем не светлое преступное будущее и сразу же отпустят домой, а сегодня… сегодня было по другому.

Трое взрослых мужиков пялились на меня будто хищники, а один мент, с наименьшем количеством звезд на погонах, пару раз шлепнул меня по мягкому месту и бедру.

— Ладно, Машка, — доверительным тоном начал любитель шлепков, — мы сегодня добрые и поэтому позволим тебе использовать профессиональное мастерство себе же во благо. Минетик организуешь на троих и можешь валить отсюда.

Золотозубый оскалился и поднялся с кресла.

— Я первым пойду. Заявления я принимал, поэтому вставайте в очередь, коллеги.

Я подскочила со стула и брезгливо поморщилась. В груди одновременно вспыхнули злость и дикий страх.

— Сам себе делай… гадость эту. Рискни и я, будь уверен, воспользуюсь зубами.

Осматриваясь по сторонам, я понимала, что в этом небольшом кабинете, мне даже спрятаться не где.

— Будешь вякать — по кругу пустим.

Золотозубый и двое его коллег окружили меня со всех сторон, а один успел дёрнуть мою куртку на себя. Швы затрещали и лопнули. Замок выдрался и со скрипом разошёлся.

— Не смейте! — взвизгнула я и стала без перерыва выкрикивать, — Не трогайте меня! Я вас засужу! Я сдохну, но перед этим утащу вас на дно. Любая экспертиза подтвердит, что я не… гулящая. Я не с кем не была, ясно вам!!!! Я буду орать и отбиваться! Не смейте трогать меня!

Любитель шлепков зыркнул на коллег и сплюнул на пол.

— Не ври тут нам, шлюха. А то мы тебе быстро экспертизу организуем. Заодно и на наркоту тебя, психическую, проверим.

— Проверяйте, — устало ответила я и стала отходить от стола золотозубого к стене.

— Хочешь провериться — будет тебе проверка. Вечером придет результат и потом всю ночь будешь ноги перед нами задирать, поняла? Уведи её, Аркаш, к Светке в экспертную. Они там её быстро в чувство приведут.

Не знаю как, но я всё-таки пережила эту позорную проверку. А когда меня привели в камеру на пять человек, я облегчённо выдохнула. Кабинет трёх извращенцев и смотровую Светланы Сергеевны я запомню надолго. Камера в сравнении с ними — рай.

Не обращая внимание на сокамернец, я в ужасе ждала вечера. Вдруг эта Светлана вышлет в полицию лживую экспертизу: возьмёт и напишет, что я наркоманка и что мужиков у меня было море. И что тогда делать? Лучше умереть, чем с этими…

Аааааа. Ну что же мне делать?

Около восьми вечера, дверь в камеру открылась и вошел молодой охранник в форме.

— Семёнова на выход.

Я взмокла. За одну секунду тело покрылось испариной, а голова сделалась тяжёлой.

— Я? — сглотнув, прохрипела я и тут же закашлялась от недостатка кислорода.

— Ну, а кто ещё! Пошевеливайся.

Я шла как на расстрел. Даже руки сложила за спиной, хотя меня об этом не просили. Около ненавистного кабинета, охранник остановился и тихо велел мне подождать.

Набрав в лёгкие кислорода, я приготовилась орать на всё отделение, но вдруг услышала из кабинета знакомый голос. Миша…

— Результаты экспертизы и квитанцию мы вам перешлем в течение двадцати одного дня, — сухо сказал золотозубый.

— Нет… Ничего не нужно, — хрипло отвечал Миша.

— Такая процедура. Вы ведь штраф за неё заплатили. К тому же забираете Семёнову из отделения тоже вы.

Решетников что-то тихо сказал, я не смогла разобрать что именно. Придвинувшись к двери, я хотела подслушать, но резко отпрянула, потому что из кабинета вышел Миша.

Увидев меня, парень дёрнулся словно от удара. Прищурился, бегло оглядел, а потом прошёл мимо… Не сказав мне не единого слова Мишка просто прошёл мимо меня.

Я бы ещё долго смотрела ему вслед, но из кабинета вышел золотозубый и бросил к ногам мою сумку и рюкзак.

— Проваливай, Семёнова. Заплатил за тебя бывший. Хотя я бы, на его месте, даже ср…ть рядом с тобой не сел.

Будто пьяная, сильно пошатываясь, я вышла на улицу и притормозила на крыльце. Мишкина машина сразу же тронулась с места и быстро проехала мимо меня.

Так со мной и надо. Я даже не осуждаю Решетникова. Он и так для меня очень много сделал. А я, как оказалось, не ценила… Наплевала на него, во всех смыслах этого слова. И вообще я во всём виновата.

Запахнув на груди порванную куртку, я медленно пошла в неизвестном направлении. Идти мне было не куда, поэтому торопиться не стоило.

Рваная куртка распахивалась при каждом порыве ветра и если не попробовать её починить, то долго я не пройду — околею по дороге.

Сложив сумки на ближайшую лавочку, я попыталась соединить выдранный замок замерзшими пальцами. Получалось плохо, вернее совсем не получалось.

А сильный январский ветер не унимался. Ветер возможно тоже решил наказать меня. Только за что именно, мне предстоит ещё подумать и желательно это сделать в тёплом месте. Куда же мне зайти погреться в восемь вечера?

Визг тормозов, заставил меня оторваться от починки замка и поднять голову.

— Быстро в машину! — рявкнул с водительского сидения Решетников, приоткрыв стекло.

Я размышляю ровно десять секунд. В очередной порыв ветра, куртка сильнее прежнего распахнулась и заставила меня очень быстро принять Мишино приглашение.

Глава 28

Теплый салон и