Укротить сердце - Ава Хантер

class="p1">― Черт, это лучше, чем если бы кто-то был смертельно ранен, ― ухмыляется Форд, выглядывая из-за угла, чтобы стянуть мою чашку кофе. Сделав большой глоток, он морщится. ― Господи, ты варишь его так, будто пытаешься довести себя до сердечного приступа.

Я забираю чашку обратно.

― Тогда заваривай свой чертов кофе сам.

Форд ухмыляется.

― Но мне нравится критиковать твой.

Дверь снова хлопает. Я поднимаю глаза к потолку, удивляясь, почему меня вообще это беспокоит. Главный дом, где я живу, ― это место, где сосредоточено все, что связано с Монтгомери. Семейные традиции, покерные вечера, виски и сплетни. Невероятно, чтобы никто не зашел.

Сняв кофейник с конфорки, я наполняю свою чашку. Мне нужны силы, чтобы разобраться с этими идиотами.

Форд поднимает бровь.

― Что тебя вывело из себя?

Прежде чем я успеваю сказать ему, чтобы он не лез не в свое гребаное дело, из коридора доносится голос Уайетта.

― Похоже, мы обзавелись парой племянниц, засранцы!

Услышав новости, я выдыхаю, пытаясь хоть раз успокоиться и сосредоточиться на чем-то хорошем.

― С Эмми Лу все в порядке? ― спрашиваю я, когда Уайетт и Дэвис появляются из-за угла с самодовольными улыбками на лицах.

― Все отлично. — Дэвис бросает мне свой телефон. ― Посмотри сам.

― Черт, я пошлю им пони, ― объявляет Уайетт, глядя на свой телефон.

Я читаю сообщение своей младшей сестры.

Познакомься с Дейзи и Корой, твоими новыми племянницами и крестницами. Мы устали, но счастливы. Позвоним вам всем позже. Люблю вас, мальчики. ЭЛ.

Под текстом ― фотография спеленутых младенцев, одна в розовом, другая в желтом. Розовощекие херувимчики. Новые Монтгомери. На сердце у меня сразу становится на тысячу фунтов легче. Слава богу, все в порядке.

Я возвращаю Дэвису его телефон.

― Чертовски милые. Идентичны?

Форд качает головой.

― Не-а. Следующие за нами с Дэвисом.

Дэвис опирается на столешницу, выполненную в стиле «live edge»16. Его глаза сканируют остывшую яичницу и остатки выпечки от вчерашнего завтрака, прежде чем остановиться на мне.

― Теперь, когда мы разобрались с этим милым дерьмом, не хочешь рассказать нам, что сказал Стид?

Уайетт падает на барный стул.

― Меня больше интересует, почему Чарли раздает бесплатное жилье. ― Он приподнимает бровь. ― Принимаешь бездомных?

Я провожу рукой по лицу. Я не в настроении слушать чушь Уайетта.

― Если ты заткнешься на секунду, я тебе расскажу.

Я скрещиваю руки на груди и пересказываю братьям разговор со Стидом об угрозе девелоперов.

― Как ты думаешь, что они сделают? ― спрашивает Уайетт, когда я заканчиваю.

― Они будут любезны, когда придут и предложат купить у нас ранчо. Когда мы скажем им, чтобы они шли нахрен, они начнут нам угрожать, ― предполагает Форд.

― Мы будем готовы, когда они придут. ― Лицо Дэвиса мрачнеет. ― На северной стороне ранчо устанавливается новая система безопасности. Будем следить за дорогой.

― Как быстро? ― спрашиваю я, ставя свою уже опустевшую чашку на стойку.

― Где-то на следующей неделе.

С кофейником в руках, Форд спрашивает:

― А девушка? Что здесь делает принцесса? Ей что, мало досталось в «Пустом месте»?

Вздохнув, я потираю рукой челюсть.

― Она думает, что может помочь нам с нашей… проблемой. Заведет аккаунт в социальных сетях. Сделает нам хороший пиар или что-то в этом роде. ― Я оглядываю своих братьев. ― Я нанял ее на лето.

Уайетт, выглядящий так, словно надышался собачьего дерьма, театрально опускает голову. Его жалобный стон наполняет кухню, и я закатываю глаза. Единственный, кто драматичнее нашей мамы, ― это Уайетт. Даже Эмми Лу более здравомыслящая, чем этот ребенок.

Мои братья смотрят на меня с сомнением.

― Слушайте, я хочу, чтобы она была здесь не больше, чем вы, но мы должны попытаться как-то исправить произошедшее.

― Если ты не хочешь, чтобы она была здесь, тогда почему она живет в коттедже, а не в хижине? ― спрашивает Уайетт с хитрой ухмылкой.

― Что? ― огрызаюсь я. ― Да, я поселил ее у реки. Ты же знаешь, что этих ублюдков затапливает, если у нас выпадает два дюйма дождя.

Дэвис задумывается.

― Это хорошая идея, Чарли. Сегодня утром у нас было еще три отмены.

― Черт.

Возможно, нанять Руби было не самой плохой идеей. Если мы сможем сосуществовать в течение трех месяцев, наладим работу ранчо, вернем деньги и гостей, то это не будет такой уж потерей.

― Только бы она не мешала. ― Уайетт слезает с барного стула и подходит к стойке. ― Если она попытается, я не сдвинусь с места. ― Все еще ворча, он наклоняется к столешнице и стучит по шкафу. Его голос звучит приглушенно и раздраженно. ― К концу недели она, наверное, заставит нас петь песни у чертова костра.

― Никто не будет петь, ― рявкает Форд.

― Никто не хочет, чтобы ты, блядь, пел. ― Я морщу лоб. Вот тебе и спокойное утро. ― Заткнись, Уай. И какого черта ты там делаешь?

Мы все замираем, когда раздается легкий стук в дверь.

Головы поворачиваются, когда на кухне появляется босая Руби. Под мышкой у нее ноутбук.

Чтоб меня. Еще один сарафан.

― Извините. ― Ее милое личико излучает солнечный свет и нерешительность. ― Простите, что помешала…

― Что за глупости, милая. ― Форд поднимает чашку с кофе. ― Чем мы можем тебе помочь?

Я бросаю на Форда предостерегающий взгляд. Если бы он не называл каждую женщину в городе «милой», мой кулак уже прилетел бы ему в лицо.

― Привет. Я Руби, ― щебечет она, прежде чем сделать шаг на кухню. Когда она заправляет длинную прядь волос за ухо, ее взгляд останавливается на мне. ― Чарли, у меня не работает Wi-Fi в коттедже. Секунду назад все работало нормально, а теперь сигнала нет.

Я хмурюсь.

— Пожалуйста, — шепчет мне Уайетт, прежде чем направиться к Руби. ― Привет, Руби. Я ― Уайетт, красавчик. ― Он пожимает ей руку, и я тихо стону, когда вижу кабель роутера, торчащий из его заднего кармана.

― Приятно познакомиться, ― говорит она, улыбаясь во весь рот. ― Со всеми вами.

Форд одаривает ее одной из своих очаровательных улыбок.

― Я Форд, а это Дэвис, что мы можем предложить тебе выпить? Воду, пиво, кофе? Присаживайся.

― Нет, нет, и да, пожалуйста. ― Она выдвигает стул у острова и ставит перед собой ноутбук. ― Со сливками, если