Ненавижу. Скучаю. Люблю - Ники Сью

с мигалками. Я же изредка поглядывала в его сторону, сжимая руки перед собой. Ситуация походила на сон. Ну, разве могла я представить, что буду ехать с человеком из грез в одном салоне? События последних дней не перестают удивлять. Поразительно.

Мы доехали до больницы довольно быстро, припарковались возле шлагбаума, потому что дальше нас не пустили. Антон вышел, я тоже покинула автомобиль следом. Впереди была небольшая аллея, усыпанная кустами из разноцветных роз: красные, розовые, желтые, фиолетовые. С другой стороны росли высокие березы и пару пышных елей. Красиво и умиротворенно.

У входа в отделение, Леваков остановился. Оглянулся ко мне, и строго произнес.

— Жди здесь. Я узнаю и вернусь. На лавке посиди.

— Ладно, — я кивнула. На самом деле, мне и самой не хотелось заходить внутрь. Никогда не любила больницы, особенно их запах и ощущение обреченности, которым были пропитаны стены госпиталей. Уж лучше на свежем воздухе, тем более погода позволяла.

Я прошла к скамейкам, они располагались вдоль широкой тропинки. Свободных почти не было, спасибо солнцу и теплому осеннему ветерку, многие пациенты сидели под открытым небом. Кто-то в одиночестве, а некоторые в компании целых семей и друзей. Я спустилась вниз, проскользнула мимо маленького фонтана, где изо рта золотой рыбки поливали прозрачные струи воды, и уселась на лавку.

Вытащила телефон из кармана, открыла книгу и принялась читать, потому что больше и не знала, чем себя занять. Однако строки никак не укладывались в голове, я постоянно мыслями уносилась в момент с дракой, к Антону, Наде и тому мальчишке в татуировках. Как он там? Все ли с ним будет нормально?

Минут через двадцать небо затянуло тучками, немного потемнело. Я заправила прядь волос, которая выбилась из косы и повернулась в сторону корпуса. Антон вышел с заднего входа, обошел машину скорой помощи, которая припарковалась буквально с минуту назад. Он двигался уверенно, держа в руках прозрачный пакетик.

Я махнула ему рукой, намекая, что жду здесь. Леваков кивнул и буквально через минуту оказался рядом.

— Ну как дела? — спросила я. Убрала телефон в карман джинсовой юбки, поднялась и встала напротив парня.

— Нормально, — спокойно сообщил Антон. — Оба нормально. Через час родители приедут, пусть разбираются. Грановские, конечно, важные шишки, но Надя позвонила папе, а он такие вещи с рук не спускает. У него связей побольше будет. Можешь не переживать за них.

— Вот как? — я облегченно выдохнула. Задрала подбородок и улыбнулась, хотя улыбка давалась мне с трудом. По крайне мере, после пережитого стресса сегодня.

— Ты сама как? — голос Левакова сменился со строгого на более мягкий. Он вдруг вытащил из пакета перекись и ватные палочки. Быстрым движением открыл крышку, полил на ватку. Чуть наклонился ко мне и коснулся кончиком палочки моих губ. От неожиданности я вздрогнула, захлопала ресницами, ощущая, как учащается сердцебиение.

— Что ты…

— Помолчи, — ответил Антон, не сводя глаз с моих губ. Я успела забыть о ранке, интересно, когда он заметил.

— Я могу и сама, — прошептала, смущенно. Леваков был слишком близко, его горячее дыхание обжигало мою кожу, его близость опьяняла.

— Помолчи, Юля, — и я замолчала. Старалась не улыбаться, хотя губы едва не растягивались в улыбке. С какой заботой и осторожностью Антон протирал уголок от запекшейся крови, так, наверное, ни один санитар не делает.

Я засмотрелась. На шею парня, на маленькую родинку чуть ниже уха, на короткие волосы, которые переливались каштановым цветом. Вдыхала запах свежести и мяты, исходящий от Левакова, и едва держалась на ногах. Земля мне показалась какой-то неустойчивой, словно плыву по волнам, словно меня вот-вот накроет мощная волна.

— Больше так не делай, — произнес достаточно строго Антон, чуть отдаляясь. Однако его лицо все равно было близко, мы едва не касались носами друг друга. Я сглотнула. Щеки у меня горели, а губы покалывало от волнения.

— Ты тоже, — ответила тихо. Подняла глаза, смотря снизу вверх. Мы были разного роста, я такая маленькая, а он такой большой, как косолапый мишка. Подул легкий ветер, и кудри моих волос опять непослушно вылезли из косы. Но думала я не об этом, а о том, что Антон не отводит взгляд, что он слишком пристально разглядывает меня.

А потом случилось нечто странное. Леваков поддался вперед, так, словно планировал поцеловать. Мысленно я тоже этого хотела. Уже три года хотела. Мечтала об этом, видела сладкие сны, где мы целуемся. Однако понимала — если что-то и случится, оно ничего не будет значит для человека, который меня стесняется.

Отрезвляющая реальность ворвалась острой стрелой в мое сердце. И в тот момента, когда Антон еще больше наклонился, когда практически коснулся моих губ, я ударила ступней по его ноге.

— Ай! — взывал парень, скривившись. Глаза его расширились, а тело покачивалось. — Ты чего?

— Прежде, чем целовать девушку, нужно пригласить ее на свидание. Ты такой опытный парень, а простых истин не знаешь, — выдала я банальную глупость. Вернее то, что крутилось на языке.

— Чт…

— Антон! — послышалось позади. Леваков оглянулся, наконец, отводя от меня взгляд. К нам бежала Надя. Она едва не влетела в какого-то пациента в белом халате, спешила.

— Антон! Папа приехал! Пошли скорей, — произнесла девчонка, тяжело дыша.

— Я? Я не… — он замялся. Снова глянул в мою сторону. Может мне и показалось, конечно, но в его глазах читалось желание остаться, довести разговор и дело до конца.

— Антон! — напирала Надя.

— Ладно, я сейчас. Жди меня здесь! — приказным тоном заявил Леваков. Однако я не планировала подчиняться и ждать. Тем более мне надо было забежать в книжный. Сегодня была акция, а значит, могла быть и подработка.

— Нет, — спокойно ответила. — Я не буду ждать. У меня дела. Надя, надеюсь…

— Какие дела? — перебил Антон, выпрямляясь. Видимо нога перестала болеть.

— Работа. Надя, — вновь обратилась я к девушке. — Поблагодари Костю. А Максим