Новогодняя игрушка для негодяя (СИ) - Ткаченко Сусанна "Санна Сью"

 Хорошо, что гад прижал мою голову к своей груди, и никто не видел выражения моего лица. Очень подозреваю, что шок скрыть мне бы не удалось, он же даже подготовиться не дал! А так пыхтела себе тихонько в боссову рубашку и приходила в себя.

— ..Вот, знакомься, это Кира.

Темнов оторвал меня от груди и, развернув, предъявил деду, оставаясь за спиной.

— Кира? — воскликнул Алексей. — Моргни, если он держит в заложниках твою кошку и шантажом принудил к этому.

Ну, практически так и есть, я даже задумалась на миг, не моргнуть ли. Темнов, видимо, почувствовав неладное, ущипнул меня за задницу. Не сильно, не так, чтобы я подпрыгнула, но так, чтобы напомнить о последствиях, а ещё вытащил телефон и как бы ненавязчиво им покрутил у меня перед носом.

— Ну что вы, Алексей Александрович. У меня нет кошки.

Да поняла я, поняла, что деваться мне некуда. Надеюсь, моя улыбка сейчас не выглядит, как оскал.

— Кира просто очень полюбила Генриха, каждый день ко мне приходила, чтобы с ним повидаться, — ехидцу в голосе Темнова могла расслышать только я, — можно сказать, кудрявый засранец нас и свёл.

А, ну он всё-таки заметил крысиный сюрприз на своём столе — это радует.

Кстати, Генрих в это время висел на решётке своей клетки и внимательно следил за спектаклем.

— Даже так? — голос деда смягчился, и он принялся меня внимательно рассматривать. Видимо, Захар Сергеевич тут главный любитель крыс. — Тогда очень хорошо. Рад, что Кира примет участия в наших традиционных празднованиях.

Прозвучало как угроза, особенно когда я кинула взгляд на Алексея и увидела мелькнувшее на его лице сочувствие.

 — А вы почему ещё не одеты? Народ ждёт, — младший Апполлионов показал на часы.

Я наступила Темнову на ногу, напоминая о том, что не совсем согласна с его планом, и он вновь проявил чудеса сообразительности.

— Пять сек. Только это. Сами понимаете, у нас всё ещё в самом начале, так что не нужно пока афишировать новость в коллективе.

Мужчины согласно закивали, принимая довод. Уже немного легче.

Тем временем Сем Тем, никого не стесняясь, скинул пиджак и принялся расстегивать рубашку, а я, залившись краской, схватила свой костюм и умчалась в комнату отдыха.

Что было дальше, можно описать коротко: после всего произошедшего сегодня злобные и завистливые взгляды, которые на меня кидали некоторые коллеги во главе с Машей, показались сущим пустяком. Так что можно сказать, корпоратив прошёл хорошо.

Две Снегурочки, одна из которых была в положении, держали открытыми стоящие на полу мешки с подарками, и больше от них ничего не требовалось. Остальное на себя взяли три деда Мороза. Боссы выступили с речами по очереди, вручили подарки — нам с Маргаритой тоже. Ей — сертификат в детский магазин, а мне как молодому, пока ничем не выдающемуся сотруднику — календарь, коробку конфет и бутылку шампанского. А потом Темнов меня как-то незаметно вывел из конференц-зала и повёз домой.

— Лисичкина, заеду завтра в семь утра, нам с тобой ещё продукты покупать, из чего ты будешь стол готовить. — О боже! У него когда-нибудь иссякнут задания для меня? — Кстати, продумай сегодня меню и скинь мне...

— Я телефона не знаю, Темнов, и вообще, я не очень понимаю, как ты хочешь, чтобы я совмещала роль домработницы и твоей дорогой гостьи?

— О, Лисичкина, уверен, ты справишься! Найдёшь способ сделать так, что мои родственники обрадуются тому, как мне повезло встретить краси... смазливую и хозяйственную девушку.

Вообще-то вопрос был риторический, я с первого раза поняла, что он ничего мне объяснять не станет. Мне только одно оставалось непонятно: почему Сем Тем считает, что я на нём не отыграюсь? Да хотя-бы при родственниках буду устраивать мелкие подлянки или дураком выставлять. Правда, его я решила об этом заранее не предупреждать. Зачем портить человеку сюрприз?

— Ладно, диктуй телефон, — вздохнула и вытащила из сумки свой.

— Лисища! — гаркнул рабовладелец, и мой телефон разразился мелодией входящего вызова...

Ну, Темнов, вообще уже! Сбросила вызов и, подписав новый контакт "тиранище", взялась отстегивать ремень — мы как раз подъехали к моему дому.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Сидеть! — босс выскочил из машины, чтобы выполнить свой пунктик. Что у него за мания такая непонятная с моим заходом-выходом в машину?

Покорно дождалась, пока он меня вынет, и попросила:

— Только не надо меня провожать, Семён. Я не хочу, чтобы Герда Генриховна знала, куда и с кем я еду на праздники. И завтра к подъезду не подъезжай, жди меня за углом.

Темнов поджал губы, но, к счастью, возражать или настаивать на сопровождении до дверей не стал, и я, наконец, смогла от него избавиться.

Забежала в подъезд, притаилась у окна и, дождавшись пока машина Темнова скроется из вида, вышла обратно на улицу, чтобы, сидя на лавочке в парке, спокойно все обсудить с Розой. Благо погода стояла довольно тёплая, безветренная, и отморозить себе задницу я не рисковала.

— Подписала? — Роза взяла трубку после первого гудка. Ждала, небось.

— Подписала, но, Роз, я не понимаю, что ему от меня надо. Он постоянно на меня рычит, пытается задеть и вообще не жалеет. Совсем не похоже, что ты права, заявляя о его интересе…

— Знаешь, я раздумывала после того, как ты скинула договор, и пришла к выводу, что он тебя помнит!

— Да ты что?! Мне тоже это приходило в голову, но тогда вообще непонятно такое поведение. Я ему ничего плохого не сделала.

— Может, ты тогда как-то ущемила его мужское достоинство?

Я рассмеялась, с его «достоинством» точно ничего плохого я не делала.

— Не было такого! Мы с ним вообще не разговаривали тогда, не до того было.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ну мало ли? Может, просто не помнишь, или там… глаза сделала недостаточно восхищённые, когда его голым увидела. — Я опять захихикала. — Но я чувствую, что тут явно сквозит какая-то обида и вовсе не на то, что ты его уронила. А ещё в пятницу ты опять на его достоинство покушалась…

Вот тут да. Косяк серьёзный, но цепляться он ко мне начал раньше.

— Да не, Роз, не то…

— Думай, Кир, вспоминай. Девяносто девять процентов, что я права.

— Допустим, но чего он добивается? Моего увольнения?

— Вряд ли. Тут его раздирают противоречия. С одной стороны — уязвленное самолюбие, а с другой — страстное желание овладеть...

Я закатила глаза. Роза очень любила любовные романы, особенно с тегом тело_предало и сложные_отношения.

— Глупо это как-то, Роз. Ещё и двести тысяч эти меня немного смущают. Он дурак, что ли, такие деньги платить?

— Мужики вообще в этом плане не особо умные, а двести штук для Темнова — копейки. Вспомни дом его родителей.

Аргумент. Тот дом я никогда не забуду. С деньгами хотя бы какая-то определённость.

— Ну и что мне делать? — в то, что он меня узнал, я тоже готова была поверить, но вот чем обидела — убей не понимала.

— На месте разберёшься. В идеале — надо его соблазнить и забеременеть...

— Совсем с ума сошла?! На солнце перегрелась там в своём Израиле?! — перебила я Розу.

Даже слушать не хочу такой ужас.

— Да не пыхти, я знаю, что ты на это не пойдёшь. Шучу я так. — Ага, конечно. А то я не знаю её склонность к аферам. — Ты просто будь собой, Кирюнь, и у него не останется шансов.

Уф, ладно, больше по этому вопросу она мне ничего умного точно не сообщит. Переходим к другому.

— А с Гердой Генриховной что мне делать? Куда я вдруг внезапно соберусь? Мы ведь Новый Год с ней вдвоём встречать собирались.

— Скажи, что выиграла путёвку в дом отдыха.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Где? На работе она всех знает, этот номер не пройдёт.

— Ну тогда скажи, что на радио.

— Нет, Роз. Не могу. Не хочу врать так откровенно, мне бы полуправдой как-то...

— О! Придумала! Скажи, что к Софе едешь работать. Что они с мужем уехали на моря, а тебя попросили за живностью приглядеть. А с ней я договорюсь, если что.