Хелен Дуглас - По имени Эдем

Весь вид Коннора говорил о том, что он поставлен в тупик.

— Но в пятницу, в конце дня, я подумал...

— Ты ошибся. Райан не приглашал меня на бал. И это нормально. Потому что я все равно не пойду.

На меня взглянули и Коннор, и Меган.

— Но ты должна, — произнесла Меган. — Все пойдут на выпускной бал.

— Это традиция, — сказал Коннор.

— Я не пойду. Но раз уж это так очевидно, что для вас выпускной настолько важен, почему бы вам вместе не пойти?

Глава 8.

После ухода Коннора и Меган прошел почти час, когда я заметила черную куртку Райана, висящую на двери спальни. Я пробежалась пальцами по материалу, а потом порывисто схватила куртку с вешалки и прижалась к ней лицом, вдыхая его запах.

— Эдем!

Я затолкала куртку в свой рюкзак и взяла в руки поднос со стаканами одновременно с тем, как в дверях показалась голова Миранды.

— Райан быстро ушел, — сказала она.

— Райан и Коннор не шибко хорошо ладят. Он подумал, что ему лучше уйти.

Миранда удивленно приподняла брови.

— Мы с Трэвисом прогуляемся до магазина за молоком. Скоро вернемся.

Она забрала у меня поднос.

— Вообще-то, я тоже собралась уходить. Райан забыл куртку, мне надо ее вернуть.

— Ладно. Оденься потеплее, ветер холодный.

* * *

Глаза болели от дующего в лицо ветра. Я моргала, но шагала вперед, низко склонив голову. Ветер, словно острыми зубами, впивался в тело сквозь тонкую одежду. Несмотря на предостережение Миранды, я оделась не по погоде. На мне так и остался облегающий голубой топ, такой тонкий, что благодаря ему казалось, будто у меня есть изгибы. Я снова выпрямила волосы, поправила макияж и нанесла духи на кожу за ушами.

Все это без толку. Я стояла перед входной дверью и пропускала волосы сквозь пальцы в попытках привести в порядок непослушные запутанные кудри. Сердце билось все сильнее. Будет ли Касси дома? Каков его отец? Почему я не додумалась спросить о его матери? В тот момент, когда я собралась постучать, Райан открыл дверь, поймав меня за распутыванием волос.

— Эдем! Ты что здесь делаешь?

У меня возникло ужасное ощущение, что он меня видеть не рад.

Я расстегнула рюкзак и вытащила его куртку.

— Ты забыл ее, — сказала я. — Подумала, что она тебе понадобится.

Райан отошел в сторону, пропуская меня внутрь.

— Судя по твоему виду, тебе не помешало бы и самой надеть куртку. Проходи.

— Мне надо идти.

— Ерунда. Проходи.

Он улыбнулся и моя нервозность испарилась.

Я последовала за ним по коридору, и мы вошли в комнату справа. От камина у противоположной стены исходило тепло.

— Погрейся у огня, — произнес Райан. — Я приготовлю что-нибудь согревающее. Какие предпочтения?

— Чем угостишь.

Я присела на корточки у камина, потирая ладони. Как только к ним вернулась чувствительность, я оглядела комнату. Стены были оклеены розовыми обоями с цветочным рисунком, местами на них виднелись желтые пятна, а вокруг старого камина они посерели от дыма. Грубый ковер бутылочного зеленого цвета и пол, который больше подходил захудалой гостинице, чем современному дому. Но диван был современным и выглядел совершенно новым. В нише рядом с камином висел огромный плазменный телевизор. Помимо этого единственными предметами мебели в комнате были шкаф, полностью заставленный книгами, и кофейный столик. Нигде не было ни семейных фотографий, ни сувениров, ни картин, ни безделушек или ковриков. Помещение с налетом чего-то, свойственного старикам, было функциональным.

Я подошла к книжному шкафу. По прочитанным книгам о людях можно много чего сказать. На полках стояли полное собрание сочинений Шекспира, стихотворения Бена Джонсона и Джона Донна. Еще я заметила известных писателей-романистов девятнадцатого века: Остен, сестер Бронте, Теккерея, Диккенса, Харди. Путеводитель по Великобритании. Ряд кулинарных книг. Путеводитель по современной культуре Великобритании. Мода конца двадцатого века. Мировой атлас и основные научные учебники. Биографии Дарвина и Эйнштейна. Было видно, что все книги довольно часто брали в руки. В этой коллекции не было ничего показного и фальшивого.

Я села на диван. На полу лежал расстегнутый рюкзак Райана, а рядом с ним стопка книг. Я прочитала название верхней книги: «История Великобритании 20 века».

Распахнулась дверь и вошел Райан, держа две кружки горячего шоколада. Он поставил их на кофейный столик и сел рядом со мной на диван. Я представляла Райана любителем крепкого черного кофе, а не парнем, который бы приготовил горячий шоколад со взбитыми сливками и шоколадной крошкой.

Хотя он и оставил между нами свободное пространство в несколько сантиметров длиной, внезапно я остро почувствовала его близость. Словно между моей и его кожей пробегали маленькие электрические разряды.

— Где твой отец? — спросила я.

— Ушел. Как и Касси. — Он выгнул бровь. — Весь дом в нашем распоряжении.

Я нервно захихикала.

— Так чем хочешь заняться? — спросил он с легким намеком в голосе.

— Днем ты освежал свои знания по истории 20 века, — произнесла я, показывая на гору книг, лежащих на полу.

— Как тебе известно, это мой самый слабый предмет.

— Я могу тебя поспрашивать. — Я расстегнула рюкзак и вытащила свои учебники.

Райан рассмеялся.

— Еще больше учебы. Не уверен, что перенесу столько радости за один день.

Я посмотрела на часы на стене.

— Полчаса, а потом мы развлечемся как-нибудь.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Я задумалась, что же Райан понимает под развлечением.

Совершенно ясно, что он справляется с историей 20 века. Райан не испытывал никаких сложностей, отвечая на вопросы о Гитлере, Муссолини или Черчилле. Он мог дать развернутый ответ на вопрос о причинах Первой мировой войны и рассказать о Холодной войне до самого Падения Берлинской стены.

— Ты больше, чем просто милая мордашка, — произнесла я. — Если история — твой самый слабый предмет...

— Милая! — воскликнул Райан. — Спасибо тебе огромное! А как насчет великолепной или красивой. Даже симпатичная лучше, чем милая. Из-за слова милая создается ощущение, что я — девочка пятилетняя.

— Ты-то уж точно не пятилетняя девочка, — рассмеялась я.

— Теперь мы развлечемся?

— Как хочешь.

Я заметила, что он положил руку на спинку дивана.

— Хм, — произнес он, придвигаясь ко мне. — Есть у меня одна идея...

Его взгляд метнулся от меня к окну. Я услышала шуршание шин по гравию и увидела свет фар, скользнувших по стеклам, как прожекторы. А потом раздался звук захлопываемой двери автомобиля.