Нина Демина - Убийственные болоньезе

Бернс застонал от безысходности и согласно кивнул.

– Ладно, бери Давида.

– Ура, ура, ура! – добившись своего, Тина даже подпрыгнула от радости.

Бернс нажал кнопку селектора и строго сказал:

– Давид, зайди ко мне.

Через секунду удивленный Давид предстал на пороге.

– Входи, – еще строже сказал Роман Израилевич, оробевшему Давиду, – я тебе, Давид, доверяю, и доверяю настолько, что поручаю тебе самое дорогое, что есть у нашего продюсерского центра…

Давид сглотнул, все еще не понимая, о чем идет речь. -…нашу звезду Тину Гранд. Ты займешься ее досугом. Но предупреждаю, персоны вредней ее, я еще не встречал. На ее заигрывания не отвечай, ее интересуешь не ты, а то, как бы досадить мне.

Тина плотоядно посмотрела на референта, тот продолжал слушать шефа, ловя каждое слово.

– Все действия заранее обговаривай со мной. Советую не слишком потакать ее желаниям.

– Но, но! – возмущенно вскинулась Тина.

– Кино, театры, концерты и клубы, никаких стрип-баров и гоу-гоу! Финансовую часть я обеспечу. Сегодня вечером мы ужинаем с Тиной в ресторане, к моему приезду доставишь ее в…? – и он вопросительно взглянул на Тину.

– "Соловецкое подворье", – ответила та.

– Значит ровно в двадцать три часа в ресторане "Соловецкое подворье", а сейчас поступаешь в ее распоряжение. Тина выйди на минуту, подожди Давида в приемной.

– О, у вас секреты! Господин Бернс откроет свою кубышку?

– Тина, – строго начал Бернс, – я попросил тебя выйти.

– Иду, иду, – она вильнула попкой, волна ткани на соблазнительных формах перебрала горошек платья. Мужчины посмотрели ей в след.

– О-хо-хо, – горестно вздохнул Бернс.

Давид молчал – ждал продолжения наставлений. Бернс подошел к старинному резному шкафу, где за витриной громоздились разных форм хрустальные сосуды, содержащие дорогие напитки. Бернс открыл бар, нажал невидимую глазу панель, и полка с хрусталем опустилась внутрь шкафа, открыв изумленным глазам Давида скрытый сейф.

– Да, друг мой, – Бернс пухлой рукою стал набирать код на панели, встав к Давиду спиной и не давая возможности рассмотреть, – как правильно выразилась молодая леди, это и есть моя кубышка. Но, я не храню все яйца в одной корзине.

Бернс покопался в сейфе, перебирая бумаги, свертки и конверты. Достал увесистую пачку купюр.

– Давид, я при Тине сказал, что бы ты ее не баловал, но я не хочу, что бы она думала о нас, как о скупых людях. Деньги, что мы потратим на нее, окупятся с лихвой. Поэтому, для Тины – самое лучшее и все, что попросит, в пределах разумного, – оговорился Бернс.

– Будет исполнено.

– А насчет ее заигрываний я не шутил. Держись на расстоянии. Что дозволено Юпитеру, то не дозволено быку, – Бернс, конечно же, имел в виду себя, когда упоминал Юпитера.

– Роман Израилевич…

– Ничего не говори, но когда будет невтерпеж, вспомни мои слова. Я обещал твоей матери, что буду заботиться о тебе, как о родном сыне.

– Спасибо Роман Израилевич.

– Ну, иди, а то Тина психовать будет. Она не любит ждать, не любит, когда опаздывают, в общем, будь пунктуален, Давид.

– Я обязателен, думаю, по этой части проблем у нас не будет.

– С богом. На завтра планчик обговорите, вечером доложишь.

– Есть, – Давид пожал руку шефа, и вышел из кабинета, прикрыв за собой дверь.

Бернс тщательно закрыл сейф, вернул на место бар, плеснул на два пальца в широкий бокал "Чивас Ригал" и опустился в кресло. Сделав глоток, он вспомнил, что до него здесь сидела Тина, вспомнил ее стройные ножки, хрупкие плечики, горошины одернутого им платья, и нервным жестом прикрыл ладонью глаза, отгоняя будоражащие видения.

Глава шестая

– Спасибо вам, Валерьян, за хлеб да соль, за приют да ласку…

– Что ты несешь? – шикнула на Ладу Виолетта и, оттеснив подругу в сторону, продолжила. – Спасибо вам большое за гостеприимство, Валериан. Вы нас очень выручили.

– Да не за что, русский русскому да не поможет? Если что, всегда прошу ко мне гостевать.

– Спасибо, мы, пожалуй, поедем, путь у нас не близкий, – заторопилась Виолетта.

– Да, экспедиция. Далеко ли, коль не секрет?

– Полуостров Ямал. Предприятие "Геологоразведка", – ответила, моргнув двумя глазами, Виолетта.

– Далече вас, дамочки, несет! В Москве, что ль плохо?

– Хорошо, – Виолетта закусила губу, в надежде на спасительную ложь. – Но нас влечет романтика.

– Врет Светка, Валерьян, – решила поддержать, не умевшую врать подругу Лада, – женихов там тьма, а с невестами проблема, вот и едем улучшать ситуацию.

– Видать москвичи вам не угодили, – засмеялся пастух. – Что ж, на севере мужик крепкий, глядишь, и как-нибудь… присмотритесь…

– Как-нибудь нас и дома… – не удержалась от шутки Лада, и Виолетта, в который раз, шикнула на нее. – Ладно, ладно, уж и посмеяться нельзя, правда Валерьян? Уж больно ты Светка правильная.

– Чувство юмора – лучшее из человеческих чувств, – философски заметил Сундуков.

– Ладно, Валерьян, прощай, – сказала Лада и пожала крепкую ладонь пастуха.

– До свидания, Валериан, – попрощалась и Виолетта.

– И вы прощевайте, дамочки, – сказал пастух и взмахнул рукой вслед удаляющейся "Альфа Ромео".

После полноценного отдыха и Валерьянового гостеприимства дальняя дорога показалась Виолетте вполне преодолимой. После утреннего дождя погода установилась ясной, и постепенно надвигающиеся сумерки для них были желанными.

– Проклятый итальянец, – возмущалась Лада, копаясь в бардачке "Альфа Ромео" в надежде найти кокаиновую заначку, – ничего кроме карты Москвы и та на итальянском!

– А зачем Джованни карты на русском? – спросила Виолетта, на секунду отвлекшись от созерцания разделительных полос, убегающих под днище автомобиля.

– Просто срываю на покойнике свое удрученное настроение. Водка – это хорошо, если не брать в расчет похмелье. Все бы отдала за свои таблетки! Как я не сообразила сказать тебе, чтобы ты упаковала их вместе с вещами?

– В этот момент ты мало чего соображала. Но я считаю, даже хорошо, что их нет, твоя привязанность к ним, может нам навредить. Мой совет – отвыкай.

– Легко сказать, – промолвила Лада и, устроившись на сиденье, долго молчала, о чем-то думая.

Они проезжали небольшие притихшие города, плохо освещенные деревеньки, темные лесные массивы. Проезжая мимо милицейских постов, они отчаянно трусили, и страх гнал их дальше. На удивление, они никого не интересовали, инспекторы дорожно-патрульной службы чуть ли не отворачивались, завидев "Альфа Ромео". Это немного подбодрило их. Оказывается, не все так страшно! Под утро они остановились у придорожного Макдональдса.