Фейрин Престон - Мой милый грешник

— Вот мед! — выдохнула запыхавшаяся Лили и плюхнулась на покрывало.

— Спасибо большое, — сказала Джиллиан, потирая руку.

— Пожалуйста! — важно ответила Лили. — Вы уже напились чаю?

Син улыбнулся дочке.

— Да, мэм.

— А что же вы печенье не кушаете?

— Если я съем еще хоть чуть-чуть, я так отяжелею, что не смогу встать!

— Что за чушь, папочка! — фыркнула Лили. Син смотрел на дочь с невероятной нежностью, но Джиллиан знала, что эти глаза могут быть жесткими, как камень. И все же он не притворялся, что любит дочь, в этом Джиллиан была уверена. И он не задумывался о том, как он выглядит, играя с дочерью. Синклер Дамарон был слишком уверен в себе, чтобы заботиться о том, что подумают о нем другие, и не боялся, что Джиллиан примет его нежность за слабость.

— Папа!

— Что, детка?

— Пожалей Хейди. Она плачет.

Син сделал огорченное лицо.

— Ай-яй-яй, какая жалость!

Он взял куклу на колени.

— Не плачь, Хейди! Смотри, какой вкусный чай у Лили!

Он взял пустую чашечку и принялся поить куклу.

Лили залилась смехом. А Джиллиан задумалась над тем, как сложен и противоречив этот человек. Когда он говорил о матери своего ребенка, глаза у него были стальные; и все же он, очевидно, души не чаял в этой девочке. И он не боялся выступить против человека, который способен обратить против него армию целого государства!

— А у меня есть собака! — сообщила ей Лили.

— Да ну? Правда?

Лили кивнула. Очевидно, то, что она собиралась сказать, было для нее очень важным.

— Мою собаку зовут Кирби. Только ее пришлось оставить дома, в Нью-Йорке.

— Понятно.

«Детская болтовня успокаивает, — подумала Джиллиан. — Наверно, потому, что она ни к чему не обязывает…»

— А у вас есть дочка? — неожиданно спросила Лили.

— Нет, — ответила Джиллиан, поспешно встряхнувшись. Нет, расслабляться в присутствии Дамаронов — любого из Дамаронов! — совсем ни к чему.

— А сын?

— Нет. У меня вообще нет детей.

Лили сочувственно посмотрела на нее и протянула ей одну из кукол.

— Пусть тогда Аннабель будет пока ваша дочь.

— Нет-нет, не надо! Это же твоя кукла!

— Нет, возьмите! Пусть она будет ваша, пока вы здесь живете. С ней вам будет не страшно.

— Не страшно? — переспросила Джиллиан, не в силах скрыть удивление.

Лили кивнула.

— Ну да! Папа же вам говорил, чтобы вы не боялись!

Джиллиан озадаченно посмотрела на Сина.

Тот задумчиво смотрел на дочь. Значит, Лили слышала по крайней мере часть их разговора.

Джиллиан протянула руку и погладила девочку по щеке.

— Не беспокойся, радость моя. Со мной все в порядке.

Лили кивнула с серьезным видом, отчего сразу стала выглядеть старше.

— Ладно. Только все-таки пусть Аннабель пока побудет с вами.

— Спасибо.

А что она еще могла сказать?

— Если она тебе понадобится, ты мне скажи.

— Хорошо.

Джиллиан посмотрела на куклу, лежавшую у нее на коленях. — А знаешь, Лили, когда я была маленькая, у меня была кукла, почти такая же, как Аннабель.

— Правда?

— Правда.

Кукла была красивая, видимо, очень дорогая, с большими карими глазами и длинными волосами. Глядя на нее, Джиллиан не смогла вспомнить, как звали ее куклу, но она помнила, что ей казалось в детстве, будто эта кукла все-все понимает.

— Наверно, у каждой девочки должна быть такая кукла, как Аннабель.

Син взял дочь на руки и нежно прижал к себе, как самое бесценное на свете сокровище.

— А у каждого папы должна быть такая Лили! — сказал он, притянув девочку к себе и чмокнув в макушку. — Но настоящая Лили есть только у меня!

Лили радостно взвизгнула.

В тот вечер Джиллиан решила поужинать одна. Ей необходимо было отдохнуть от Дамаронов. Когда Син занимался с дочерью, он выглядел слишком обаятельным, слишком нежным и заботливым. А Лили была слишком понятлива. И это заставляло Джиллиан чувствовать себя необыкновенно уязвимой.

Да и один Син, без дочери, тоже выводил ее из равновесия.

Он сбивал ее с толку. Она попала в самую опасную в своей жизни ловушку, и надо было с этим что-то делать. Хоть Син и говорит, что ей с острова не выбраться, бежать отсюда наверняка можно, надо только придумать как. А она вместо этого думает только о том, как бы разузнать побольше о нем и о той женщине, которая родила ему Лили.

— Глупо, Джиллиан, — сказала она вслух. — Ужасно глупо.

В дверь постучали, и Джиллиан открыла, даже не поинтересовавшись, кто это.

— Добрый вечер, мисс Уайс! — сказал Клэй, вкатив в комнату тележку с ужином. — Где вам накрыть?

— Да где угодно!

Джиллиан не привыкла, чтобы ей прислуживали. На самом деле, она предпочла бы сама зайти на кухню и сделать себе сандвич. Но она много лет проработала в ресторанах и часто бывала в поместье Стефана и потому знала, что повара очень ревниво относятся к своей территории. Ей не хотелось портить отношения с Жаклин.

— И, пожалуйста, зови меня Джиллиан.

Юноша просиял от радости.

— Хорошо, Джиллиан.

Он поставил стол перед распахнутой балконной дверью и принялся его накрывать, то и дело выжидательно поглядывая на нее.

По сравнению с американскими подростками Клэй выглядел каким-то удивительно свежим и неиспорченным.

— Надеюсь, вам тут не очень плохо… — робко сказал он. Щеки у него порозовели.

— Все в порядке, Клэй.

Зачем вымещать свой гнев на мальчике? Он этого не заслужил. Он лишь невольный участник всего этого — так же, как и она.

Он выпрямился и посмотрел ей в лицо с очень серьезным видом.

— Вы, пожалуйста, не сердитесь на мистера Дамарона…

Она вздохнула. Ну зачем он заговорил об этом!

— Ваш мистер Дамарон меня похитил, Клэй. Чему же тут радоваться?

— Но у него же есть причина!

— Эта причина касается его, а не меня.

— Но тут же здорово! Вы можете купаться, ловить рыбу, гулять…

— Ловить рыбу? — Джиллиан насторожилась. — На лодке?

— Не-е… — Клэй погрустнел. — Мистер Дамарон лодку брать не разрешает, пока не поймают мистера Уайса. Но тут есть пирс, с него хорошо ловится! Хотите, пойдем туда завтра?

Джиллиан разочарованно покачала головой.

— Нет, спасибо.

Она-то думала, что нашелся путь к бегству!

— Но…

— Не беспокойся, Клэй. Я же сказала, все в порядке.

— Ладно. Но если вы надумаете пойти на рыбалку…

— Я тебе скажу. Спасибо.

Они ее в гроб вгонят своей добротой и предупредительностью! Джиллиан смотрела, как Клэй накрывает на стол, и боролась с собой. Не стоит его об этом спрашивать! Ей до этого нет никакого дела! Это неприлично, в конце концов! Но, с другой стороны, ее ведь держат здесь против ее воли… Так почему она должна заботиться о приличиях? В этом нет ничего дурного, просто ей интересно…