Уэнди Маркем - Свидание вслепую

Вот так бессердечная и коварная Лаура нанесла ему свой второй сокрушительный удар, окончательно превративший Чарли в убежденного противника брака и закоренелого холостяка.

Как всегда, на помощь ему пришли старинные приятели – Свинтус, Хомяк и Грызун. Одна из их подружек знала девушку, работающую курьером в журнале «Она». Та порекомендовала Чарли редактору, и после успешно прошедшего собеседования Чарли стал трудиться на поприще поиска женихов для незамужних женщин Нью-Йорка и его окрестностей.

Маргарет все еще терпеливо ожидала ответа на вопрос, читавшийся в ее взгляде: как случилось, что до сих пор у него нет дамы сердца?

Пора было круто менять тему разговора. И со свойственной ему непосредственностью Чарли взял инициативу в свои руки.

– A y вас есть любовник? – не моргнув глазом спросил он.

– Разумеется! – без тени смущения ответила Мэгги. – Его зовут Джейсон, он педиатр.

Поспешность, с какой она выпалила ответ, насторожила бывалого Чарли. Но еще больше его поразило то, что Мэгги вдруг схватила свою бутылку с пивом и залпом опустошила ее. Разочарование, вызванное ответом Мэгги, несколько смягчило то, как эротично она облизнула губы и захлопала бесподобными глазами. Нет, решил Чарли, никакой педиатр Джейсон не запретит ему любоваться этим ангельским личиком.

Чарли внезапно почувствовал, что краснеет, и, удивленный этим, постарался внушить себе, что ничего особенного в милашке Мэгги нет. И даже более того – что она воплощение всего, что претит ему в женщинах. Да, на мгновение он ощутил влечение к этой голубоглазой стройной брюнетке. Но теперь, узнала, что ее сердце отдано другому, он просто обязан погасить свою неожиданную страсть и обуздать животные инстинкты.

Как порядочный мужчина, как ведущий колонки «Свободный холостяк» в женском журнале, он должен сохранить свою совесть чистой, репутацию – незапятнанной, а разум – не обремененным сомнительными фантазиями. Впрочем, если бы все обстояло иначе, признался он себе, то он бы принял вызов судьбы и непременно приударил за этой темпераментной красавицей. И в конце концов очаровал бы ее, пусть и на непродолжительное время.

Чарли тяжело вздохнул: а что, любопытно, он стал бы делать потом? Внезапно вспыхнувшая между ними страсть не могла привести ни к чему хорошему. Эта любовь с первого взгляда стала бы для них обоих роковой. Особенно для него, зарекшегося влюбляться и решившего полностью отдаться литературному творчеству. Ведь вдохновение могло снизойти на него в любую минуту, и тогда ничто не должно было мешать ему сочинять величайший американский роман всех времен. Ну а пока, в ожидании этого творческого озарения, он будет копить впечатления от холостяцкой жизни простого американского парня, непризнанного гения, в своем дневнике.

Ему была чужда страсть к стяжательству, он упорно сопротивлялся попыткам отца выбить из его головы литературную дурь и заставить его заняться семейным бизнесом. Успехи, достигнутые его отцом и дядей на деловом поприще, Чарли совершенно не прельщали, богатство он презирал.

Правда, Джулия в связи с этим язвительно замечала, что это не составляло для него никакого труда, потому что он никогда не знал ни в чем нужды, имел солидный банковский счет и портфель акций.

И она была права. Не будь у него солидной материальной опоры за спиной, он бы вряд ли имел возможность отдавать практически все свое время сочинению журнальных колонок. Скорее всего он влачил бы полунищенское, жалкое существование и во всем зависел бы от чужих капризов, намерений и планов.

Как, например, та же Маргарет. Только почему у нее при этом не удрученный вид? Чарли прочистил горло и спросил:

– У вас с вашим другом все достаточно серьезно?

– Что вы имеете в виду?

– Ну, вы же знаете… Вы собираетесь пожениться?

– Возможно, мы поженимся, когда он вернется в Штаты.

– Откуда?

– Из Южной Америки.

– И вы сразу же поженитесь?

– Может быть… Честно говоря, мы не слишком долго встречались. Но он серьезный мужчина, порядочный, так что…

– Неженатый врач – большая редкость в Манхэттене. Холостые доктора здесь наперечет. Уж мне ли этого не знать! – Чарли самодовольно ухмыльнулся.

– Но почему вы так в этом уверены?

– Это же общеизвестный факт! Об этом мне пишут мои читательницы! – Он пожал плечами. – Вам повезло!

Мэгги наморщила лоб, обдумывая что-то, а затем заявила:

– По-моему, Джейсон идеально мне подходит.

– В этом мире нет ничего идеального, – пробурчал Чарли. – У всех есть скрытые недостатки.

– Возможно, – сказала Мэгги. – Но наши с Джейсоном отношения близки к идеальным.

– Почему вы так считаете? – Чарли насупил брови.

– Это же очевидно! Все так говорят, – решительно произнесла Мэгги и густо покраснела.

Это не осталось не замеченным Чарли. Как и другие ее противоречивые жесты и заявления, которые она тщетно пыталась завуалировать искусственными улыбками и уверенным тоном.

Противоречивость во всем – вот что составляет ее сущность, подытожил Чарли. Она заявляет, что не любит спорт, а в следующий миг уже ликует вместе с другими болельщиками, бурно выражающими свой восторг в связи с успехом любимой команды. Не менее показательно и ее отношение к пиву: она говорит, что даже на дух его не переносит, а потом выпивает всю бутылку. Одевается с иголочки, но не потрудилась вывести на лице веснушки, которые придают ее внешности толику дерзости и детскости – качеств, характерных для школьниц в подростковом возрасте, когда они пытаются казаться взрослыми.

– О чем вы задумались? – спросила Мэгги, пытливо глядя на него.

Чарли не стал признаваться в том, что он заподозрил ее в притворстве. Он предпочел ответить уклончиво:

– Мне вдруг пришло в голову, что многие вещи в действительности совершенно не такие, какими они нам представляются.

– Вы это о чем? – насторожилась Мэгги.

– Понимаете, порой то, что выглядит замечательно на бумаге и в теории, не работает в реальной жизни, – столь же обтекаемо объяснил ей Чарли.

– Что вы подразумеваете под всей этой заумью? – без экивоков спросила Мэгги.

И тогда Чарли ответил ей напрямик:

– Возможно, теоретически все, что вы говорили об этом парне по имени Джейсон, верно и он действительно прекрасный человек, внешне привлекательный, любезный с вами, зарабатывающий неплохие деньги. Но вся закавыка в том, что вы его не любите.

– Но я люблю его! – возмущенно воскликнула Мэгги.

Ей не повредило бы задуматься над этой проблемой всерьез, мысленно отметил Чарли, стараясь не замечать, что у него вдруг бешено заколотилось сердце. Он сделал успокаивающий вдох и твердо сказал: