C. Гарднер - Роман о любви

- Почему ты стучишь? Ты всегда заходила без приглашения? - спросил Артур, продолжая сидеть за столом. 

- Я думаю, что будет лучше, если мы будем соблюдать правила, пока не разберемся во всем, - без обиняков сказала Блейн. Артур немного помолчал, а затем встал и обошел вокруг стола. Он указал ей на кресло рядом с тем, которое выбрал для себя. Она села и скрестила ноги. Тогда он тоже сел. 

- Блейн, я знаю, что последние несколько дней были трудными. 

- Да. 

- Твоя мать объяснила мне, что я очень плохо справился со всем. И я должен признаться, что согласен с ней. Я не должен был... - Артуру постепенно становилось все более неуютно. - Я никогда не должен был бить тебя. Прости. 

Блейн молчала. 

- По крайней мере, у тебя нет синяка. 

Блейн слегка улыбнулась и посмотрела вниз. Она провела добрые полчаса за нанесением тонального крема, чтобы скрыть поврежденную щеку. 

- Нет, синяка нет, - наконец сказала она. 

- Хорошо. 

Затем Артур встал и начал ходить по комнате. 

- Вы с Габриэллой хорошо провели время на экскурсии?

- Да. 

- Как долго ты пробудешь здесь? 

- Так долго, как решит она. 

Артур перестал расхаживать и внимательно посмотрел на дочь. 

- Почему это решает она? 

- Потому что я обещала отвезти ее домой, если ей потребуется защита. 

- От кого? - возмущенно спросил Артур. 

- От вас. От всех вас, - Блейн встала и посмотрела ему прямо в глаза. 

- Значит ты, как я посмотрю, стала ее защитником. А кто защитит ее от тебя? 

Глаза Блейн стали темными и угрожающими. 

- Никто не сможет защитить ее от меня, даже ты! 

Артур посмотрел на нее так, как будто видел впервые. 

- Ты не простишь мне мою нескромность? 

- Нескромность? А она у тебя есть? 

Артур в раздумье уставился на Блейн. 

- Если бы я не знал тебя так хорошо, я бы сказал, что ты… - он внезапно умолк. Блейн увидела его мысли, явно написанные на лице, и побледнела. Внезапно они оба поняли, что между ними пролегла пропасть. Артур смотрел на нее, не веря своим глазам и не смея вымолвить ни слова. Блейн снова села, продолжая смотреть на него. 

- Я хочу услышать это от тебя, - неожиданно сказал Артур. 

- В этом есть необходимость?

- Да, я думаю, что есть, - он подождал и, прекрасно понимая, что нет никакой надежды, все еще надеялся, что ненавистные слова никогда не покинут ее губ. 

- Мне нечего сказать. Леди это не интересует, - холодно сказала Блейн. Она не могла смотреть в его лицо, но почти почувствовала появившееся на нем потрясение от ее слов. Ей надо было все отрицать, но слова вдруг вышли сами. Блейн встала, подошла к окну и посмотрела наружу. 

- Она не хочет меня, - тихо сказала Блейн, не заботясь о том, как ее слова будут поняты. Артур в ужасе посмотрел на дочь. Он просто смотрел на нее, и миллион мыслей вертелись в голове. “Должно быть, именно это было причиной того, что ее личная жизнь была закрыта для обсуждений”, - подумал он. И даже если Блейн нравились женщины, а не мужчины, то почему она выбрала Габриэллу? Почему его дочь? 

Понимание смысла этих двух вопросов сильно огорчило его. Он сел думая, что ноги не выдержат его вес, и вдруг заметил, что она до сих пор так и не сдвинулась с места. Лицо Блейн источало такую печаль, какой он никогда в своей жизни не видел, и это испугало его. Он не понимал ее выбора, но не мог не заметить боль, появившуюся на лице своей дочери. Артур любил ее, и ему было больно видеть Блейн в таком состоянии. Она тоже его дочь. Но так не могло продолжаться. Он не мог и не хотел позволять ей и дальше идти по этому пути. 

- Блейн, ты что? 

Она повернулась к нему лицом, и он удивился, обнаружив в ее глазах невыплаканные слезы. 

- Блейн, ты должна превозмочь это. 

Ее голова опустилась вниз, и она посмотрела на свои ладони, а затем снова отвернулась к окну. 

- Считай, что уже сделано, - услышал он ее тихий голос. 

Во время ужина Блейн не приняла участия ни в одном из разговоров. Если кто-то ее о чем-то спрашивал, она коротко отвечала на него. Артур продолжал смотреть в сторону Блейн, ожидая, что та выйдет из своей задумчивости, и был разочарован, когда этого не произошло. 

- Блейн, как насчет партии в шахматы? - предложила Диана. Блейн продолжала ковырять несъеденный десерт, не обращая ни на кого внимания. - Блейн! 

- Что? - она раздраженно посмотрела на Диану. Все сидящие за столом уставились на нее. 

- Я спросила тебя - не хочешь ли сыграть после ужина в шахматы? - повторила Диана. 

- Нет, у меня есть документы, с которыми нужно разобраться, - сказала Блейн и внезапно встала. - Прошу меня извинить. Мама, ужин, как всегда, был великолепен. 

- Но ты же почти ничего не съела, моя дорогая. Ты себя хорошо чувствуешь? 

- Да, все хорошо, - ответила она и, покидая комнату, даже не посмотрела в сторону Габриэллы. Габриэлла, как и Артур, на протяжении всего ужина смотрела на Блейн. Она была разочарована тем, что та уходя не взглянула на нее. Артур обернулся и заметил угрюмый взгляд Габриэллы. 

- Мы будем пить кофе в китайском салоне?

- Да, конечно, Артур, если ты так хочешь, - Эбигейл улыбнулась. 

- Тогда пойдемте туда? - Артур встал, и остальные последовали за ним. 

Разговор принял достаточно общий характер, поэтому вероятность ссоры была устранена. Габриэлла вдруг поняла, что присутствие Блейн рядом с ней было тем, что она раньше воспринимала, как должное. В отсутствие Блейн, конечно же, Диана сделала попытку познакомиться поближе. 

- Когда состоится твоя выставка? - спросила Диана, садясь рядом с Габриэллой. 

- Весной. Мы начнем в середине апреля.

- Сколько работ будет на выставке? 

- От пятнадцати до двадцати. 

- Почему такая неопределенность? - Диана, казалось, была искренне заинтересована, что порадовало Габриэллу. 

- Ну, у меня есть десять завершенных работ, и прямо сейчас я работаю еще над двумя. Три я заберу с другой выставки, чтобы показать на этой. И отчасти все будет зависеть от моего вдохновения, - Габриэлла улыбнулась Диане. 

- Хммм… - Диана кивнула и улыбнулась в ответ. - Я хотела бы посетить ее, если ты не против.