3ора Слоун - Ты не знал?…

Когда проезжали мимо школы, где она когда-то училась, Сиб побледнела, а когда поравнялись с кладбищем, где покоился прах ее отца, едва не разрыдалась.

Иниас с интересом наблюдал за ней.

Но вот и Лаки насторожился. Уловив знакомые запахи, пес весь напрягся и издал странный звук — нечто среднее между рычанием и воем.

— Сворачивай налево, — обреченно сказала Сиб. — Осталось не больше мили…

Они ехали теперь по зеленому тихому пригороду, все дома тут были обнесены высокими каменными оградами.

— Останови здесь, — глухо сказала девушка. — Приехали.

Теперь она как никогда отчетливо понимала, почему сбежала. Что, собственно, изменилось за эти месяцы? Как ее угораздило снова оказаться здесь?

Иниас искоса взглянул на девушку. Она просто волнуется перед встречей с родными или боится? Полно, чего бояться такой лихой девчонке.

— Что с тобой?

Сиб затрясла головой. Она уже несколько раз пыталась рассказать правду, и никто ей не верил. Нечего пытаться делать это снова.

— Я не хочу, — выдавила она наконец. — Отвези меня назад, в Лондон. Умоляю тебя!

— Но мы уже приехали… По крайней мере, зайди — пусть увидят, что ты жива-здорова.

— Послушай, это напрасная трата времени. Меня никто здесь не ждет, никто не любит!

Не исключено, подумал Иниас. С такой оторвой наверняка нелегко существовать под одной крышей.

— А ты подумала, что будешь делать с больной ногой в Лондоне?

— Чего еще от тебя ждать, — понурилась Сиб.

— Это как понимать?

— Все вы одинаковы, все ваше поколение. Иниас молча проглотил обиду, изумившись тому, насколько она его задела.

— Наверное, ты права, — кивнул он.

— Только… только ты не иди со мной. Простимся здесь.

— Хорошо.

Иниас отнюдь не стремился присутствовать при семейной сцене. Однако на дом взглянул, и брови его изумленно поползли вверх. Особняк выглядел весьма внушительно, ко входу вела мраморная лестница.

Сиб с облегчением вздохнула: машина матери стояла у входа, а вот автомобиля Эндрю видно не было.

— Спасибо, что подбросил. Ну, я пошла. Подхватив рюкзачок, она захромала к дому вслед за бешено лающим Лаки. Для пожилой собаки он проявил удивительную резвость: намного опередив хозяйку, он принялся носиться взад-вперед по лужайке, словно щенок.

Сиб поставила рюкзак возле лестницы, оглянулась и помахала Иниасу на прощание.

Он помахал в ответ и уже собирался захлопнуть дверцу, как заметил на пороге дома высокую блондинку. Женщина с тревогой посмотрела на его машину и лишь потом взглянула на Сиб.

Сначала Иниасу показалась, будто она не узнает дочь. Красивое лицо женщины исказилось от ужаса. Впрочем, возможно, дело тут было в диком наряде девушки: мода на драные джинсы, короткую стрижку и тяжелые башмаки еще явно не дошла до фешенебельного пригорода…

Зато Сиб не сомневалась, что мать узнала ее в первое же мгновение, и считала секунды: быстро ли Беатрис придет в себя и изобразит восторг и умиление?

— Сибилла, дорогая моя! — воскликнула она, раскрывая дочери объятия.

— Привет, мам, — пробормотала Сиб, мирясь с неизбежным.

— Слава Богу, ты цела! Я так переживала!

— Да ну? — хмыкнула дочь, не желая больше притворяться.

Мать явно ломала комедию перед единственным зрителем — Иниасом Блэром, который вышел из машины и лениво облокотился о капот, наблюдая за происходящим.

— Разумеется! Ведь ты же моя любимая дочурка! — Глаза матери на мгновение вспыхнули, и Сиб без труда поняла, какого рода чувства обуревают Беатрис в этот миг. — Пойдем в дом, дорогая… и друга пригласи войти, — прибавила мать, глядя на Иниаса.

Сиб тоже посмотрела на него — и тотчас горько пожалела. Иниас воспринял это как приглашение и направился к ним широким шагом.

— Это Иниас Блэр, мама, — безжизненным голосом произнесла девушка.

— Рад с вами познакомиться. — Иниас протянул руку, и Беатрис пожала ее с обворожительной улыбкой.

Сиб сразу поняла, что мать моментально прониклась к Иниасу симпатией. Ну еще бы! Высокий, красивый мужчина с безупречными манерами. К тому же почти ее ровесник…

— Иниас довез меня сюда из Лондона, — объяснила Сиб.

— Как это мило с вашей стороны! — воскликнула Беатрис. — Не хотите ли чаю?

— Он торопится, — поспешно сказала девушка.

Однако Иниас невозмутимо заявил:

— Не настолько, чтобы отказаться от столь любезного приглашения.

— Вот и прекрасно.

Мать, похоже, была искренне рада. Впрочем, Сиб этому не удивилась. Беатрис просто не хотела оставаться наедине с дочерью.

Когда мать вошла в дом, Сиб дернула Иниаса за рукав.

— Послушай, только ради Бога не лезь в это дело!

Тот согласно кивнул. Но все же его разбирало любопытство — с какой стати девочка предпочла жизнь на улице всей этой роскоши?

— Твоя мать ждет, — напомнил он и подхватил ее пожитки.

Беатрис провела их в гостиную и только тут заметила, что дочь хромает.

— Ты снова повредила ногу? Как это случилось?

— Не помню… — Сиб явно не желала обсуждать с матерью свои дела. — А где Лорен? — спросила она, оглядевшись.

— У нее сегодня выходной.

— Жаль… Я хотела с нею повидаться.

Лорен приходила помогать матери по хозяйству каждый день, и выходной у нее был один-единственный. Беатрис тотчас поняла намек.

— Разве ты не останешься? — попыталась она изобразить разочарование.

Но Сиб было не обмануть. На лице матери явственно читалось облегчение!

— А что я тут забыла? — намеренно грубо бросила девушка.

— О-о-о… — Беатрис пребывала в смятении. — Дорогая, но ты же приехала домой!

И вдруг с языка Сиб само собой сорвалось:

— Видишь ли, Иниас сделал мне предложение. Зовет переехать в его шотландский замок. Правда, романтично?

Это был недостойный поступок, но Сиб просто не могла отказать себе в удовольствии, насладиться растерянностью матери. Иниас изумленно вздернул бровь, однако опровергать ее слова не спешил.

— Это… это правда? — обрела наконец мать дар речи. — Вы хотите жениться на моей дочери?

— Да, мы с нею все уже обсудили, — склонил голову Иниас.

Сиб оторопело уставилась на него. Он что, с ума сошел? Ведь сейчас ему было самое время сбыть ее с рук…

— Ах, не знаю даже, что и сказать, — пролепетала мать.

— Может, поздравить меня? — насмешливо прищурилась Сиб.

— Да, но… — В душе Беатрис явно шла борьба — нелегко было поверить в то, что столь респектабельный мужчина страстно влюбился в ее дочь-сорванца. — Простите, мистер Блэр, мне нужно некоторое время, чтобы прийти в себя, — слабым голосом проговорила она. — И, кроме того, я ведь ничего о вас не знаю.