Эй ты, из триста седьмой! - Джулиан Хитч

что прямо сейчас он попросит открыть пакет, но тот даже не смотрит в их сторону.

— Нет, не хотели. — Миша берёт огонь на себя.

— Ну слава богу, заговорил. Я уже испугался, что вы языки проглотили. — Тень потирает лоб, бросая мимолётный взгляд на Женю. Она мгновенно напрягается, но он вновь обращается ко всем: — Значит, и на вопрос сможете ответить? — на этот раз голос звучит серьёзно — Тень перестаёт разыгрывать спектакль.

— Мы гуляли, ребята показывали окрестности. И мы говорили о том, что сегодня все были утром в универе, его же нельзя игнорировать.

Женя делает шаг к Тени, полностью переключая его внимание на себя. Она оказывается настолько близко, что слышит запах его тела. Улавливает еле заметный аромат сладкой, который сложно назвать мужским. Наверное, он принадлежит Ксюше. Мысль о том, при каких обстоятельствах, Тень мог пропахнуть её духами, не просто раздражает — злит. Но изнутри прикусывает щёку, напоминая себе, что сейчас не время и не место, чтобы погружаться в эмоциональный круговорот, который раз за разом вызывает в ней Тень. Он же, скептически глядя на неё, с усмешкой произносит:

— Какие здравые слова, Евгения, — он складывает руки на груди. Говорит спокойно, но так напрягает руки, что под кожей отчётливо проступают вены. — Ты говоришь мне правду?

— Да. Теперь мы можем пройти в комнаты?

Тень продолжает буравить Женю взглядом, словно анализируя её враньё, чтобы вынести вердикт. Она же почти не дышит, мысленно повторяя себе, что обязана выдержать его взгляд, в котором видит осуждение. Хотя может, Женя просто накручивает себя, зная, что им и правда есть, что скрывать. И пусть ей не понравилось то, как ребята пронесли алкоголь внутрь, походя обидев дядю Васю, сдаваться перед Тенью, тем самым подставив их, она не намерена. Более того, их с Тенью молчаливое противостояние даже заводит — кончики пальцы начинает покалывать от напряжения. В его лице она впервые в жизни словно бросает вызов всем тем правилам, которыми была окружена её жизнь.

— Свободны… все…

Женя слышит, как за её спиной ребята почти синхронно выдыхают от облегчения. Она же ещё пару секунд продолжает смотреть в глаза Тени. Ей кажется, что ещё не закончил, и сейчас закончит фразу, которая прозвучит немного иначе: «Свободны все кроме тебя, Евгения». Но Тень, отступив на шаг, разворачивается и уходит.

— Ну ты даёшь! — Миша шагает к Жене и на радостях крепко её обнимает. — Все бы были такими смелыми.

Все, кроме Маши, выглядят счастливыми. Она же вцепляется в руку Димы, но смотрит туда, где стоял Тень. Женя не знает, как трактовать её реакцию. Наверное, неприязнь к Тени в Маше сильнее, чем радость о того, что они все отделались лёгким испугом.

— И что дальше? — Миша неловко отходит от Жени, поправляя тёмные волосы. — К нам? Сразу начнём, пока Тень не вернулся?

— А разве с ним не договаривались, что сегодня можно посидеть подольше? — спрашивает Кира, застёгивая пуговицы на рубашке и поправляя воротничок.

— Ты как в первый раз, — качает головой Дима, одновременно высвобождая ладонь из пальцев Маши. — Верить Тени нельзя, детки. Всегда помни об этом. Потому надеяться на лучшее, но готовиться к худшему, что он разгонит нас ещё до двенадцати. Иногда я думаю…

Парни уходят вместе, продолжая обсуждать предстоящий вечер и посмеиваясь, но не громко. Снова привлечь к себе внимание Тени никто не желает.

— Пойдёмте? — Кира делает шаг вперёд, собираясь идти в комнату.

Женя следует за ней, но останавливается, поняв, что Маша осталась у лифта.

— Почему он тебе поверил? — Маша хватает Женю за запястье. — Вы с ним знакомы? Он относится к тебе по-особенному!

Женя оборачивается, не зная, что делать дальше и уж тем более — что отвечать.

— Маш, ты чего? — спрашивает подошедшая Кира. Опустив руку на пальцы подруги, на слегка надавливает, чтобы та отпустила Женю. — Она только приехала, и Тень относится к ней не лучше остальных. Для него все одинаковые — типа тараканов, не более. Так что прекращай всё это.

Не сразу, но Маша кивает. Подняв взгляд на Женю, просит:

— Извини, меня иногда заносит на поворотах.

— Да ничего, — доброжелательно отвечает Женя, не желая, чтобы девочки заметили, как шокировало её предположение Маши. Да и та явно сожалеет о своих словах.

— И не только. — Улыбаясь, Кира кладёт руку на Машино плечо, окончательно снимая появившееся напряжение.

— Всё в порядке.

Женя и правда не чувствует к Маше злости или обиды, в конечном счете, её подозрения имеют основания. Между ними с Тенью что-то есть, пусть Женя и сама не понимает, что именно. Но рассказывать об этом она точно никому не собирается.

— Предлагаю забыть данный эпизод общажного недопонимания и вернуться к насущному.

К празднику! — Кира берёт их за руки и тянет за собой. — Сегодня ничего не будет испорчено. Покусаю любого, кто решит, что самый умный. Как отметишь этот день, так и проведёшь весь год — общажная мудрость.

Маша согласно кивает, улыбаясь. Женя наоборот ощущает, как к ней возвращается волнение по поводу будущей вечеринки.

— Ты не волнуйся, Жень, мы тебя не кинем — ты уже почти наша, — подбадривает Кира.

Но это «почти» напрягает. Женя думала, что слова о том, что ей нужно стать «своей» — формальность. Но Кира, сама того не желая, подчеркнула, что на самом деле ей ещё предстоит пройти ритуал «посвящения». Женя вцепляется в край футболки — вещь Тени словно придаёт ей уверенности. Если она не струсила перед ним, то переживёт и вечеринку.

Оказавшись в комнате, Маша сразу направляется к зеркалу. Прихорашиваясь, спрашивает у Киры:

— Будешь своего звать?

— Сегодня вряд ли. Да и Тень вряд ли разрешит провести гостя.

Кира не пытается скрыть разочарования в голосе. Женя бросает на неё заинтересованный взгляд — интересно увидеть парня, который смог покорить Киру.

— Тогда, если все готовы, можем идти.

Маша надевает тапочки, дополняя образ, который кажется Жене немного странным. Шорты и простая майка не тот наряд, который можно ждать от девушки, идущей на вечеринку.

— Ты должна выглядеть максимально просто. У Тени какая-то дьявольская интуиция. Стоит только выйти из комнаты в чём-то приличном, а он уже знает, ждёшь ли ты сегодня парня или собралась к кому-то в гости, — делится