Измена. К черту любовь - Софья Феллер

— У нас есть буквально полчаса. Может, подремлем немного?

Он впивается в мои губы, и я ощущаю, как его поцелуй накрывает волной, смывая последние остатки самообладания. Он посасывает, медленно, дразняще, то нежно, то настойчиво, и я буквально растворяюсь в этом ощущении. Каждое прикосновение — как искра, заставляющая забыть обо всём, кроме него. Стоит Роме чуть прикусить мою губу, и тело отвечает ему, подчиняясь без остатка, как будто создано только для его касаний.

Я чувствую себя захваченной, потерявшей всякий контроль. Рома словно знает, как провести меня через новый виток безумия — как будто танец, в котором я ведомая, отдаюсь на волю его движениям. Я ловлю себя на том, что хочу подчиниться ему во всём, жду и жажду, что он сделает дальше. Мои руки скользят по его спине, цепляясь, удерживая, словно боюсь, что этот момент может закончиться, и я останусь одна со своим желанием.

Рома снова и снова скользит членом между складочек, размазывая обильную влагу. Когда он задевает клитор, из горла вырывается тихий стон. Потребность ощутить его внутри растёт в геометрической прогрессии.

— Не мучай меня, — хнычу ему в губы, не в силах унять пожар внизу живота.

Приподнимаю бёдра, не могу лежать спокойно.

Он отстраняется и закидывает мои ноги себе на плечи. Замирает. Секунды тянутся просто бесконечно!

— Просто возьми и трахни меня, чего ты ждёшь?! — кричу на него не сдерживаясь.

Только тогда Рома, наконец, входит в меня и начинает двигаться. Быстро, энергично. С влажными шлепками его бёдер о мои.

Ощущения такие острые, что я кричу очень громко. Не могу молча терпеть эти крышесносные электрические импульсы, которые становятся все сильнее с каждым движением.

А в момент оргазма, наоборот, замираю, открыв рот в немом крике. И после этого бешено пульсирую на его члене.

— Как же охренительно! — Рома кончает мне на живот, вынув член в последний момент.

Мы лежим в постели, обнявшись и тяжело дыша, а я до сих пор чувствую на себе тепло его рук. Рома, казалось, и не думает никуда торопиться, поглаживает меня по плечу, оставляя после прикосновений приятное покалывающее ощущение. Я почти задремала, погружаясь в полусон, где всё вокруг плавится, будто в сладком тумане. Но в следующий момент он резко поднимает голову и как будто пробуждается от сна.

— Рита, мы же опаздываем! — тормошит меня.

Понимаю, что он прав, и как по щелчку в нас обоих просыпается лихорадочное чувство: мы начинаем искать разбросанные вещи, спешно натягиваем их на ходу. Волосы торчат в разные стороны, я хватаю свои блокноты и планшет, подбираю сумку, пока Рома накидывает пиджак. Мы выбегаем в коридор, перекидываемся быстрыми взглядами и подшучиваем над тем, как нелепо начался наш важный день.

Через несколько минут мы уже в такси, которое летит по утреннему городу. Я ловлю своё отражение в окне, делаю пару глубоких вдохов, чтобы успокоить пульс. В конференц-зале нас встречает координатор — его взгляд выдаёт и облегчение, и, похоже, лёгкую укоризну.

— Хорошо, что вы на месте! У вас всего пять минут до начала, — говорит он и направляется к залу, указывая нам на сцену.

Едва переведя дух, мы идём за ним быстрыми шагами. Рома поправляет галстук, едва успевает разложить свои материалы, а я на ходу хватаю бокал воды, надеясь, что этот сумасшедший ритм не собьёт нас с толку.

— Мы ничего не успели повторить! — шепчу Роме на ухо.

— Мы всё итак знаем. Презентация подготовлена. Не волнуйся, — сжимает мою руку.

Жмурюсь, делаю вдох.

— Наши следующие спикеры: Ремизов Роман Андреевич и Романова Маргарита Евгеньевна, — голос ведущего разносится по залу, и аплодисменты заполняют пространство.

20

Рита

Когда мы вышли на сцену, несмотря на все утренние волнения, странное спокойствие окутало меня, будто я снова стояла перед пациентами, объясняя что-то привычное и естественное. В зале, уставившись на нас, сидела аудитория — врачи, студенты, исследователи. Рома начинал уверенно, его голос звучал спокойно и размеренно. Казалось, он отлично знал, что делал, и будто бы совсем не чувствовал давления. Но я знала — он переживал не меньше моего, только, как обычно, не показывал.

Моя очередь. Перевожу взгляд на слайды, и вот тут-то начинается веселье: кликер почему-то не реагирует на нажатия, как будто специально дразнит меня перед залом. Со второго раза я, наконец, попадаю на следующий слайд и вижу перед собой данные, которые отлично знала, но которые, увы, казались теперь сплошными крошечными каракулями.

— Э… инновационная мето… — сбиваюсь, внезапно забыв слова, которые так тщательно заучивала.

— Инновационная методология, к которой мы пришли в ходе исследования, — плавно перехватывает Рома, практически не давая мне заметить паузы.

Его голос придаёт мне уверенности, я оглядываю зал и киваю, с благодарностью взглянув на него. Смущение исчезает, и вот я уже снова рассказываю про наши результаты, с лёгкостью переходя от теории к примерам из практики. Шутка о количестве бессонных ночей над нашими расчётами вызывает смех, и когда я представляю диаграмму, Рома ловко подхватывает тему, обыгрывая графики. Его легкомысленные вставки добавляют нужной живости, а я незаметно следую его ритму, каждый раз ощущая, что стоит мне хоть на мгновение сбиться, он снова будет рядом, чтобы поддержать.

Зал слушает с интересом, несколько человек о чём-то записывают себе в блокноты, кто-то кивает в такт нашим словам. Время от времени мы обмениваемся взглядами — он улыбается мне, я отвечаю, и с каждым разом наше выступление становится всё увереннее, словно мы поднимаем залу настроение. Заканчивая, я ощущаю облегчение, смешанное с лёгким триумфом. Аплодисменты звучат громко и искренне.

Позже, на банкете, мы с Ромой ещё вспоминаем разные моменты с презентации. Когда мы, наконец, оказываемся в зале, наполненном людьми с бокалами шампанского, я только начинаю осматриваться, как ко мне подходит старый одногруппник — Виталик, с радостью раскинувший руки:

— Рита! Сколько лет, сколько зим! Кто бы мог подумать, что ты станешь нашим спикером!

Я смеюсь, обнимая его, чувствуя лёгкое тепло от встречи:

— Виталик! А я как рада тебя видеть! Вот уж не думала, что наш путь пересечётся здесь!

Мы тут же погружаемся в обсуждение былых времён и недавних событий. Виталик продолжает болтать, а я то и дело оглядываюсь на Рому, который стоит неподалёку, у стойки с закусками, но не отходит от нас, как будто с подозрением прислушивается.

— Приятно встретить одногруппника Риты, — Рома подходит чуть ближе, приветливо улыбаясь. — А мне вот не рассказывали про такого старого друга.

Я усмехаюсь, почувствовав, что в его