Жестокий обман - Кейн Моника

— Мы это не обсуждали. — Андрей встает во весь рост и застегивает пиджак. — Не думаю, что это разумно, учитывая, что между ними плохая кровь.

Эмилио не вздрагивает.

— Я больше никому не доверяю контролировать операции такого уровня. Мы собираемся влить много денег в твое казино, Козлов. Это должна делать моя правая рука.

В комнате воцаряется напряженная тишина. Андрей смотрит на меня с вопросом в глазах — справлюсь ли я?

Я не люблю Диаса, я не доверяю ему, я не хочу иметь с ним ничего общего, но я также знаю принципы "Искусства войны": держи друзей близко, а врагов еще ближе.

И Безумец, безусловно, мой враг. А вот Бьянка? Я планирую это выяснить.

Я вздыхаю, как будто согласие на условия Эмилио стоит мне всего.

— Пока он не приближается к Бьянке, у нас не будет проблем. — И я это серьезно. Он может издеваться надо мной сколько угодно, но как только он приблизится к женщине, носящей мое кольцо и мою фамилию, он — покойник. Мой взгляд падает на ухмыляющееся лицо Диаса, и я обращаюсь к нему напрямую. — Все вопросы ты оставишь между нами. Между мужчинами. Понятно?

— Прекрасно. — Он встает и поправляет галстук. — Бьянка в твоем распоряжении, друг мой, я уже покончил с этим.

— Значит, все решено. — Андрей скрещивает руки, окидывая всех взглядом "не трахайтесь с паханом". — Если мой бизнес пострадает от ваших проблем, вы оба заплатите.

— Конечно, — говорит Диас сквозь стиснутые зубы. Я тоже нехотя ворчу в ответ, но если брат думает, что все так просто, то он глубоко ошибается.

Я не доверяю Зегам и никогда не буду.

ГЛАВА 9

Бьянка

Звук разбитого стекла, доносящийся с террасы, заставляет меня чуть ли не выпрыгнуть из кожи. Что бы ни происходило снаружи, это нехорошо. Даниил уже час сидит на улице с бутылкой Macallan, а я бесцельно брожу по нашему гостиничному номеру, ожидая, когда он войдет в дом и объявит меня своей невестой.

Маниакальный смех едва не вырывается у меня изо рта, когда я ловлю свое отражение в зеркале в спальне. Я влипла по уши. Накрашенная, как сексуальный котенок, волосы волнами спадают по спине, ноги украшают шпильки, а на мне черный кружевной бюстгальтер и трусики, достойные подиума Victoria's Secret.

Я кричу о сексе.

Поговорим о ложной рекламе.

То, чего мне не хватает в мастерстве, я компенсирую чистой решимостью, потому что так или иначе я завлеку Даниила Козлова в свои чары. Даже если сейчас он считает меня не лучше жвачки, прилипшей к подошве его ботинка. До свадьбы все было напряженно, но, когда Даниил увидел меня сегодня с Хорхе, что-то оборвалось. Он принял за уютную беседу то, что мой бывший загнал меня в угол.

А ведь все было совсем не так.

Пальцы Хорхе впились в мои запястья, удерживая меня на месте, когда он произносил фальшивые поздравления.

— Такая красивая свадьба, chica (пер. девочка). И у меня для тебя хорошие новости. Твой дядя поручил мне работать с Козловыми, так что я тоже буду жить в Нью-Йорке. И не волнуйся, я буду внимательно следить за тобой и твоим русским мусором.

Ярость, которую я почувствовала, когда Хорхе схватил меня, быстро сменилась страхом. Инстинктивно я поискала глазами Даниила и нашла его в другом конце комнаты, его глаза сверкали от ярости. Не успела я глазом моргнуть, как он уже ткнул Хорхе в бок пистолетом, и с его губ сорвались властные слова.

Еще раз тронешь ее, и понадобятся зубные карты, чтобы опознать твои останки.

Его слова пронзили меня до глубины души. Теперь я принадлежу ему. И это должно пугать меня, а не вызывать легкий жар между бедер. Потому что Даниил, возможно, и хочет обладать мной, но он также ненавидит меня.

— Что ты делаешь?

Я оборачиваюсь на звук его голоса, ровного и глубокого, доносящегося из двери в спальню. Он прислонился к стене, на нем брюки от костюма и голая грудь, которая послужила холстом для какого-то татуировщика. У членов Братвы часто бывают татуировки, которые рассказывают историю, по крайней мере, у членов старой школы. Я не знаю, что символизирует вихрь цветов, покрывающий его грудь и руки, но я знаю, что, сколько бы краски ни украшало его кожу, невозможно скрыть тот факт, что его грудь и верхняя часть тела, кажется, высечены из камня.

Я застыла на месте, изучая его, как загадку, которую не могу разгадать. И все же я хочу этого. Я хочу разгадать его, понять, что заставляет его двигаться, почему он смотрит на меня прямо сейчас пылающим взглядом на моей обнаженной коже. Я словно чувствую маленькие искорки по всему телу, куда падает его взгляд. Я ухватываюсь за эту вспышку похоти и желания и с уверенностью, которую не совсем чувствую, спрашиваю его:

— Ты идешь в постель?

Он взбалтывает кубики льда в своем бокале, а затем долгим глотком допивает остатки виски. Когда он снова смотрит на меня, голод в его глазах, который был всего минуту назад, уже погас.

— Думаешь, справишься со мной? — В его голосе звучит насмешливая нотка. Он бросает бокал на приставной столик и направляется ко мне. — Ты бы не знала, что делать с моим членом, даже если бы я дал тебе инструкцию.

Мне не нравится, что он смотрит на меня с вызовом в глазах. Как будто он проверяет, хватит ли у меня смелости выполнить свое приглашение, и блефует только для того, чтобы напомнить мне, какая я глупая маленькая девочка. Только по этой причине я не позволю ему победить.

Я протягиваю руку, проводя кончиками пальцев по твердой поверхности его груди и пресса, спускаясь ниже, туда, где над молнией виднеется легкая россыпь волос, но он останавливает меня, накрывая своей большой рукой мое запястье.

Он низко наклоняется, и кончик его носа почти касается моего.

— Мы не будем этого делать, printsessa. Иди спать, — рычит он, прежде чем отвернуться от меня. Я отстранилась.

— Брак не имеет юридической силы, пока он не заключен. — Я горжусь тем, что мой голос прозвучал твердо и четко.

Он замирает на месте, его плечи складываются в плотную линию. Поворачиваясь, он с шипением втягивает воздух сквозь зубы. Но я не могу отступить. Он уже считает меня трусихой, и я не стану доказывать ему свою правоту. Он нарочито жесток, пытается отпугнуть меня, но его насмешки только разжигают мое стремление. Я подкрадываюсь к нему, протягиваю