Случайные дети для мажора (СИ) - Старлайт Риша

Я подслеповато щурюсь на мощный противотуманный свет фар, и не могу толком разглядеть, что происходит внутри. Водительская дверь немедленно открывается, сильные мужские руки подхватывают меня. Я пытаюсь орать, но, во-первых, бесполезно: на этом участке улицы, в этот осенний вечер ни души, а во-вторых, все происходит слишком уж стремительно: я и пикнуть не успеваю, как оказываюсь в теплом кожаном салоне дорогого джипа.

Рядом со мной восседает представительный мужчина в костюме и галстуке. На нем очки в тонкой золотой оправе, а лицо кажется мне смутно знакомым. Вернее, не лицо, а какие-то общие черты. Вот только не пойму, на кого именно он похож.

Водитель, запихнувший меня в салон, невозмутимо возвращается за руль, заводит мотор.

Мне страшно! У меня двое маленьких сыновей, а меня считай похитили посреди белого дня, точнее, ночи.

Непонимающе смотрю на мужчину в костюме.

— Здравствуйте, Виктория. — негромко говорит бизнесмен. Снимает очки. Улыбается. Вот только глаза его остаются холодными и безэмооциональными. Жуткое зрелище, одним словом. — Вот и пришло время познакомиться нам с вами!

— Кто вы? Зачем вы меня похитили? Дома меня ждет муж и дети… Они будут искать! Напишут в полицию…

Я блефую. Зная Веника, рассчитывать на то, что он вспомнит о моем существовании раньше утра не приходится. А уж пойти с заявлением о моей пропаже в полицию — и вовсе нонсенс.

Но похитителю об этом знать необязательно.

— Зачем же сразу в полицию? — усмехается мужчина. — И вас никто не похищает. У меня к вам серьезный разговор.

— Я не буду с вами разговаривать, пока вы не представитесь.

— Разумеется. Громов Александр Ильич, отец Рустама и дедушка ваших близнецов.

Несмотря на то, что нечто подобное я и ожидала, но все равно не была стопроцентно уверена. А теперь вон оно как. Но зачем??? Почему они преследуют меня?! Сначала недоделанный мажор, теперь вот его батя.

— Никакой вы не дедушка. — тут же возражаю я. — Ваш сын сделал все, чтобы его дети не появились на свет. Мои дети от мужа. От Вениамина Алешина. К вашей семье они не имеют никакого отношения.

— Отнюдь! — спокойно возражает Александр Ильич. — Таких совпадений — один к миллиону, величина, что стремится практически к нулю. Я понимаю, что мой сын очень обидел вас, не поддержал.

Ага. Ах если об только «не поддержал», у меня бы не было столько негатива к нему.

— Но сейчас у него есть реальный шанс все исправить. И есть желание наладить контакт с вами и детьми.

— С чего бы это вдруг? — хмыкаю я.

— Вы — производите впечатление умной образованной девушки, — вдруг начинает мне льстить старший Громов, — значит должны понимать, какие перспективы вам сулят, если вы станете сотрудничать с нами.

Э-э-э… сотрудничать? С ними? С какой стати? А я уже, наивная дурочка, губу раскатала, думая, что Рустам воспылал любовью к сыновьям, однако, нет. Совсем нет.

— Нет, я сейчас вообще ничего не понимаю.

— Рустаму нужны доказательства, что дети от него.

— Идите вы со своими доказательствами! — злюсь я на столько, что уже напрямую посылаю дедушку моих сыновей. — Никому я ничего доказывать не собираюсь!

— Не пыли! — властно приказывает Громов старший. — Ему не просто так доказательства нужны, а для нотариуса.

— Интересное дело, — хмыкаю я, — то два года от него ни слуху, ни духу, а теперь нотариус… Зачем вам мои дети? Что вы задумали?

Громов старший достает смартфон, открывает калькулятор и натыкивает на нем число с шестью нулями.

— Вот столько ты получишь, если согласишься сотрудничать с нами.

— А если не соглашусь?

— С нами лучше соглашаться, девочка!

Да уж, весь вечер мне испортили, сволочи, что сынок, что папаша. Высокомерные засранцы! Злая я вхожу в подъезд, роюсь в сумке в поисках ключа. Тот, как назло выскальзывает из моих пальцев. Ручки пакета режут ладонь.

Звоню в дверь. Ноль ответа. Ну как так?! В сталинке живем однокомнатной, уж не во дворце — заблудиться весьма проблематично, но Веник не торопится открывать. Злюсь еще больше. Ставлю пакет на грязный пол. Ладно, фиг с ним, пусть загрязняется — руки мне другие никто не выдаст.

Нахожу ключи. И чуть не ли с размаху не падаю, зацепившись за новые, большого размера мужские брендовые мокасины. Это что еще за черт?! Перетаскиваю продукты в прихожую. Запах мужских духов так и витает в воздухе. Веник ничем таким не пользуется. Значит, надухарился пришлый мужчина. Из крохотной прихожей попадаю сразу в комнату.

И офигеваю… слова моего возмущения так и застревают в горле!

Рустам! Возится на ковре с мальчишками, собирая с ними огромный популярный у детей по всему миру конструктор. Мальчики очень хотели такой, и я обещала подарить им на Новый Год. Потому что некачественную подделку покупать не хотелось, а фирменный конструктор — удовольствие, особенно для нас не дешевое. А вот недоделанный папаша четко уловил хотелки собственных сыновей, и теперь во всю строит с ними дома и башни.

Но это еще не все. Вениамин, мой дорогой муженек, который должен быть на моей стороне (ведь ему нужна семья в первую очередь, не мне), который должен стать моей опорой и поддержкой, сидит сейчас за МОИМ ноутбуком, в огромных новых беспроводных наушниках, отвернувшись от детей, игнорируя все происходящее в комнате. Веник отчаянно клацает мышкой, не забывая отпивать пивко прямо из горлышка запотевшей стеклянной бутылочки из отнюдь недешевого сегмента…

Около бутылочки стоит большая пачка чипсов и несколько картофелин просыпались на полированный столик. Для меня это — последняя капля моего терпения! Хорошо, хоть мои крошечки этого не замечают — чипсы очень вредны для детских поджелудочных, но Миша и Гриша, как настоящие маленькие мужчины, просто обожают сие лакомство, и сейчас только чудо, а то бишь наличие более интересного конструктора, спасло их организмы от катастрофы.

— Это что такое?! — я стараюсь не орать, чтобы мальчики не вздрогнули, но голос мой максимально возмущенный.

— Привет, Вика! — лыбится мне Рустам Громов белоснежной улыбкой.

— Мам! Мам! — восклицают радостно мои мальчики, — Смотьи, сьто нам дядя-дулачек плинес!!!

— Вик, объясни им уже кто я, чего они меня так называют? Мне неприятно!

У ти, бозе мой: неприятно ему!!! Я настолько злюсь, что мне окончательно сносит крышу.

Я подхожу к мажору, сидящему на моем ковре с мальчиками, хватаю того за накаченный бицепс. Дергаю на себя. Но это я конечно очень самоуверенная, ведь Рустам тяжелее меня в два, а может и больше раз. Наткнувшись на твердокаменное препятствие я по инерции лечу на него. Рустам ловко подхватывает меня и устраивает у себя на коленях. Наши лица оказываются в опасной близи друга от друга. Рустам моментально ласкает взглядом мои губы, будто только и жаждет, чтобы попробовать их на вкус.

— Отпусти! — требую я.

Смотрю беспомощно на Веника, но это бесполезно: он целиком в игре, не замечает ничего из того, что происходит вокруг.

Рустам ухмыляется, но все же отпускает меня.

— Быстро на кухню! — командую я, поправляя сбившийся свитер, и такое сбившееся от нашей спонтанной близости дыхание.

Рустам поднимается протягивает мне руку. Демонстративно игнорирую ее. Быстро идем на кухню. Я закрываю за собой дверь, чтобы мальчики не слышали нашего разговора.

— Какого черта?! — шиплю я.

— Чего ты такая злая, Вика? — делает вид, что не понимает Рустам.

— Ты прикалываешь?! Сначала твой отец похищает меня!

На этих словах лицо мажора вытягивается, будто для него это сюрприз.

— А как только я выбираюсь на свободу, то тут же вижу тебя в своей квартире! Вы достали меня уже!

— Вик, я про отца ничего не знал, — оправдывается Громов младший, — я поговорю с ним, чтобы больше тебя не трогал. А пришел я сюда, чтобы побыть с сыновьями.

— Как складно ты врешь! — не верю я ни единому слову мажора, — Какое совпадение! Меня покатали по городу запугивая и шантажируя, а в этот момент, ты, нейтрализовав Веника пивом и наушниками, окучиваешь моих сыновей своими подарками! У вас совесть есть?!