Суженая (СИ) - Майер Аврора

Походила, побродила по комнате. Выбежала прочь, пока руки вновь не нашли клочок бумажки с номером дилера. И тогда всё пойдёт по кругу. Ну я же не тупая безвольная дура? Вопрос в пустоту, и, скорее, на него ответ утвердительный. И всё же я не дура. И где-то глубоко во мне живёт очень сильное стремление к жизни. Зачем мне это, я ещё не разобралась. Но точно знаю, неправильно лишать себя жизни.

Бежала прочь. Пелена застилала глаза. Сама не помню, как оказалась у двери Марка. Позвонила. Он открыл. Не удивился. И просто сказал:

— Можешь жить сколько хочешь, ты мне не помешаешь.

Я вошла и без всяких разговоров ушла в «свою» комнату.

В гостевой чувствовала себя, словно в крепости, где меня никому не достать, а живой человек за дверью сдерживал от глупостей. В присутствии постороннего я не позволю себе лишнего и не доведу опять до суицида. Когда-нибудь скажу ему большое человеческое спасибо. Когда станет чуть получше и я приду в себя. Динамика есть, но пока всё ещё очень плохо. Я жутко нестабильна.

Глава 23. Марк. Третий не лишний

Оставалась всего пара недель до нашего отъезда с Ксенией на Байкал. И была очень большая проблема. Я не знал, что делать с Алисой. Она прожила у меня две недели. Ей вроде стало лучше, но не уходила, из чего я сделал вывод, что не настолько уж и хорошо. Зная Алису и её неприязнь ко мне, точно уверен, просто так она не будет у меня гостить. Мы толком не говорили, но и так понятно, она сорвётся сразу же, как только выйдет из моего дома. Что делать? Мне хотелось помочь. Но и отказаться от поездки не мог, она давно запланирована, и Ксюша на меня рассчитывала. Алису боялся спугнуть разговором. Вдруг она опять уйдёт… И задумает спрыгнуть с моста. Вообще, конечно, по-хорошему, ей нужна психологическая помощь. Но она, по-моему, в корне не согласна с этим, а может, и был неудачный опыт. Это сильно осложняет дело. Самый лучший вариант — сдать её в квалифицированную клинику, где, не сомневаюсь, ей помогут.

Ну а в принципе, она может тут пожить и без меня, но что-то страшновато. Вдруг всё же слетит с катушек и устроит притон или, опять же, убьёт себя. Надо срочно с ней решать вопрос. Должен признать, что за всё это время она не сделала ничего дурного. Я почти не замечал её присутствия. Но всё же мне казалось, она будто маленький ребёнок, за которым нужен глаз да глаз. Разок съездила за ноутбуком, а больше вообще не выходила из дома, ела, исключительно когда меня не было на кухне, и мы почти не пересекались. По стуку клавиш я догадывался, что она работает или, может, с кем-то общается. Это хорошо, когда есть на что отвлечься. Но всё же меня интересовал вопрос: «А когда она съедет?»

Вечером всё же её подловил и сказал:

— Алиса, составишь мне компанию? Пойдём прогуляемся. Хорошая погода.

Она как-то замялась, но не отказалась.

Очень долго мы шли молча. Алиса вообще особо никогда со мной не разговаривала и сейчас тоже не рвалась начать диалог первой.

— Как у тебя дела? Как себя чувствуешь?

— Всё хорошо.

При этом она сжалась вся, словно я говорил ей что-то неприятное.

— Хотел тебе сказать, скоро я уезжаю. Ты, в принципе, можешь остаться, а хочешь, я отвезу тебя к маме.

Повернулся к ней лицом и, пожалуй, впервые за всё время пребывания видел её так близко и смотрел прямо в глаза. В общем, она действительно выглядела гораздо лучше, появился даже румянец на щеках. Но вот после сообщённой новости в её глазах увидел панику и растерянность, которые она пыталась скрыть. Однако удавалось ей это с трудом.

Не смог долго на это смотреть и отвёл взгляд. Она была похожа на потерянного в супермаркете ребёнка, который случайно отпустил руку мамы и теперь не может её найти. Блин, всё хуже, чем я думал.

После долгой паузы она сказала:

— Хорошо. Я и так задержалась, ты меня извини… Через пару дней вернусь к себе.

— Не спеши, можешь тут пока пожить, ещё целых две недели. Я не гоню, и ты мне совсем не мешаешь. Просто решил рассказать о планах, чтобы для тебя это не было неожиданностью.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Она промолчала. Мы погуляли ещё полчаса, и за всё это время она больше не сказала ни слова. Что творится в её голове?

Вернулись домой, а сердце было не на месте. Вроде и сказал как хотел, но чувствовал — что-то не то. Она точно сорвётся без меня. Ну не то чтобы возомнил себя суперпсихологом, но я, как ни крути, за ней следил: проверял вещи в комнате, чтобы не было лишних препаратов, и посматривал за её состоянием. И она действительно шла на поправку, в этом я видел свою заслугу. Это словно вырастить ребёнка и оставить его няне. Не представляю, как такое возможно? Был весь как на иголках и не находил себе места. Вот оно мне надо? Может, позвонить всё же тёте Веронике? Но объяснять ей ничего не хотелось. Я всё понимал, но произнести вслух слова, что дочь была под кайфом и чуть не спрыгнула с моста из-за своей гёрлфренд, язык не поднимался. Это просто жесть! Такое услышать никому из родителей не пожелаю.

Ночь была тревожной. Заснул под утро.

Встал как никогда поздно и спустился вниз на утренний чай. Пролистывая почту, увидел письмо от Ксении со списком вещей, которые нужно взять. Что и говорить, Ксюша ещё более предусмотрительная, чем я. Но с чем был точно согласен, так это с кремом от комаров, наверняка их там тьма.

Вдруг в дверях появилась Алиса. Увидела меня и хотела вернуться, но потом всё же вошла.

— Привет.

— Привет. Не отвлекаю?

— Нет, конечно.

Она не знала, как себя вести в моём присутствии, возможно, я ей мешал что-то взять, но сказать об этом не решалась. И вот-вот собиралась уйти. Неожиданно мне пришла в голову мысль.

— Алиса, а ты знаешь, что я подумал? А поехали с нами. Мы с подругой собрались провести отпуск на Байкале. Наверняка ты там не была. Тебе будет не так тоскливо, как дома.

Она смотрела на меня. И это был взгляд, не отрицающий сразу моё предложение, а наоборот, рассматривающий его на полном серьёзе, несмотря на всю неожиданность. Думаю, ей, по сути, было абсолютно всё равно, куда ехать, хоть предложи я ей поездку в пустыню, она бы согласилась.

— Я не хочу вам мешать, — неуверенно сказала она, как приличный и воспитанный человек.

— Да ты не помешаешь. Наоборот, втроём будет ещё веселей.

Она молчала, но я уже научился понимать её без слов. И вот это её молчание означало: «Да».

— Оставь свой паспорт, я закажу тебе билет, пока они не закончились. И можешь собирать вещи. Моя подруга написала целый список необходимого, я его тебе перешлю. Можем, кстати, съездить вместе в магазин за тем, чего у тебя не окажется.

Алиса, конечно, не прыгала от радости и не визжала, но вздохнул с облегчением после принятого решения не только я. Она тоже боялась оставаться с собой наедине.

Глава 24. Ксения. Неприятная новость

Я уже считала дни до нашего отъезда. Последнее время мне вообще не нравилось, как вёл себя Марк. Он не звонил, не писал и, понятное дело, мы никуда с ним не ходили. Он будто был сильно чем-то занят. Вполне возможно, у него скопилось много работы… Я, как могла, придумывала поводы, чтобы выйти с ним на контакт, но он почти не реагировал, отделывался стандартными ответами. Словно забыл меня. Я психовала. Хотя понимала, не должна. Но не могла себя держать в руках. Мне и не верилось вовсе, что это мучение уже когда-нибудь закончится. Неужели мы когда-нибудь будем вместе? Как только он пропадал из моего поля зрения, мне становилось очень плохо. Посетила мысль: а может, поехать и посмотреть самой, что там у него? Придумаю предлог и схожу в гости, подпитаюсь энергией у любимого.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Так и решила. Завтра свободный день. Поеду к нему.

Марк встретил меня на пороге, как всегда, в отличной форме и с улыбкой на лице, хотя и немного растерянной, будто я его отвлекла от важных дел. Что-то в нём было не то.

— Привет! Проезжала мимо… И вот решила заглянуть. Надеюсь, ты не против?