Энн Лоуренс - Лучше, чем в мечтах

— Кэсс, послушайте, — вкрадчиво зазвучал голос Бена, словно он желал сохранить ту атмосферу взаимопонимания, которая установилась в операционной доктора Мерфи. — Нам обязательно надо передохнуть. И хотя мне противно предлагать вам это, ничего другого, кроме «Розового дворца», мы поблизости не найдем.

— Нет.

Она ни за что не остановится. Кэсс чувствовала прилив сил, но выносить и дальше ощущение близости с ним было немыслимо. Когда Бен находился рядом, она почти верила в то, что они пара.

— Соглашайтесь, вы за рулем уже сутки и до этого отработали полный день. Если мы сейчас остановимся, то сможем в полседьмого или в восемь лечь спать. Попросим разбудить нас в четыре утра и прекрасно доедем до Сент-Луиса ко времени вашего рейса в Майами.

Кэсс включила задний ход, но Бен остановил ее.

— Поезжайте вперед. Док сказал, что за домом достаточно места, и вы сможете развернуться.

Переключив рычаг, Кэсс осторожно поехала вдоль дома. Она поняла свою ошибку, только когда заехала слишком далеко. Пришлось Бену выйти и светить фонарем, пока она давала задний ход.

— Ну же, Кэсс, — настаивал Бен, когда им наконец удалось отъехать от дома.

Да, на этот раз ей повезло, а дальше?

— Понимаю, этот мотель не вызывает ничего, кроме отвращения, но подумайте, там мы можем принять душ, я побреюсь, а утром мы наденем чистое белье.

Наверное, именно потому, что Бен был так настойчив, Кэсс стала сопротивляться с удвоенной энергией. Остановив машину перед тем, как выехать на Уивер-роуд, она расправила плечи, чтобы доказать ему: с ней все в полном порядке…

И в это самое мгновение их ослепил свет фар автомобиля, стоявшего на противоположной стороне дороги.

— Что за черт! — воскликнул Бен. — Не может быть!

Да, несомненно, это их преследователи в белом седане!

Они, видимо, намеренно включили дальний свет, чтобы их не пропустить. Подождав, пока лимузин выедет на дорогу, водитель седана переключил свет и пристроился ему в хвост.

— Все, с меня довольно, — процедил Бен сквозь зубы.

— Что вы делаете? — ужаснулась Кэсс и нажала на тормоз, потому что Бен, не дожидаясь, пока машина остановится, открыл дверь, собираясь выскочить.

Не удостоив ее ответом, Бен вылез наружу, прошел к задней двери, открыл ее и, бормоча себе под нос ругательства, стал рыться в куче на полу машины. Через несколько секунд он извлек из-под груды пакетов с подарками бабушкин ящичек и понес его к седану.

— Бен! — крикнула ему вдогонку Кэсс, но, прежде чем она успела выпутаться из ремня безопасности, он уже был возле седана.

Оба преследователя тоже вышли из машины, затем Кэсс услышала, как Бен сказал:

— Вот возьмите, ублюдки! Мне наплевать на то, что в этом ящике. А теперь проваливайте — клянусь, если увижу вас снова, вызову полицию.

Кэсс ушам своим не поверила. Похоже, что агенты графини тоже были ошарашены. Они стояли как вкопанные, молча наблюдая за тем, как Бен садится в лимузин.

— Поехали, — сказал он.

— Но…

— Поехали. Я сыт по горло всем этим цирком и не хочу ни думать, ни говорить об этом.

К тому моменту, когда Кэсс вывела лимузин на Уивер-роуд, седана и след простыл. Агенты графини были настолько выбиты из колеи случившимся, что, видимо, решили дальше не испытывать судьбу.

Внимание Кэсс сосредоточилось на узкой и извилистой Уивер-роуд. Она молчала до того момента, когда они подъехали к перекрестку, но потом сдалась:

— Пожалуй, вы правы. Нам надо остановиться и немного передохнуть.

— Вам не о чем беспокоиться, — вздохнул Бен. — Я уже пришел в себя.

— Не в этом дело.

— Да? — Он, устало улыбнувшись, посмотрел на нее, и Кэсс невольно отметила, что эта улыбка очень шла ему.

— Я поняла, что совершила вторую по счету ошибку — сначала зачем-то свернула на шоссе 39, а потом слишком далеко заехала за дом доктора Мерфи. Думаю, мне нельзя оставаться за рулем, это может быть небезопасно.

— Что ж, вам решать.

Кэсс повернула в сторону мотеля и въехала на забитую машинами стоянку. Вдоль всего фасада, от одного края крыши до другого, мигало множество розовых лампочек. Судя по тому, что шумные компании входили и выходили из мотеля, это было заведение, где местное население отрывалось по полной программе.

«Значит, так, — думала Кэсс, — я приму душ и лягу прямо в одежде».

Когда она остановила лимузин у конторы мотеля, Бен быстро вышел и вдруг замер на месте, будто остолбенев. В недоумении она проследила за его взглядом и среди аккуратных рядов автомобилей перед низким зданием мотеля увидела белый седан.

Кэсс ожидала, что Бен снова взорвется, но он просунул голову в окно машины и спокойно сказал:

— Не волнуйтесь, я ничего такого больше не сделаю. Это, наверное, единственное место во всей округе, где можно остановиться; а поскольку нет больше причины встречаться с этими людьми, я вполне могу переночевать с ними под одной крышей, разумеется, при одном условии. Отдельные номера исключаются.

— Но…

— Извините, я не смогу заснуть, зная, что вы совершенно одна в незнакомом месте.

— Бен, мне как раз необходимо остаться одной. Нам обоим это нужно.

— Вы хотите, чтобы я просыпался от любого шороха? Ну же, Кэсс, мы ведь с вами взрослые люди.

Что она могла на это ответить?

Глава 6

Они миновали освещенный розовыми огнями крытый вход в «Розовый дворец» и оказались в длинном коридоре. Не без опасений Бен отпер дверь в номер, который находился в самом конце коридора.

— Должна признаться, мне было бы неспокойно, если бы лимузин оставался на парковке, — сказала Кэсс. — Это вы хорошо придумали — поставить машину за утлом. Хотя я и не смогу отсюда за ней приглядывать, все же лучше, что она не на общей стоянке.

— Я подумал, если она будет не на глазах, то никому ничего плохого в голову не придет.

Бен открыл дверь, нащупал выключатель и зажег свет. На мгновение оба замерли.

— Вот это да! — хихикнула Кэсс. — Современно, ничего не; скажешь.

— Я бы скорее сказал убого.

— На данный момент мне больше нравятся такие слова, как чистота и горячая вода.

Внимание Бена, естественно, сразу же привлекла обстановка. Он надеялся, что в номере будет и диван, но его не оказалось. В комнате вообще не было никакой мебели, кроме широкой двуспальной кровати, застеленной полосатым — под тигра — покрывалом. Вокруг больших подушек расположилось несколько красных шелковых подушечек в форме сердечек. Пара стульев, обитых той же тканью, что и покрывало, пристенный столик, на котором стояли ведерко для льда и два бокала, да еще телевизор — вот и все, на что они могли рассчитывать.