Развод. Сын моего мужа - Ая Кучер
Поэтому я просто прощаюсь, напоминая про кучу дел, и ухожу. Быстрым шагом я направляюсь к выходу.
Внутри царапает подозрением, что не просто так Назар меня отвлекал. Может, его Доронин попросил. А сам…
— Нет, мне обещали, что поставка будет сегодня! — доносится взбешённый голос мужа. — А мне всё равно.
Муж стоит ко мне спиной, не видя приближения. Я прислушиваюсь как воришка. Не хочу вмешиваться, лишь выжидаю, какие крупицы информации я смогу поймать.
Я не должна в этом разбираться, но… Не хочу, чтобы меня и дальше глупышкой выставляли. Чем больше я знаю, тем проще выстоять нападки мужа.
— Мы с вами договорились, — Витя понижает голос до опасного шёпота. Холодок по спине проносится. — Если в течение получаса вы не привезёте всё, то мы разрываем контракт. Да, полностью. По всем объектам. Мудачье.
Последнее Витя бросает рвано, уже убрав телефон. Разворачивается и замирает, заметив меня.
Но не выглядит ни смущённым, ни пойманным на горячем.
— Полчаса, — спокойно произносит он, а я хмурюсь. — Всё, что нужно для пожарки привезут в течение получаса. И ещё полчаса на замену. Думаю, управятся быстро.
— О, — я хлопаю ресницами, осознавая всё. — Я… Кхм.
Благодарность и рвётся из меня, и душит одновременно. Я не знаю, как сейчас себя вести.
Одно дело — когда муж ведёт себя как подлец. Тогда просто и понятно. Воевать и отталкивать.
А сейчас вроде помочь пытается. И если я просто огрызаться буду, то выставлю себя истеричкой, которая на всё нервно реагирует.
Вить, ну почему ты не можешь просто мудаком быть? Намного проще всё бы прошло.
У меня получается спровадить мужа. Я выдыхаю, стоит Вите и его мелкой копии покинуть мою кондитерскую.
Я прошу Галину приготовить кофе, а сама принимаюсь за дела. Я вызваниваю знакомого инспектора, который может проверить новое оборудование.
Я не хочу больше слепо доверять мужу. Занимаюсь счетами, заказами, просматриваю
Несмотря на то что бизнес идёт неплохо, у меня не очень большой штат сотрудников. Многое я сама контролирую.
Раньше было проще. Потому что у меня был Витя. Моё твёрдое плечо, на котором повиснуть можно было. С уверенностью, что муж со всем разберётся.
И юриста даст, и советом поможет. И вообще, всем бизнесом займётся, пока я с малышками дома застряла.
А теперь…
Я заливаю в себя тонну кофе. Прячу лицо в ладонях. Дышу прерывисто, пытаясь погасить очередную вспышку боли.
Я просто… Я чувствовала себя защищённой. Постоянно. А теперь без брони на всех фронтах. И это очень страшно.
Но я справляюсь. И в кондитерской, и при встрече с адвокатом по разводам. В машине несколько раз бросаю взгляд на заднее сидение.
Никогда не знаешь, где Назар притаится.
По дороге в родительский дом я созваниваюсь с юристом. Консультируюсь с ним, как лучше поступить.
— Мамочка дома!
Алиса несётся ко мне. Требовательно тянет ручки, чтобы я подняла её. Расцеловываю её щёчки.
— Я тоже хочу! — требует Соня. — А меня?
— Сонь, ты же тяжёлая, — причитает моя мама.
— А мама говорит… Как же? Своя ниша не тянет!
— Ноша.
— Ага.
Поставив младшую на ноги, я чуть приподнимаю Сонечку. Тяжёлая, но такая родная. Моя.
Я быстро отпускаю дочь, иначе что-то в спине точно хрустнет. Позволяю утянуть малышкам меня на задний двор.
Мой отец организовал там подобие детской площадки. Садовые качали, низкий столик для рисования, палатка.
— Деда дал нам задание, — шепчет Алиса. — Сделать рисунок.
— Да? — усаживаюсь на тёплый плед, рассматривая рисунки дочерей. Улыбаюсь. — Вы хорошо потрудились.
— А за это бабуля дала конфеты, — сдаёт Соня. — А ещё обещала напечь пирожков!
— Я смотрю, вы хорошо провели время?
Малышки активно кивают. Наперебой они рассказывают о том, как справлялись без меня.
Я слушаю их внимательно. Детские голоски песней льются, окутывают теплотой.
Я жутко уставшая после сегодняшнего дня, но теперь словно второе дыхание открывается.
— Мне завтра нужно будет снова на работу, — сообщаю я. — Пойдёте со мной?
— А пирожные будут? — хитро щурится Алиса.
— Будут.
— А папа? Он когда будет?
— Папа… Сейчас у нас с ним очень много дел. И мы пока не можем видеться. Но скоро… Хорошо?
Я улажу некоторые вопросы. Успокоюсь. А потом обсужу с мужем, как мы опеку делить будем.
Естественно, я не отдам ему дочерей! Но и запретить видеться я не могу. Он их папа. И пока что Витя ничего плохого для девочек не сделал.
— А мальчик тот будет? — Соня хватает карандаш. — Назар. Он весёлый.
— Вы с ним подружились на празднике?
Мой голос садится, горло словно наждачкой дерёт. Одно напоминание — и я снова разваливаться начинаю.
Мне не хочется, чтобы девочки вообще общались с Назаром. Не только из-за факта измены. Просто…
Я понять его не могу. И меня волнует то, как мальчик легко меняет маски. Это может к чему-то плохому привести.
— А, нет, — Соня продолжает рисовать, высунув кончик языка. — Мы с ним раньше познакомились.
Глава 10
— Как познакомились?!
Вопрос вылетает со свистом из меня. Огненным дыханием обжигает внутренности.
Познакомил?! Он уже познакомил моих девочек со своим Назаром?!
И после этого будет ещё мне что-то рассказывать. Не знал, не видел, вчера познакомились.
А дети чисто случайно познакомились?
Хочется погнать домой. Вытрясти из Вити все ответы, и плевать мне, какие последствия будут.
Измена это измена. Перманентная боль.
Но…
Вот так меня дурочкой считать — это действительно оскорбление! Витя ведь никогда не относился ко мне как к идиотке.
Он знал, что я выбираю семью и спокойную жизнь домохозяйки. Но не потому, что ничего другого не могу. Бизнес — тому подтверждение.
А теперь…
Или муж так ко мне всегда относился? Заскучавшая домохозяйка, которая ничего не смыслит?
Это… Обидно. Правда.
— А мы играли, — дочь прикусывает кончик карандаша. — На площадке. А Назар хороший. Он меня на качельке качал.
— Качал, значит. И почему ты мне ничего не рассказывала? Раз с хорошим мальчиком познакомилась?
— Я говорила! Я сказала о мальчике тебе. Он ещё Алисе косичку поправлял. Помнишь? Ты сказала, что он воспитанный.
— Точно. Да. Но ты имя его не называла.
— Я забыла.
Соня пожимает плечами. Помогает младшей сестричке нарисовать траву внизу бумаги.
Я вспоминаю этот разговор. Но… Малышки часто рассказывают о новых знакомых. По тысячи историй за вечер выдают.
Ничего особенного не было в рассказе дочерей, чтобы я заволновалась. Действительно.
Какой-то мальчик помог грустной Лиске косичку переплести. Из слов дочерей казалось, что он очень воспитанный и хороший.
А
