Прекрасный каратель - Каролайн Пекхам

хочешь оставаться в этом мокром нижнем белье, которое, кстати, становится полностью прозрачным когда намокает, я предлагаю тебе надеть эту одежду.

Мой рот открылся, и я в ужасе уставилась на него.

— Ты смотрел, — упрекнула я.

— Было трудно не заметить твои острые соски, один из них чуть не выбил мне глаз. Он ухмыльнулся, как волк, и я сердито посмотрела на него.

— Дай мне переодеться, — потребовала я, крепче прижимая полотенце к груди.

У меня нет острых сосков.

— Никто не говорит Ромеро, что делать. Тем более Калабрези. Так что я буду стоять прямо здесь.

— Как извращенец, — пробормотала я, и его глаза вспыхнули ненавистью.

— Как будто я могу хотеть дочь моего заклятого врага. Ты противна меня.

Его слова были острые, словно нож, но я надеюсь, что они были правдой, я не хочу, чтобы этот человек или любой из его братьев тронул меня хоть пальцем.

Я повернулась, натянув полотенце вверх на плечи, чтобы прикрыться, а затем стянула кружевные трусики. Когда я надевала их этим утром, я представляла себе, что буду лежать под тяжестью мускулистого тела Николи, и отдаваться ему как его жена. Мысль была какой-то пугающей. У меня едва хватило времени привыкнуть к мысли, что он мой муж, и я очень нервничала из-за того, что он ожидает в нашу брачную ночь. И хотя я смирилась с такой участью, я никогда не хотела, чтобы за меня делали такой выбор. Но сейчас я бы согласна на брачное ложе в любой день.

Глупая Слоан, ты променяла жалкую жизнь на еще худшую.

Из лифчика было труднее вылезти, и, клянусь, Рокко смеялся надо мной себе под нос, пока я пыталась скрыть свое тело от него. Это было глупо, потому что он уже видел все сквозь нижнее белье, но без моего согласия. Я не хотела, чтобы его глаза рыскали по моему телу. Он не заслужил смотреть на меня.

Я отбросила лифчик в сторону с легким трепетом от достижения, прежде чем обернуть полотенце вокруг себя и, повернувшись, увидеть, что Рокко держит футболку в руке.

— Ты не торопишься, принцесса. Это не спа-курорт.

— О, я, должно быть, забрела не в тот особняк, я думала, что это пятизвездочный отель. Тогда я просто уйду.

Его брови чуть-чуть приподнялись, а уголок рта дернулся. Прошло мгновение напряженного молчания. Я мысленно отметила, что у моего похитителя было чувство юмора, и подумала, смогу ли я использовать это в своих интересах.

Он кинулся на меня так быстро, что я не успела отступить и на два шага, его руки сомкнулись вокруг меня. Он сорвал с меня полотенце, и я закричала за полсекунды до того, как он надел на меня футболку через голову, оставив под ней мои руки. Он наклонился, приподняв одну из моих лодыжек, и я успела протолкнуть руки в рукава футболки, а затем вцепилась в раковину для равновесия. Мой взгляд упал на латунный держатель для зубных щеток. Не похоже, чтобы это может нанести большой ущерб, но я, черт возьми, попробую. Когда Рокко протолкнул мою ногу в дыру в трусах, я разбила держатель о его голову с вызывающим воплем.

Он зарычал в гневе, уронив мою ногу и подняв другую, протолкнул ее в белье, не реагируя на то, что я сделала. Он быстро встал, натянув трусы на мою задницу и приподняв футболку до бедер. Они были слишком велики, хотя эластичная резинка на талии удерживала их на месте, но боже , чьи они?

Горячие пальцы Рокко задержались на внешней стороне моих бедер, когда он с насмешкой наклонился к моему лицу.

— Если ты снова будешь драться со мной, ты не получишь одежду.

У меня в горле образовался ком, и я кивнула, пытаясь проглотить его.

Он схватил меня за запястье и потащил из комнаты. Страх пронзил меня, когда он повел меня вниз, и вздох облегчения сорвался с моих губ, когда он оттащил меня от двери подвала. Он провел меня на огромную кухню с островком с мраморной столешницей в центре.

Энцо сидел на табурете, прижимая к затылку пакет с замороженным горошком, его глаза сузились, глядя на меня.

— Фрэнки убирает в подвале, — сказал он мне с кривой улыбкой. — Пройдет немного времени, и ты сможешь вернуться туда. Может быть, на этот раз мы закроем дверь и выбросим ключ. У крыс будет праздник.

Моя кровь застыла в жилах, и я инстинктивно сделала шаг назад, тут же пожалев об этом, и врезалась в твердую грудь Рокко. Он подтолкнул меня к стулу рядом с Энцо. Я не хотела садиться с ним, но Рокко не оставил мне выбора, приподняв меня и швырнув на стул.

— Если она двинется, стреляй в нее, — приказал он Энцо, и его брат усмехнулся.

— С удовольствием.

Бутерброд стоял в центре острова, и мой желудок невольно заурчал. Я ничего не ела сегодня и, должно быть, сожгла бессчетное количество калорий только на одном адреналине.

Я отвела взгляд от него, вместо этого устремив взгляд на окно. Вдалеке стояла гора, и я обыскивала каждый ее дюйм в поисках домов, полосы дыма, любого признака того, что там кто-то жил. Если бы у меня снова появился шанс сбежать, мне нужно было знать, в каком направлении двигаться.

Энцо положил горох на стол, затем снял с бедра огромный охотничий нож, небрежно любуясь им, как будто он не угрожал мне. Но было ясно, что он намекает на угрозу.

Рокко приготовил кофе, и его запах донесся до меня, когда он наполнял свою кружку из автомата.

Я выдержала целых десять минут, наблюдая, как Рокко выпивает половину чашки кофе, прежде чем вылить остаток в раковину. Я так хотела пить, что могла бы проглотить галлон воды за один раз.

Наконец появился Фрэнки со шваброй и ведром, и его хмурый взгляд упал на меня.

— Все закончено. Ты дорого обошлась нашему отцу из за вина.

— Она заплатит за это, когда он приедет, — взволнованно сказал Энцо, и у меня по спине пробежали мурашки.

Мне нужно было уйти отсюда до того, как он появится. Имя Мартелло Ромеро в нашей семье было проклятием. И я не хотела встречаться лицом к лицу с человеком, который произвел на свет этих трех безжалостных мальчишек.

— Ты должна поесть, — сказал Фрэнки, подходя к острову и пододвигая сэндвич ко мне. Страшного блеска в его глазах больше не было, и я надеялась, что это означало, что он пережил то, что я сделал с его братом.

Мой