Дурная - Инга Максимовская

что я думаю? Ни фига не мужики мамонтов заваливали в доисторические времена. Если бы пищу добывали тестикулоносные особи, человечество бы не выжило. Загнулось бы еще в момент эволюционирования от шимпанзе к австралопитекам. Не, ну а что? У него же реакция ни к черту. А осетр не мамонт. Давай, Данька, ты за одну ногу, я за другую и потащили ка его в пещеру, пока не очухался и хай не поднял. Фортануло нам сегодня, народу никого. Чего она там бредил? Замуж звал? Так это ж подарок сиятельных богов.

– Зин, надо наверное полицию вызвать, – хныкнула блаженная. Я почувствовал, как мне в лодыжку впились чужие пальцы, открыл глаза и уставился в заплаканное… Нет, лицом физиономию ламы сейчас назвать можно было с трудом. Боже. Ну и парочка из нас получится. У меня на заднице отпечаток эмблемы запорожца, который сегодня утром сбил меня при попытке отловить эту идиотину, лицо саднит от удара чертовым осетром, на голове шишка размером с биг бен, а невеста моя нежданная похожа на клоуна-убийцу, прилетевшего из глубин космоса.

– Грабли убери, брюки мне замараешь, а мне в них жениться еще сегодня, – рявкнул я на бабу и лягнул наглую захватчицу. Девка – лама всхлипнула, и зачем – то обтерла мое лицо вонючей тряпкой. – Ты же выйдешь теперь за меня? После того, что между нами было, ты обязана…

– Слушай, ну чего ты пристал ко мне? – хныкнула Дурная, размазывая по сине-зеленой щеке остатки макияжа. – Я за тебя бы не пошла, будь ты последним человеком на этой планете. Ненавижу недомужиков, не способных признать свое продолжение в ребенке, нуждающемся в тебе.

– Даньк, может карпом его добить? – пробурчала толстуха, глядя на меня, как солдат на вошь.

А и вправду, чего это я? Сроду не бегал за бабами, обычно они гроздьями вешаются на милягу и балагура Макара Боярцева. Хотя, если судить по последнему опросу электората, я их не интересую после первого свидания, даже как кошелек с ногами. Как там меня назвали все поголовно? Животное, вроде. Суки. А эта чертова кудряшка, что из себя возомнила? Хрен ей.

– Да пошла ты, – оскалился я, и попытался встать с осклизлой магазинной плитки. Черт, а ведь бегал. За Ларкой бегал, как щеночек прикормленный. Ненавижу. Ненавижу. Или нет уже? Или я уже ей благодарен за то, что она не дала мне пережить ее смерть? А так мне было гораздо легче жить. Не зная и не видя ведь проще ненавидеть, черт бы ее подрал. И мальчишка этот… Как же все было легко и просто. Вскочил на ноги, не обращая внимания на мужика, застывшего у прилавка. Да уж, я сейчас даже в сравнении с этим дядькой в маминой кофте проигрываю по всем фронтам. – Ты Лехе нужна, идиотка. Или думаешь я бы сам позарился? Мне нужна жена, чтобы усыновить моего сына, законы такие у нас. А то отправят мальчишку в детдом, а там… Эх ты, я то подумал что ты настоящая. Анализ – это филькина грамота оказывается. Для суда не доказательство. Нужны экспертизы и прочий фуфел. И мальчик, отчего-то решил, что это должна быть именно ты. А я вот вижу, что мать из тебя, как из говна пуля. Ты со своей то жизнью не можешь разобраться. Так и будешь до старости рыбой торговать. А я предлагаю взаимовыгодное сотрудничество. Ты мне, я тебе.

– Снова врешь? Врешь ведь? – с надеждой спросила дурнушка, но в ее глазах я увидел такую панику, что мне аж на душе потеплело.

– Нет, я бы не стал. Ни за что. Ты чего из меня делаешь Карабаса Барабаса? Мой ребенок в больнице, чуть успел я. Как он без матери то? – с придыханием выдал я, едва сдерживаясь, чтобы в голос не расхохотаться. Черт, мне даже слезу удалось выдавить. Я сегодня в ударе. Прям артист больших и малых императорских театров. Господи, ну до чего же дурная. Блаженная просто. Но сейчас она отчего-то не показалась мне страшненькой. Ей бы в модели попробоваться. И рост позволяет, и фигурка тонкая, почти прозрачная. А глаза… – Короче, ты за меня выходишь замуж, я отдаю в твое полное владение свои магазины. Станешь управляющей сети авторских бутиков, с полным пакетом привилегий. Я давно ищу такую как ты – честную и… – чуть не сказал, глупую. Успел удержать обидное слово на кончике своего острого не в меру языка.

– Ох, – снова выдохнула толстуха.

– Не нужно карпом, Зин, – наконец-то осмысленность появилась на физиономии бабы – ходячей проблемы. – Похоже в вас тоже есть, что – то человеческое. Мальчика же вы пригреть решили, все таки. И это… Я бы и просто так помогла. Без должностей. По-человечески. Если вы серьезно…

– Клянусь, – поднял я вверх руки, словно сдающийся на волю победителя вражина.

Точно блаженная. Конечно, не видать ей моих магазинов, как своих ушей. Я пока не готов сдохнуть с голоду под забором. Пришлось пальцы на ногах скрестить, когда обещал.

– Ну, хорошо. Я подумаю, – голос ламы дрогнул, я струдом сдержался чтобы не станцевать ламбаду, ну и ее чтобы не придушить.

– Не подумаю… Завтра нас ждет нотариус. Составим брачный контракт и распишемся, – снова превратился я в себя. Девка поморщилась, но промолчала. Явно мое преображение было слишком очевидным. – Я за тобой заеду.

– А адрес?

– А ты думаешь, я как оказался в этом блевотнике? – ощерился я, и вдруг схватил эту дуру, повинуясь какому – то странному импульсу, притянул к себе и…

Глава 7

Даная

Не принимайте важных решений, не обсудив их с близкими людми. И сделайте точно наоборот советам любящих друзей. Тогда вам будет счастье и благоденствие. Луна в пятом доме. Плутоний в Стрельце. То, что случится завтра может стать вечным. Нет ничего более постоянного чем временное. Остерегайтесь обмана.

– Я, кажется выхожу замуж, – проорала я, остарвенело растирая губы мочалкой, смоченной полулитром перекиси водорода. Помогало издевательство над собой плохо. Кожа не желала расставаться с ощущением чужого прикосновения. Огненно горячег, и абсолютно захватнического. – Люська, ты слышишь?

– Весь дом слышит, – хрюкнула подруга, материализовавшаяся за моей спиной из воздуха. – По залету? Я стану крестной феей?

– Да, у меня будет мальчик. Сын. Правда наверняка