Миллионер без гроша и серая Мышка - Аля Кьют

– Пиццу привезли, – не моргнув, соврала Маша и начала быстрым шепотом меня инструктировать. – Слушай, я не особенно рада, что ты тут будешь жить, но у Ники туго с деньгами. Ей очень не помешает разделить оплату за комнату. Ее соседка слиняла в один день, не предупредив. Мыше пришлось платить за двоих. А еще ты тут со своими носками и без гроша. Нет бы миллионер какой на голову свалился, так полубомж опять. За что, Господи?

Я не выдержал и начал смеяться.

– Что веселого? – рассердилась Мария.

– Ничего. Прости. Ты забавно возмущаешься. – Я постарался вернуть себе серьезность. – И это круто, что ты переживаешь за Нику. Но я точно не хочу ее подставлять. Деньги за квартиру найду обязательно. Заработаю.

Я прикусил губу, отчаянно надеясь, что получится заработать. Но если что просто отдам их Мыше, когда верну свои карты. И Теслу тоже Марату отдам, потому что это точно будет мухлеж-красная карточка.

– Давай паспорт, – потребовала Маша.

От ее напора я слегка опешил, но паспорт достал. Она сфоткала его с деловым видом. Мне снова стало смешно.

– Что ты с ним делать будешь? – поинтересовался я. – Возьмешь кредит?

– Если сбежишь, натравлю ментов. Или мафию. Знаешь, какие у меня друзья!

Я опять расхохотался. Видимо, на мой гогот среагировала Мышка. Она вышла из комнаты и изумленно уставилась на нас с Машей.

– Дима? Что ты здесь делаешь? Пиццу принес?

– Если бы, – фыркнула Маша. – Сама сейчас схожу. Надо же обмыть новоселье.

Она сунула ноги в угги, накинула куртку и вышла из квартиры.

– Куда она? – спросил я у Ники, чувствуя себя очень странно.

– Внизу магазин. Там быстро делают пиццу и дешёвое пиво, – ответила Ника. – А ты?

– А я не догадался.

– Не знал, – тихонько продолжала странный разговор Ника.

– Маша позвонила, сказала, что я могу у вас пожить немного. Прости, денег пока нет. Но я отдам. Клянусь.

Мышка молчала так долго, что я начал собираться на выход. Сейчас она просто отменит все, и я попрусь в хостел. Буду ночевать в плацкарте и есть хлеб с майонезом. Привет, гастрит, привет.

– Ника, – позвал я ее. – Ты не против, что я поживу здесь? Я пойму, если… Сам бы никогда… В общем…

Не выдержав напряжения и собственного косноязычия, я схватился за ручку двери и собрался сбежать, но Ника не дала.

– Нет, Дим. Стой. Я не против, конечно. Сама просила Машу и рада, что она передумала. Даже нашла тебя каким-то образом.

– Позвонила с твоего телефона, – объяснил я.

– А, супер. Могла бы догадаться.

Убегать я передумал, но Мышкин вид мне все еще не нравился.

– Тебя напрягает, что я мужик, да? Клянусь, что не буду приставать и подглядывать. Ты меня и не увидишь. Планирую работать побольше, чтобы расплатиться через неделю.

Ника замотала головой.

– Меня это не беспокоит. Пялься сколько хочешь. У меня крутая попка и суперская грудь.

Я аж крякнул от такого заявления.

– Ты сам по себе меня смущаешь.

– Чем? – не понял я.

– Сама не понимаю. Ты как будто из другого мира. Тебя ведь не ищут бандиты или полиция?

Я снова стал смеяться. Проницательная Мышка чувствовала подвох, но не угадала. Да и кто бы угадал? Такую дичь не может придумать никто, кроме нас с Маратом.

– Маша сфоткала мой паспорт. Можешь сходить с ним в полицию. Или погугли.

Я прикусил язык. Черт, гуглить меня ей точно не стоит.

– А бандиты?

– Тоже нет. Клянусь.

– Ты столько раз уже поклялся за сутки? Это немного настораживает, Дим.

Включив все свое обаяние, я взял Нику за плечи и постарался быть искренним.

– Слушай, я не могу тебе ничего объяснить сейчас. Но мне очень хочется остаться и жить с двумя красивыми аккуратными девочками. Пожалуйста, не выгоняй меня. Я плохо переношу вонючие хостелы.

Ника рассмеялась и спросила:

– Про ту ночь, когда ты участвовал в оргии, тоже не можешь рассказать?

– А-а это… Я ночевал на Арбате, и в соседней комнате проститутка принимала клиентов. Слышимость там чудесная.

– Хостел, да? – хихикала Ника, снимая с меня куртку.

– Да.

– Там обычно выдают беруши.

Я замер, вспоминая, что мне их и правда выдали при заселении. Как я мог про беруши забыть!

– Я про них забыл, – признался я, разуваясь.

Теперь Ника хохотала в голос.

– Боже, Дима, вроде ты хорошее впечатление создаешь, но местами такой лопух. Без беруш в хостеле, завтрак бигмаком.

– Сделайте меня человеком, ваше Мышиное величество, – покривлялся я.

– Ничего не обещаю. Разве что чаем точно напою. Ты долго будешь в майке рассекать?

– Не, уже купил свитер. Вон там он, в пакетике.

– Отнеси в комнату и приходи греться.

Я повиновался прекрасной командирше и пошел пристраивать свой скромный гардероб. Оставив вещи на кровати, я поспешил на кухню.

Ника уже выставила чашки и пакетики чая на стол. На плите шумел чайник. Но выпить мы ничего не успели, потому что вернулась Маша. Мне было отчаянно неудобно перед девчонками, которые угощали меня пиццей и пивом. Я попытался сунуть хоть пятисотку, но они отказались.

– Потом как-нибудь, – махнула рукой Маша. – Мы обычно по очереди проставляемся.

Я очень сомневался в этой традиции, но опять пообещал себе мысленно вернуть все сторицей. Кто бы знал, что в порочной конченой Москве остались еще хорошие, добрые девушки.

Еще и красивые. Машка, правда, меня не привлекала. Она, конечно, звезда, но я отчаянно залип на Мышке. Волосы в хвостике, ноль косметики, вытянутая майка и круглые очки. Не скажу, что мой типаж, но какая же она была моя. Та самая вредина из игрухи, которая была беспощадна к себе и эпическим титанам на рейде. Зачем она такая мышастая, черт побери? Лучше и интереснее, чем я представлял в смелых фантазиях.

– За