Миллионер без гроша и серая Мышка - Аля Кьют

цветочки. Тоже приятно. Девушке кто-то решил сделать сюрприз, она очень обрадовалась и даже дала мне сотню чаевых. Прекрасная девушка. Я б такой тоже цветы дарил.

Третий заказ я схватил опять быстро. Думал, что попал в полосу удачи, но не тут-то было. Вместо заявленных трех килограммов я пер намного больше. Вроде бы небольшая коробка, но в ней находилось что-то ужасно тяжелое.

Я даже вспомнил свои вчерашние грузовые подвиги. Спина ныла, пока тащил коробку по адресу.

– Ох, опять мама мёд прислала. Кошмар, говорила же ей, что не надо, – пожаловалась мне юная гламурная дама, что приняла заказ.

– Согласен, – буркнул я, забывая про вежливость.

Хотел поругаться с ней по поводу веса, который мама явно приукрасила, но не стал. Вместо этого пожаловался через приложение сервису. Но отправлять снова не стал. Ну влепят они той тетке штрафные звезды – мне вряд ли это поможет.

Я решил пойти перекусить, чтобы не раскиснуть. В ближайшем фудкорте меня подкупил запах картофана, и я взял себе деревенские ломтики. Они даже рядом не стояли с домашней жареной от Маши.

Страдая, я давился чем-то похожим на картошку. Пытался заставить себя не представлять ужасное пальмовое масло, на котором пожарили уже три тысячи порций. Выходило скверно. На столе зазвонил телефон. Мышка.

Я скорее схватил трубку, выдыхая:

– Алло.

– Привет, нарколепсик, это Маша, которая соседка Ники, – быстро кастрировала мой трепет бойкая дылда.

– А, привет. А как…?

– Как я звоню с мышиного номера? Да легко. Я знаю ее графический код. Мышь в ванне мокнет, так что у нас мало времени.

– Для чего? – не понял я.

– Чтобы ты вернулся, Дмитрий.

– Ты же хотела, чтобы я ушел.

Маша тяжело вздохнула на том конце провода.

– Знаешь, примета сильной цельной самодостаточной личности – это способность признавать свои ошибки.

– Именно это ты сейчас и делаешь? – не без довольства уточнил я.

– Да, именно это. Но топтать лежачего тоже не стоит.

– Нет-нет, я просто восхищаюсь.

– Восхищения оставь Нике, пупсик, – снова взбрыкнула Маша. – Ты мне все еще не нравишься, но твои стираные носки и вежливость оставляют приятное впечатление, как ни крути. А еще Ника никогда не ошибается в людях.

– Не врубаюсь, куда ты клонишь, – теперь я вспылил.

– Возвращайся к нам сегодня. Думаю, можешь пожить в спальне Ники на соседней койке.

– Серьезно?

Я снов не верил удаче и почти не дышал, боясь спугнуть.

– Да, серьёзно. Тебе надолго нужен угол?

– Три недели.

– Семь тыщ тогда с тебя. Можно через недельку. Мы все равно уже заплатили за месяц вперед.

Мои мозги моментально посчитали выгоду. Даже в самом дерьмовом хостеле я бы заплатил десятку за двадцать дней. Жил бы в плацкарте, мылся бы в общем стойле, мечтал бы не подцепить что-то экзотическое-венерическое, присаживаясь на стульчак, покрытый тремя слоями туалетной бумаги.

– Маша, ты шутишь?

– Хотела бы, но нет. Напоминаю, меня все еще не радует такой постоялец.

– Какой такой? – попытался докопаться я.

– С пенисом, – уточнила дылда. – Не люблю мужиков.

– Согласен. Мужики – отстой. Козлы, и носки воняют.

Во всем соглашаться – первое правило соблазнения. Сработало снова. Маша рассмеялась.

– Десять очков Гриффиндору, – сменила она гнев на милость. – Адрес помнишь?

– Вроде.

– Ну я скину на всякий случай. Когда тебя ждать?

– Еще три часа смены. Постараюсь до семи вернуться к вам.

– Ладно, жду. С Никой поговорим уже по факту. – Она хмыкнула и добавила. – Сосед.

Маша отбила звонок. Через полминуты мне сообщением пришел адрес. Я закидал в себя остатки противной картошки. Еда – это бензин, а мне еще нужно отбегать три часа. Но мысли о найденном жилье грели и вдохновляли.

Глава 7. Плюсы и минусы

Закончив свою первую смену в качестве курьера, я возвращался в Перово. Нормально порадоваться новой встрече с Мышкой у меня не получалось. Круто, что Маша предложила пожить у них, но Ника, похоже, пока не в курсе. В ней я не сомневался. Меня печалила моя финальная получка в конце дня. Я думал, что заработаю хотя бы тысячи три, но на деле получил в два раза меньше. Комиссия сервиса, транспорт и паршивый обед неожиданно сделали мой заработок весьма дерьмовым.

Удел провинциалов – питать иллюзии. Вроде бы я уже давно растерял все свои завышенные ожидания. Первый визит в Москву и жизнь в общаге этому способствовали. Но сытая жизнь последних лет была слишком сказочной. Я забыл, что мир совсем не радужный, и каждый день реальность стремится насадить тебя на кукан.

Где-то теряешь, где-то находишь.

Чтобы не терять еще больше, я решил пройтись до дома девочек пешком. Заодно зашёл в магазин и купил себе свитер. Сегодня я немного замерз. Обновка мне стоила почти всей получки, но на лекарства я потрачу больше, если простужусь. Кроме свитера взял еще трусы и носки. Все, разумеется, по распродаже в очень-очень-очень скромном магазинчике.

Эх, где мой Диор…

А, впрочем, черт с ним. Мечтал в данный момент я не о шмотках от кутюр, а о рюкзаке, в который можно сложить свое добро. Ненавижу пакеты. Деньги почти кончились. Мне нужно оставить на транспорт и еду, а с зарплаты накопить на оплату квартиры. Маша не требовала денег сейчас, но она точно оставила какие-то подробности за кадром. Мне предстояло их выяснить.

Хорошо, что Маша сбросила мне адрес. Сам я вряд ли бы нашел дорогу назад.

Дверь подъезда почему-то была открыта. Я вошел и поднялся к квартире, долго топтался на коврике, не решаясь позвонить. В наше время неловко приходить даже без звонка, а тут и домофон даже сломан. Но меня вроде как позвали и ждали. Я постучал.

Маша открыла мне дверь так быстро, словно стояла в прихожей. Она втащила меня внутрь и пригвоздила к стенке.

– Кто там? – крикнула Мышка из своей