Это всё она (СИ) - Рыбкина Изольда

— Аня, — пискнула сдавленно, всё еще находясь в цепких руках Василины Михайловны.

— Ба, я тоже приехал, — поспешил вмешаться Рокотов, — может, ты отпустишь уже Аню?

— Охламон, иди сюда! — словно делая одолжение, произнесла бабушка, а потом не смогла сдержать счастливую улыбку. — Наконец-то, ты вспомнил, что у тебя еще есть старушка, которая вот-вот помрет, и решил-таки навестить! — она вроде как журила, но радость её рвалась наружу, и все вокруг улыбались, видя её сияющие счастьем глаза.

________________

В доме помимо мамы и бабушки Рокотова жили еще двое «помощников»: Татьяна и Андрей, возрастом примерно как Евгения Ивановна. Женщина занималась кухней и уборкой дома, а мужчина двором. С приездом Ани и Сергея они тоже вышли встречать гостей, и сейчас все вместе сидели в гостиной за большим столом и пили чай. Ужин закончился и плавно перетек в неспешную приятную беседу. Аня чувствовала себя комфортно, её никто больше не оценивал (по крайней мере так явно), и когда девушке рассказали, что Андрей занимается благоустройством двора, Аня не удержалась и спросила:

— Так это вы создаете такую красоту?! Это просто потрясающе! Я никогда не видела столь идеально подобранных растений.

— Ну что вы, Анечка, — улыбнулся мужчина на похвалу, — я только поддерживаю порядок, а вся эта красота создана благодаря Василине Михайловне. Она каждое растение знает и всё мне лично показывает, куда и когда сажать.

Аня перевела взгляд на бабушку и растерянно улыбнулась.

— Я очень люблю цветы… У вас чудесный двор, — девушка засмущалась: делать комплимент садовнику было проще. А теперь могло создаться впечатление, что она льстит родственнице своего начальника.

— Деточка, не смущайся, — с улыбкой посмотрела на неё Василина Михайловна. — Ты сама как цветочек, — она перевела взгляд на внука. — А ты береги её, Сережик. Ухаживай и заботься, чтобы она всегда вот так цвела рядом с тобой, как сегодня.

Бабушка хитро улыбнулась, а Аня, кажется, покраснела.

— Ну, что же, дети, — подала голос Евгения Ивановна, чтобы разрядить обстановку и сменить тему. — Уже стемнело, а вы с дороги сегодня. Давайте отдыхать уже.

Аня опешила. Как «отдыхать»? Они же должны были сегодня вернуться домой! Она растерянно посмотрела на шефа. Поняв её тревогу, он тут же вмешался.

— Нет, мам, мы поедем в город…

Закончить он не успел. Бабушка Вася строго посмотрела на внука.

— Ты с ума сошел! Какой город!? Ночь на дворе! Ты уставший, куда вы поедете в таком состоянии? Да и в чем необходимость уезжать сегодня? Завтра выходной!

Противопоставить что-то на такую пламенную речь Рокотов сумел несразу и секунду помолчал, подбирая в голове аргументы. Но пока в его голове шла «загрузка», а все окружающие ждали ответа, голос подала Аня.

— Вы правы. Наверное, действительно лучше остаться.

В очередной раз девушка смогла удивить своего начальника. Уж от неё он точно не ожидал это услышать. Думал, будет до последнего стоять на своем.

— Ну вот и отлично, — радостно заулыбалась Евгения Ивановна, — тогда я приготовлю вам комнату.

Тук… тук… тук… Сердце пропускало удары. А вот теперь, Аня, можно начинать паниковать…

29.

Комната была большая, обставленная в старом европейском стиле. Здесь было уютно и чувствовалась работа дизайнера. Мебель не старая, но полностью выдержана в общей обстановке дома. На окнах красивые кружевные занавески, на стенах милые картинки, дополняющие интерьер.

Всё это Ане удалось рассмотреть, но позже. Сейчас она стояла посреди комнаты с растерянным видом и смотрела на большую двуспальную кровать, которая была здесь единственным спальным местом.

Рокотов тут же уловил её замешательство и поспешил успокоить девушку.

— Аня, не волнуйтесь, я лягу на полу.

Аня выдохнула. Он сказал очень уверенно, при этом перешел на Вы. Это её порадовало.

Приняв душ и переодевшись в чистый спальный костюм, который, по словам мамы Сергея, всегда есть на случай гостей, и совершенно случайно был Аниного размера, девушка легла на кровать и укрылась одеялом. Рокотова всё еще не было в спальне. Он ушел почти сразу после того, как Аня пошла в душ, и до сих пор не вернулся.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«Может, он всё-таки решил переночевать в другой комнате?».

Но не успела она додумать эту мысль, как дверь тихонько открылась и вошел Сергей. Аня его не видела, устроившись на боку спиной к двери. Но прекрасно слышала его передвижения по комнате. Вот он подходит к шкафу, что-то достает оттуда. Вот удаляется в ванную и закрывает дверь.

Проходит минут десять, как дверь снова открывается, слышны шаги по комнате, Аня не знает, что он делает, но вскоре свет гаснет. В этот момент почему-то сердце девушки начало биться сильнее и чаще. Она затаила дыхание… И только когда послышался шорох на полу, Аня выдохнула и поняла, что её шеф слово держит, как она могла в нем сомневаться вообще?

Или она не в нём сомневалась?

— Спокойной ночи, — прозвучало тихо, но настолько неожиданно, что Аня не успела подумать, стоит ли отвечать, ведь она собиралась притвориться спящей, чтобы избежать каких бы то ни было разговоров.

— И вам, — быстро отозвалась и тут же засмущалась. Ночевать в одной комнате с мужчиной ей до сих пор не приходилось.

— Аня, вы извините, что пришлось вас впутывать в мои семейные проблемы, — вдруг снова заговорил Рокотов. — Вы могли отказаться, но приняли мамино приглашение и даже согласились помочь в этом… в этой… Ну в общем, вы поняли.

Конечно, он волновался. Привыкший доминировать в разговорах с деловыми партнерами и тем более с подчиненными, Сергей Александрович сейчас лежал на полу в собственном доме и извинялся перед своей помощницей, которая будет эту ночь спать в его кровати. Без него. Одним словом, всё происходящее было для него ново, непривычно, но пугало то, что похоже очень ему нравилось.

— Сергей Александрович… — после недолгого молчания, так и не ответив на его извинения, решила утолить своё любопытство Аня, — можно вопрос?

Рокотов удивленно приподнял голову и, оперевшись на локоть, повернулся в сторону девушки. Аня тоже повернулась к нему лицом и, поняв, что он готов отвечать, спросила.

— Татьяна и Андрей. Это ваши слуги? Они живут здесь? — Аня весь вечер пыталась понять, какие отношения связывают Рокотовых и эту семейную пару.

Сергей улыбнулся, когда услышал этот вопрос и откинувшись на спину, неспеша заговорил.

— Нет, Аня, они не слуги. Хотя и работают на мою семью. Но здесь другое. Слово «слуги» мы никогда к ним не применяли, да и вообще мама считает его «снобистским и дурно пахнущим феодализмом», — девушка улыбнулась, она и сама была такого же мнения, поэтому её так и мучил весь вечер этот вопрос. — На самом деле Татьяна и Андрей — давние друзья моих родителей. Когда-то они дружили семьями, а потом пути разошлись: отец в 90-е резко разбогател, и Ивановы не могли соответствовать нашему новому уровню жизни, и общение сошло на нет, — Сергей сделал паузу, будто что-то обдумывая.

— А как же они оказались у вас дома?

— После развода родителей отец уехал за границу, а маме он оставил дом. И меня… Я тогда уже заканчивал школу и готовился к поступлению в институт. Отец оплатил мою учебу в счет алиментов. Это было мамино условие. С тех пор я видел его всего пару раз. Мы на тот момент остались без денег. Да, был дом, где можно было жить, но нужно было еще на что-то его содержать, ну и питаться, одеваться… В общем мама начала искать работу. В браке с моим отцом она сидела дома, он запрещал ей работать. Как итог — после такого длительного перерыва как специалист она совершенно не котировалась. Ей предлагали только места кассиров и уборщиц в торговых центрах.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Аня слушала и впитывала каждое слово. Она вспоминала Евгению Ивановну и не могла поверить, что эта интеллигентная женщина, утонченная и элегантная, могла согласиться на такую работу…

— И она согласилась. Примерно год она вкалывала на двух работах, чтобы обеспечить нашу жизнь. А потом однажды в торговом центре, где она мыла пол, её увидела Татьяна. Они с Андреем и их сыном приехали за покупками. Андрей предложил маме работу в фирме, где он был технологом. Им требовался экономист, и хоть у мамы был большой перерыв после института и полностью отсутствовал опыт, Андрей смог уговорить руководство взять её на испытательный срок, поручившись за неё, — у Ани сердце сжалось, оно всегда отзывалось на подобные истории. — С тех пор они стали снова дружить. Ивановы никогда не относились к нам с превосходством, что благодаря им мы смогли заново начать жить, никогда не припоминали свою помощь. Но и мама никогда о ней не забывала и не забудет.