(не) мой соавтор (СИ) - Силаева Ольга

Вот только слишком тяжело каждый день делить кров и постель — и не любить, устало подумала я. Когда мужчина рядом с тобой слишком часто кажется чужим, лишним, проще быть одной. Наверное, я и впрямь слишком разборчива. Но что делать, если древний арабский мудрец был прав, и я просто не могу жить с кем-то и не любить его? Засыпать, улыбаясь его улыбке, ждать его каждый вечер, отрываться от своих дел ради него с радостью, а не с неохотой?

Так просто и так невозможно. Но ведь это бывает, правда?

Бывает, тихо и решительно сказала себе я. И будет. Со мной.

Я неспешным шагом обошла площадь, оказавшись у колоннады. Улыбнулась своим мыслям, глядя на стоящего впереди Антона.

Шесть ноль пять.

И тихо, бесшумно подошла к нему, считая шаги. Двадцать семь, двадцать восемь, двадцать девять. На тридцатом шаге я замерла у него за спиной.

И, не колеблясь, не сомневаясь, не думая, накрыла его глаза ладонями.

— Привет.

— Привет, Рэйн.

У него был абсолютно тот же голос, что и по телефону.

Я счастливо улыбнулась.

— Можно тебя обнять, потереться об твою щёку и на пять минут решить, что ты моя самая любимая плюшевая игрушка?

— Можно подумать, если я скажу «нет», это тебя остановит.

Мы вместе засмеялись.

— Хочется обернуться? — с любопытством спросила я.

— Ни малейшего желания.

— Хм. Позволь тебе не поверить.

— Не позволяю.

Я не успела среагировать: Антон перехватил своими руками мои, мягко развёл их в стороны и обернулся ко мне.

А шапочку-то, произнёс ехидный внутренний голос, ты совершенно правильно не надела!

Чёрт. Вот чего он влезает в такой момент, а?

Мы застыли, глядя друг на друга.

— Привет, Ант, — прошептала я.

— Привет, — немного хрипло ответил он. — Давно стоишь и на меня любуешься?

— Пять минут.

— Хм. Я проспорил себе, что ты будешь решаться четверть часа минимум.

Я с негодующим видом подняла брови.

— Намекаешь, что я боюсь? Да я…

— Хотела бы пережить момент первой встречи снова и снова, — серьёзно сказал Антон. — Я тоже.

— Это ещё зачем? — с подозрением поинтересовалась я. — Чтобы вселенная каждый раз подсовывала тебе новую Яну, пока ты не остановился бы на наиболее симпатичной?

Антон подпёр пальцем подбородок, картинно задумываясь.

— Кстати, тоже вариант.

Я фыркнула, и мы рассмеялись.

— Ты защитил диссертацию?

— Конечно.

— Как-то ты уж очень просто это говоришь, — нерешительно сказала я.

Антон предложил мне руку, и мы вместе двинулись к метро. Прижиматься к нему было ужасно уютно, словно я вдруг вернулась домой. Даже не зная раньше, где он был, этот дом.

… И ещё я окончательно влюбилась. С первого взгляда. До свидания, здравый смысл. Увидимся как-нибудь на выходных. Не забудь полить цветы.

— Искусственный интеллект — мой хлеб с третьего курса, — произнёс Антон. — Это у нас семейное. Отец учился у Пильщикова, так что я вроде как пошёл по стопам.

— И что ты будешь делать со своей новообретённой учёной степенью? Гранты, исследования, статьи, революции, секс на лабораторном столе?

Антон покосился на меня.

— Хм. Хочешь, чтобы я прочитал тебе лекцию?

— Начнёшь забрасывать меня умными терминами — сбегу, — предупредила я. — Я вообще гуманитарий. Диалоги с сурдопереводом, язык жестов, эротический массаж — вот моя специальность.

У Антона был такой вид, словно он едва-едва не поперхнулся.

— Ага. То есть вместо лекции, — чуть сдавленным голосом произнёс он, — будет практическая демонстрация.

— Ты сначала с датой первого поцелуя определись, герой-любовник, — хмыкнула я. — Кстати, у меня вопрос.

Я остановилась посреди площади, вынуждая остановиться и его.

— Если мы сейчас разбежимся безо всякой романтики и разбитых сердец, — произнесла я, — мы нормально допишем проект. Ну, с любовными сценами между Трикстер и её товарищем будет немного неловко, но… мы же можем обойтись без них?

Антон кашлянул.

— Вообще-то проект заявлен в том числе в категории «романтика», если ты помнишь.

— Чёрт, — вздохнула я. — Ну ладно, справлюсь с романтическими сценами сама. Просто велю тебе не подсматривать в процессе. А то как-то уж совсем неудобно выйдет.

Антон с задумчивым видом взял мою руку в свои и загнул один палец.

— Так в чём вопрос, Рэйн?

— Яна.

— «Рэйн» мне нравится больше.

— Рэйн так Рэйн, — покладисто согласилась я. — Так вот, если у нас выйдет хентай, секс, свадьба с базукой в торте и любовь до гроба…

Пальцы Антона на моей руке чуть сжались.

— Рэйн…

— Дослушай. Пусть даже вероятность меньше процента — если это осуществится, любовь и тем более эротику мы вообще напишем без проблем, хихикая и дописывая в списочек всякие невинные уточнения вроде рыболовных сетей и наножников.

— Наножников?

— Ну слушай, есть же наручники! Значит, должны быть и наножники, иначе я так не играю.

— Я не говорю, что их нет, — невозмутимо произнёс Антон, загибая второй палец на моей руке. — Я просто запоминаю твои вкусы.

— Я оглашу тебе весь список, — хмыкнула я.

А потом взглянула на него. Почти отчаянно, я знала.

— Но если мы сейчас попробуем поиграть в романтику, и у нас ничего не получится, — тихо-тихо сказала я, — проект полетит к чертям. И будет очень обидно. Я не слишком откровенна со своими развратными мыслями?

— С развратными мыслями никогда не получится быть слишком откровенными, — серьёзно сказал Антон. — Всегда найдётся кто-нибудь ещё развратнее.

Он загнул третий палец и посмотрел на меня.

— Ты так и не задала свой вопрос.

— А он очень прост, — так же тихо сказала я. — Может быть, стоит просто принять предложение Лены и поехать в паб на девятьсот пятого года? Выпить с народом, поболтать, порадоваться, позволить всем увидеть, что мы уезжаем по отдельности? Может быть, даже пообещать Ромке подумать над «Островом-2»? А потом ты вернёшься в Ростов, мы закончим проект и, ну… дальше будет видно, да?

По лицу Антона скользнула внезапная тень.

— Про второй «Остров» тебе Ромка сказал? — очень спокойно спросил он. — И предложил что-то ещё, правда?

— Я обещала не говорить, — машинально ответила я.

И тут же поняла, что спалилась.

Я вздохнула.

— Я не взяла денег. Я бы лучше сама отдала триста тысяч, чтобы ты с ни с кем больше не писал, кроме меня. Вот честно.

На лицо Антона выплыла улыбка. Совсем мальчишеская.

— Триста тысяч, Рэйн? Так низко меня ценишь?

— Пффф. Я требовала миллион.

— Ну хоть у кого-то в этой компании голова на месте, — вздохнул Антон.

Он медленно, один за другим, загнул на моей левой кисти все оставшиеся пальцы. А потом так же мягко отогнул их обратно и долго смотрел на мою ладонь.

— Читаешь по руке? — не удержалась я.

— Нет, — легко сказал он. — Просто мне нравится её держать.

На мою ладонь упала снежинка. Миг — и её коснулись тёплые губы, вбирая в себя. Я моргнула, неверяще глядя на своего соавтора, который только что таким необычным способом, кажется, поцеловал мне руку.

— Это уже начинаются непристойные приставания?

— Это ответ на твой вопрос. — Антон выпрямился. — Мы идём гулять.

— Куда?

— Для начала — на Красную площадь пешком, как все стеснительные провинциалы. А там что-нибудь придумаем.

На этот раз он не стал предлагать мне руку. Просто сжал мою кисть в своей.

На Арбате я всё-таки запросила пощады. Руки без перчаток начали мёрзнуть, и я подозрительно шмыгнула носом раз и другой.

— Кофе? — с лёгкой насмешкой предложил Антон.

— Ужин, — решительно сказала я. — Двойной. Нет, тройной. Сейчас я начну с хлюпаньем есть спагетти болоньезе и чавкать, а ты будешь умиляться. Горячие спагетти… ммм… крупный натёртый сыр, нежная мясная подлива тает во рту, и рука сама тяняется заказать вторую тарелку. И горячий чай с палочкой корицы и кружком апельсина на десерт. — Я задумалась. — Пожалуй, тирамису? Съедим одно на двоих. Очень чувственные ощущения.