Симона Элькелес - Покидая рай

Кроме того, в этом районе нет других закусочных в радиусе десяти километров.

- Я не знала, что у Линды есть дочь. Сколько тебе лет, Маргарет? - спросила она, игнорируя то, что ее сын сказал, чтобы она, как и все, звала меня Мэгги.

- Мне семнадцать.

- Она только начала свой первый год в старшей школе, - громко объявляет Мистер Рейнолдс, словно его мать глухая, - И она отправляет на учебу в Испанию в январе. Почему бы тебе не присесть и не послушать, как она рассказывает об этом. Я буду позади вас и скажу Ирине, чтобы она приготовила тебе что-то поесть.

- Скажи ей, чтобы она не делала блюда слишком здоровыми, - приказывает миссис Рейнолдс, прежде чем сесть напротив меня. Она осматривает мою тарелку, - Лу, скажи Ирине, чтобы она отрезала мне щедрый кусочек такого же пирога.

Я не думаю, что Мистер Рейнолдс слышал ее последнюю просьбу, или же он просто хотел, чтобы она подумала, что он не слышал.

Пожилая дама кладет свою сумку рядом с собой на стенд, а затем смотрит на меня. Она не улыбается, она не хмуриться. Она наклоняет ее голову, как будто пытается узнать, о чем я думаю.

- И почему же ты так сильно хочешь покинуть Рай? - спрашивает она, словно правда может прочесть мои мысли.

- Просто так, - говорю я, надеясь, что она остановится на этом.

Она цокает языком.

- Если ты не хочешь говорить об этом, то так и скажи. Нет смысла ходить вокруг да около.

Я была занята тем, чтобы содрать весь лак с моих ногтей, но я остановилась и посмотрела на Миссис Рейнолдс.

- Я не хочу говорить об этом.

Пожилая леди хлопает руками.

- Хорошо. Если ты не хочешь говорить об этом, мы не будем говорить об этом.

Единственное, что стоит между мной и этой женщиной, так это пирог, который у меня есть, а она хочет.

И неловкое молчание. Не то, чтобы я хотела быть невежливой, я просто не хочу передавать в словах то, как моя жизнь превращается из одного разочарования в другое. Это как если бы невзгоды следовали за мной, и я была проклята ими. Если бы я только знала, как разрушить это проклятье…

- Я почти уверена, что у тебя есть причины не говорить об этом. Я не могу придумать, что это за причины, но ты, вероятно, перестанешь быть молчаливой и размышлять об этом, а затем выскажешься кому-нибудь, кто не умеет делать что-то лучше, чем слушать.

Я засунула очередной, подцепленный вилкой кусок, и сосредотачиваю свое внимание на солонке на конце стола.

- Тебе нужна солонка? - спрашивает Миссис Рейнолдс, прекрасно зная, что у меня на уме совсем не соль.

- Они аннулировали мою стипендию, - выпалила я, а затем смотрю на пожилую леди, сидящую напротив меня.

У нее нет выражения жалости на лице, как я ожидала. Она выглядит словно бы… Ну, злиться.

- Ну и почему же они решили так сделать?

Я жую и глотаю, и только затем поднимаю взгляд. Миссис Рейнолдс сложила свои маленькие ручки на верхней части стола и внимательно смотрит на меня, ожидая моего ответа.

- Я подала заявку на спортивную стипендию, но теперь я не нахожусь в команде, таким образом, она была отклонена. Я могу поступить, но теперь придется оплачивать обучение, которое мы не можем позволить себе.

Она кивает головой, вздохнув, откидывается назад в кабинке.

- Ясно. Ну, дорогуша, возможно однажды удача улыбнется тебе.

Да, верно. Все, что мне нужно - это немного магической пыли и фея-крестная. Я не держу кулачки для того, чтобы получить что-то из вышесказанного.

Глава 13. Калеб.

- Калеб, я надеюсь, что ты сдал тесты, - кричит моя мама с кухни.

Я мою руки в третий раз за сегодняшний вечер. Весь в краске по самые локти - это следы моего труда на общественных работах. Пожилая пара в главном центре подписалась на это, чтобы иметь кухню, покрашенную в ярко - розовый, соответствующий поддельным розовым розам на их кухонном столе.

- Я старался изо всех сил, - говорю я.

- Будем надеяться, что твои старания были достаточно хороши.

Я сушу руки полотенцем, задаваясь вопросом: когда она прекратит рассматривать меня как незнакомца? Однажды я собираюсь прорубить ее пластмассовый экстерьер. И это «однажды» наступит совсем скоро.

Телефонный звонок. Мама отвечает, затем вручает его мне.

- Это тебя. Это - Дэймон.

Я беру телефон.

- Привет.

- Менеджер из «Надежного гвоздя» сказал, что ты опоздал.

Вот дерьмо.

- Я должен был остаться после школы, потому что…

- Я уже слышал все это, не трать свое дыхание, - рявкнул он, резко оборвав меня. - Нулевая терпимость. Ходишь на общественные работы вовремя. Периодически. Понял?

Я понял его.

- Все это идет в твою папку, Калеб. Я могу подать петицию судье, чтобы он отправил тебя обратно в ДИПДН. Еще раз поставишь меня в неудобное положение, и я сделаю это…

Он по-прежнему ворчит, но я слишком зол, чтобы слушать.

- … Я сказал тебе быть образцовым гражданином и быть вовремя на работе. Ты подводишь меня. Не позволяйте этому произойти вновь.

- Это была не моя вина, - спорю я.

- Если бы мне давали десять центов всякий раз, когда я слышу эти слова, я стал бы уже миллионером. Человек, строго соблюдающий правила. Ясно.

- Я понимаю, Деймон. Четко и ясно.

- Хорошо. Я свяжусь с тобой завтра, - говорит он, затем вешает трубку.

Когда я положил телефон, я понял: что мама слышала половину разговора. Она уставилась на меня, но в ее глазах пустота, как будто она не здесь.

- Все в порядке?

- Да, - говорю я. Просто замечательно.

- Хорошо, - она хватает свой кошелек с дивана, - я в продуктовый магазин.

Я собираюсь испечь свои «Блистательные Спагетти» на Осенний Фестиваль, который состоится в субботу вечером.

Мама всегда добровольно участвует в этом дерьме. Полагаю, она любит внимание. Ее «Блистательные Спагетти» выигрывают, как лучший рецепт в номинации «Помощник Леди», каждый год. Она даже получает награды, аккуратно сложенные на обшивке в гостиной.

Мама хлопает дверью в ее обычной манере под названием “шквал хаоса”.

- Она с прибабахом, ты же знаешь, - говорит Лия с кухни.

Сегодня моя сестра надела черные джинсы с цепями, идущими от них. Конец одной из цепей присоединяется к одной из штанин, а другой конец - к другой.

Как она может ходить в этом?

Я наблюдал за тем, как мама съезжает с подъездной аллеи прямо в тот момент, когда я смотрел в окно.

- Расскажи мне об этом.

- Ты думаешь, что хоть что-то снова станет нормальным? - спросила Лия, ее голос переполнен надеждой.

- Все будет еще лучше, - я собираюсь потратить свои дни на попытки, начав прямо сейчас с сестры. Она собиралась вернуться в кухню, но я выпалил: