Как приручить училку - Ульяна Николаевна Романова

была такая приличная нитакуся, мы бы с тобой уже столько времени наслаждались жизнью. Вообще, Родионовна, твои установки на тему правильности и «что скажут люди» тебе же самой усложняют жизнь, – авторитетно говорил он.

– Барсов, сейчас я тебе кое-что скажу, но ты не обижайся. Я понимаю, что это может сломать твое представление о реальности и здорово ударить по твоей самооценке, но ты сильный, ты выдержишь! Понимаешь, Ринат, так бывает, что женщина может тебя не хотеть. Смирись с этим.

Я похлопала его по плечу и гордо удалилась в спальню с маминым спортивным костюмом.

– Тебе понравилось целоваться! – крикнул он мне в спину.

– Это было приятно, но, знаешь, искры не случилось, – соврала я.

Искра, конечно, была, а я почти позорно сдалась там, в коридоре, но я была слишком уязвима перед обстоятельствами. Сказался стресс, и нервная система просто переключила мое внимание на животные инстинкты. Да! Так и было!

– Врешь ты все, училка! – обиженно протянул Ринат, пока я наспех переодевалась.

– Зря не веришь. Кто, кроме меня, может сказать тебе правду? – прокряхтела я, стягивая джинсы.

– Именно ты, Арина, врушка. Но знай, что рано или поздно ты моя будешь. Искры ей не хватило, ага. Я поверил. Именно так без искры и целуются, как мы с тобой.

– Мы были в стрессовой ситуации, это инстинкты, – отмахнулась я, – так защищается психика.

– Три ха-ха! Ладно, Родионовна, раз ты возбуждаешься только в стрессовой ситуации, я тебе помогу.

Я выскочила из спальни, на ходу натягивая футболку и бледнея. Посмотрела на Рината, а тот скривился, скрипнул зубами и вздохнул:

– Еды нет!

– Зараза ты! – не выдержала я. – Нельзя же так пугать!..

– Я не пугаю, а переживаю о пище телесной. Давай доставку закажем? Сварганишь ужин, а я тут уборкой займусь и починкой.

– А ты умеешь? – засомневалась я.

– Плевое дело, – легко махнул он рукой.

– Ладно, сейчас закажу, – закивала я и полезла за телефоном.

Встретилась взглядом с Ринатом и медленно его убрала.

– Умница. Еще раз предложишь заплатить за что-то в моем присутствии – посчитаю это стрессовой ситуацией и так возбужусь, что не отвертишься, – пригрозил он.

– Ринат, мы воду перекрывали, нужно как-то ее открыть обратно, – робко попросила я.

– Понял, – согласился он, что-то тыча на экране мобильного.

– И газ еще. И стиральную машину подключить, чтобы постельное белье постирать, иначе придется спать на пыльном.

– Да сделаю я тебе все, погодь. Есть хочу так, что переночевать негде.

– Ладно, – выдохнула я, разглядывая его.

Старые папины вещи были ему по размеру, вот только в росте отец немного уступал Ринату. Барсов был почти богатырь, я едва доставала ему до плеча.

– Все, – он поднял голову. – Где у тебя инструменты? Начнем, пожалуй, с воды…

Глава 11

Ринат

Нельзя быть такой красивой. Я считаю, что это преступление – быть такой привлекательной и не быть моей.

Идея-фикс, да! Но ничего не могу с собой поделать. Будила она во мне кого-то слегка пришибленного и немного блаженного. Такие в древней Руси зимой босые с заборов прогноз погоды орали, а сейчас на Родионовну пялятся. Мозг она мне отключала, зато инстинкты включала на полную мощность. И что-то еще…

В груди…

Там, где сердце…

Я сделал заказ, убрал телефон и уставился на бывшую училку, которая растеряла весь свой флер важности и высокомерия и выглядела как нормальная женщина. Слегка растерянная только. И такая уютная, что захотелось к груди прижать, согреть, на ухо ей что-то прошептать.

– Кран, – напомнила Арина, – ящик с инструментами под ванной.

Я молча развернулся, ушел в прихожую, нашел выключатель, включил свет, зашел в ванную комнату, нашел трубы, провернул вентили и открыл кран, взглядом показывая Родионовне, что вот она – вода.

– Да будет свет, сказал электрик и перерезал провода, – прокомментировал я свои действия.

– Слава богу, – облегченно выдохнула Родионовна, – я думала, ты не умеешь.

Сейчас обидно стало. Немного, но стало!

– Родионовна, я тебе сегодня уже говорил, что твои установки устарели. Я для тебя кто?

– Ты для меня болтун! И мажор.

– Мажор, – глаза закатились сами собой, – я, Арина Родионовна, не мажор. И родился я не в богатой семье, лет до четырнадцати рос как все.

– А потом?

– А потом батя с дядькой в большой бизнес ворвались и всех в сфере строительства нагнули, – подмигнул я. – И вообще, я нормальный, а не то, что ты там себе напридумывала.

В дверь позвонили: это оказался курьер. Я отнес продукты на кухню и молитвенно воззвал:

– Родионовна, еды!

– Хорошо, только газ включи.

Проделал ту же манипуляцию с вентилем, что и в ванной, проверил конфорку и весело полюбопытствовал:

– Что бы ты без меня делала?

– Пользовалась бы «Гуглом», – задрала она нос.

– Я, Родионовна, лучше «Гугла». Функций больше. Да и нервно это – самой все делать, стрессово, так сказать… А возбуждаться в компании «Гугла» скучновато, ты не находишь?

– Барсов! – топнула ногой моя училка, а я поднял ладони вверх:

– Пошел машинку тебе подключать.

– Будь любезен, – согласилась Арина, зло сверкая глазами.

Не женщина, а неприступная крепость, которую даже измором не взять! Где я так нагрешил? Где?

Да, у меня было много женщин! Да, в обществе таких, как я, принято называть бабниками, ловеласами и казановами, но я никого не принуждал! Все было по обоюдному согласию, к обоюдному удовлетворению, и никто никому ничего не обещал. Да и женщины всегда были довольны, расставаться я тоже умел красиво. А количество… Спишем на опыт и возраст. Имел право. Постоянной спутницы у меня не было, да и не хотелось особо.

А этой и танцы с бубнами, и воду подключил, и даже неожиданное спасение со спецэффектом и грузинским феем организовал, а она даже не впечатлилась!

Мажор я, ага. Слово такое дурацкое. Почти как оскорбление. Не мажор я, а заместитель генерального директора Барсова Эмиля Багратовича, моего родного и любимого дядюшки, с которым не забалуешь особо – так на работе припахивает, что я бомжам спящим на лавках иногда завидую черной завистью, потому что у них есть время спать, а я, как негр на плантациях, от забора до следующей зари пашу.

А мажор – это что-то на ленивом. И явно не про меня.

Когда я умудрился в ее глазах заработать себе такую хреновую репутацию лентяя и дармоеда?

Ладно, стиральная машинка… И вот в этом образовался затык, потому что стиральные машинки я никогда в жизни не подключал.

И чтобы к общему списку моих «достоинств» Арина не приписала еще и «лох безрукий», пришлось импровизировать.

Посмотрев