Фиктивная жена авторитета - Адалин Черно

сказать. Убеждать маму, что все было и в порядке? Вряд ли это хорошая идея.

— Но Амина…

— Ее ищут. Если ты выйдешь, быстрее она не найдется.

Я киваю, словно хоть что-то понимаю и согласна, хотя на самом деле до меня трудно сейчас доходит смысл всех слов. Я словно теряюсь. Нахожу мобильный среди вороха одеял, нахожу номер подруги и набираю. Не знаю, что думала услышать, но там абонент вне зоны. Ожидаемо, учитывая то, что сказала мама.

— Она ничего тебе не говорила? — неожиданно спрашивает, глядя на меня из-под накрашенных длинных ресниц.

Мама даже макияж смыть после праздника не успела. Впрочем, как и переодеться. Это мы ушли одними из первых, а родители — в числе последних.

— Я не понимаю, — хмурюсь, действительно не соображая, что хочет сказать мама.

— Кое-кто из гостей видел, как Амина села в автомобиль. Сама. Ее отец твердит, что это похищение, но слухи разносятся быстро. Многие начинают шептаться о побеге, но…

— Амина не могла, — уверенно мотаю головой. — Нет, это исключено. Если бы она собиралась сбежать — она бы сказала мне.

— Ох, дочка… — сетует мама. — Как плохо ты знаешь людей.

— Нет, мама. Амина — моя близкая подруга. Она бы ни за что…

Осекаюсь, вдруг вспоминая странные звонки, которые поступали ей на телефон и на которые она никогда не отвечала, отчего я их и охарактеризовала странными. Раньше не было ни одного звонка, который бы Амина сбросила, а тут… бывало, что один за одним, но эти мысли я держу при себе. Не хватало еще подлить масла в огонь. Я уверена, точно знаю, что она бы ни стала. Ни за что на свете. Да и зачем ей сбегать? Она всегда была довольна жизнью, учебой, даже правилами, которым я часто возмущалась, Амина радовалась, а тут побег?

— Нет, мам… — повторяю еще раз. — Этого не может быть. Ее украли и точка.

— Но видели…

— Значит, ей угрожали, запугивали. Она бы ни за что.

Мама кивает, но как-то неуверенно. Вроде бы и соглашается, но в то же время сомневается в сказанном мною.

Это задевает, потому что у нас с мамой никогда не было секретов друг от друга. Я всегда рассказывала ей, когда что-то натворила, делилась наболевшим. Рустам — единственное, что я от нее скрыла, но теперь и это ей известно. Так что когда она поджимает губы, словно не верит, это задевает что-то глубоко внутри.

— Ладно, отдыхай, — мама начинает суетливо идти к двери, но я ее останавливаю.

Боюсь до дрожи оставаться сейчас в одиночестве, без новостей.

— Дария… — мама мотает головой.

Не может остаться?

— Я и так сделала исключение, придя к тебе. Остаться не могу и не проси. Но если что-нибудь узнаю — позвоню тебе, хорошо?

Я киваю, но все же отпускаю маму, скрепя сердце. Страшно. А как только она покидает номер, становится еще страшнее. Амина села к кому-то в машину, самостоятельно, без разрешения родителей. Разве такое возможно? Я уверена, что нет и мне хочется прямо сейчас одеться и пойти всем доказывать, что это так. И тем, кто распускает слухи о том, что якобы видел, закрыть рты.

Не в силах сидеть, сложа руки, набираю номер подруги раз за разом. Следом — захожу на страницу социальной сети, но там — ничего нового. Она была в сети еще днем. Так странно. Вот был человек, публиковал фотографии, писал интересные посты и изредка выкладывал сторис, а вот и след его простыл. Ничего нового, никаких обновлений. Как часто такое происходит в социальных сетях и как часто хоть кто-то из подписчиков интересуется судьбой человека, за которым наблюдали, если это не какая-то известная личность? Кажется, что никто. По крайней мере, на странице Амины ни единого слова о похищении, все спокойно и даже никто не спрашивает, куда она делась, а ведь обычно Амина не пропадает и часто что-то выкладывает.

Не знаю, как доживаю до момента, когда дверь номера открывается и на пороге появляется Рустам. Удивленно вскинув брови при виде меня, сидящей с распущенными нерасчесанными волосами на кровати, он направляется в ванную. Через несколько минут я слышу, как оттуда доносится шум воды, а спустя еще минут десять Рустам выходит из ванной в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер.

Я отворачиваюсь. Это так странно. У нас была брачная ночь, а я до сих пор его стыжусь.

— Ты уже знаешь? — решаюсь нарушить тишину, когда понимаю, что он не собирается со мной разговаривать.

Я бы после всего, что произошло, тоже не произнесла ни слова, но Амина — моя близкая подруга, а Рустам мог бы помочь в ее поисках.

— Ты знаешь о похищении Амины?

Рустам морщится, снимает с вешалки свежую рубашку, оставленную здесь заранее.

— С чего ты взяла, что она сбежала?

— А с чего вы взяли, что это не так?! — восклицаю. — Только потому что кто-то там видел…

— Ее видела моя мать, Дария, — резко осекает Рустам, прибивая к месту взглядом.

Я замолкаю. Не знаю, чем крыть. Одно дело защищать подругу, когда ее пытается оклеветать кто-то незнакомый и другой дело — мать Рустама. Моя свекровь. Женщина, которая сегодня по-доброму отнеслась ко мне и наговорила столько приятных слов, как никто другой.

— Ты хоть знаешь, к кому в машину она села, Дария?

Я сглатываю. Во рту пересыхает, словно в пустыне. Закусив внутреннюю сторону щеки, жду ответа, заведомо зная, что ничего хорошего не услышу.

Глава 18

— Это важно?! — спрашиваю в сердцах.

Слишком громко и нетерпеливо. Фамилия Абдулова, которую минутой ранее назвал Рустам мне ни о чем не говорит. Кто этот человек и что я должна почувствовать, услышав его имя? Страх? Понимание, что ему можно похищать людей?

— Это пиздец, как важно, Дария. Абдулов не забирает женщин просто так, обычно только тех, кто ему понравился и часто — надолго, пока не наиграется.

О том, что именно имеет в виду Рустам под «наиграется» даже представлять не хочу. И все равно не могу об этом думать. Нервничаю, заламываю руки, растерянно хожу по комнате отеля, не в силах сидеть на месте.

Амина всегда мечтала о счастливой семье, верном муже и нескольких детишках. Это я не думала о браке, не планировала скоро