Опер. В плену у судьбы - Ольга Которова

– Только не говори, будто любишь этого психа. Ты вообще в курсе, что после твоего побега он актрису нанял, похожую на тебя? А чтобы схожесть была стопроцентная, ей каждый день грим наносят. Она пользуется твоими духами и всякими женскими штучками, чтобы от неё так же пахло. Одежду твою носит и в доме твоём живет, – выпалил Звягинцев буквально на одном дыхании. И замолчал, заметив, каким ошарашенным взглядом смотрит на него Лена, не веря своим ушам.

– Ты сейчас серьёзно?

– А я когда-то тебе врал? Почему ты от него сбежала? Он бил тебя, унижал, сажал в подвал и голодом морил? Что из этого правда?

Лена усмехнулась.

– Он любил меня и продолжает любить, – тихо ответила она.

– Неужели веришь в это? От того, кто любит, не сбегают.

– Ты не знаешь его так, как я. Кирилл за всё время наших с ним отношений не бил меня, не унижал, и я уверена, что никогда бы не причинил мне физической боли. Он делал больно по-другому, используя свои способности профессионального психолога, отличника, закончившего институт с красным дипломом. После нашего знакомства он мне на следующий день в любви признался, и мы больше не расставались. Только вот я не знала, что его любовь – это неизлечимый диагноз. Как думаешь, почему Попов так быстро добился успеха в бизнесе? – она на мгновение замолчала, внимательно всматриваясь в потемневшие изумрудные глаза Альберта, а потом снова заговорила: – Всё очень просто. Он умеет быстро и качественно находить в человеке больную точку и медленно, но уверенно на неё давит. Так случалось с каждым, кто был с ним не согласен. Это случилось и со мной. Он ужасно ревновал ко всем. В буквальном смысле. С его подачи мне пришлось уволиться с работы. А когда ему показалось, что я посмотрела с интересом на какого-то там мужика, он запер меня в одиночной палате в психушке. Знаешь, что это? Нет? И лучше не знай. Две недели я жила в четырех стенах, как долбаный псих, которого все боятся. Со мной никто не говорил, даже еду через окошко подавали. Каждый день я бродила из угла в угол и от одиночества и бессилия просто сходила с ума. Он хотел показать мне, что со мной сделает, если хоть ещё раз посмотрю на кого-то, кроме него. Хотел показать грань между заточением и свободой. И знаешь что? Я приняла этот урок. После, когда вернулась к нормальной жизни, смотрела только в пол и поднимала глаза лишь на мужа. Не видела, какого цвета деревья или стены домов, когда проходима мимо них. Не видела лица людей. Я ничего не видела, кроме пола и асфальта, по которому ходила. И это безумно страшно. Но всему, как оказалось, есть конец. Мы с Кириллом однажды пришли в магазин, он куда-то отошёл, а я вино выбирала. И ко мне консультант подошёл. Это был молодой парень, просто делающий свою работу. Но тут, словно из ниоткуда, появился Кирилл. Ему не понравилось то, как консультант на меня смотрит, как улыбается. И он от ревности избил его. Парня чудом спасли, – Лена судорожно сглотнула и снова замолчала. Но в итоге нашла силы продолжить: – Вот это и был для меня тот конец, то осознание, когда остатки гордости поднялись, и я решила бежать. Просто поняла, что рано или поздно могу оказаться на месте этого парня. У меня одноклассник – бывший программист, ранее несколько лет отсидевший за подделку документов. Я обратилась к нему. Сгребла всю наличку в доме. Он помог мне сделать новые документы, нашёл людей, которые инсценировали аварию, и я сбежала. Только вот иногда чувствовала, что за мной следят. Пару раз даже вычисляла таких наблюдателей, и в тот же момент собирала чемодан, если успевала, и бежала. Я знаю – Попов не остановится, он пойдёт до конца. Он вернёт меня. И я боюсь, что пострадаешь ты.

Лена замолчала. По её щекам тонкой струйкой стекали слезы воспоминаний. Так странно… хорошее мозг забывает намного быстрее, чем плохое, которое хочешь оставить в прошлом навсегда.

– Не бойся, слышишь? – раздался над головой девушки твёрдый и уверенный голос Звягинцева. – Посмотри на меня, красивая, – он обхватил пальцами её подбородок и приподнял голову.

Лена подчинилась, посмотрела в его изумрудные глаза, которые сейчас приобрели тёмно-болотный оттенок.

– Я сделаю всё, чтобы он тебя не тронул. Слышишь? Дай мне время, я со всем разберусь. Только ты должна меня слушать. Поняла, красивая?

Он улыбнулся, открывая вид на жемчужно-белые зубы, и Лене показалось, что всё обещанное он исполнит. Только вот страх никак не отступал. А внутри росло чувство тревоги и ожидания чего-то нехорошего.

Глава 7

Звягинцев ушёл на работу, оставив Лену наедине с мыслями, жужжащими в голове, словно рой пчёл, и не дающими покоя. Девушке вдруг безумно захотелось, как в детстве, разреветься и прибежать к маме, которая спрячет её в своих крепких и тёплых объятиях и укроет от всего мира. Но, к сожалению, она уже большая девочка, и успокаивать себя придётся самой. Как и решать проблемы.

Ещё вчера Лена думала, что сегодня прогуляется по магазинам и прикупит что-нибудь из одежды. Давно она уже не баловала себя, тем более если Звягинцев платит. Почему бы и нет? Но после утреннего инцидента с цветами и запиской уже никуда не хотелось.

Весь день Лена так и провела дома, ходя из угла в угол и думая, как же всё-таки ей быть. Да, Альберт обещал её защитить, но надолго ли хватит его защиты? Рано или поздно он наиграется в спасителя, и они разойдутся, как в море корабли. И всё, Лена останется одна. Кто тогда её спасёт от мужа?

Не хотелось думать о будущем. Хотелось жить здесь и сейчас, но вот только это не получалось. Промаявшись целый день от безделья, она легла спать, не дожидаясь прихода Звягинцева.

Крепкий сон нарушило чьё–то присутствие. Кровать рядом прогнулась, и Лену обняли сильные руки. Она не стала возмущаться и напрасно тревожиться, ведь Альберт сейчас может всё что угодно делать с её телом. Тут же вспомнился утренний поцелуй, который мог бы перейти во что-то большее. И перешёл бы, но их прервали. В тот момент она была согласна на всё. Звягинцев, определенно, ей нравился, пусть характер у него и оставлял желать лучшего. Да и физиология берёт своё.

Крепкая мужская ладонь легла на бедро и скользнула вверх,