Клеймо на душе - Ольга Вадимовна Горовая

в разгаре, но у того вечером еще были подготовительные курсы в университет, и они все понимали. Он сразу предупредил.

— Доберется, не волнуйся. Я проведу, если что, — пообещал Санек, вновь материализовавшись у нее перед глазами с тем же стаканчиком. — Давай, Ким. Бокал примирения. Признаю, что был неправ. И за нашу победу! — парень таки всучил ей бокал в руку, пока Ким желала удачи Витале на занятиях. — Ты нереально крута, лучшая! За нас! Мы — чемпионы!! — и он поднял такой же стаканчик.

— W-е-e are the champions!! — дружно и со смехом затянули в голос все ребята, поддержав тост.

Ну и Ким решила, что можно немного себе позволить. В конце концов, они действительно сегодня молодцы! Да и зачем из компании выбиваться? Всем же весело!

— Ким, тут этот… твой… брат пришел! — девчонка, которая открыла дверь, смерила Дана весьма заинтересованным взглядом с ног до головы (да, он часто такие взгляды на себе ловил и посыл считывал) и отступила в сторону. Но его в данный момент это вовсе не интересовало. А вот малая…

Юля появилась на пороге, вынырнув из-за плеча подруги с таким удивленным, но при этом и недоверчиво-счастливым выражением лица, что он опешил на секунду.

А вот потом…

То, что с Ким что-то не так, Дан понял моментально. С первого взгляда.

И как-то напряженно застыл, всматриваясь с лицо «сестренки».

— Дан! — тем временем восторженно выдохнула Ким и… не то чтобы в их обычае, вообще-то, повисла у него на шее.

Он немного офигел, если честно. Но подхватил одной рукой за талию, которую теперь под любой толстовкой обнаружит и в полной темноте.

— Ты видел, как я танцевала, Дан?! — несмотря на то, что уцепилась за него, Ким вдруг повело в сторону.

Причем ощутимо.

— Воу-воу! Полегче, девочка, — он крепче обнял ее, причем, сам завалился в бок, спасибо, стена коридора подстраховала обоих. При этом внимательно продолжал смотреть в лицо девушки. — Видел. И честно пришел приносить извинения. Ты потрясающе танцуешь. Я был не прав, извини, что палки в колеса перед тренировками ставил. Мир? — он протянул ей второй рукой огромный букет из красных роз. — Попробуем заново начать общаться? — подмигнул Дан.

И все классно вроде. И она задохнулась от восторга.

Но, черт, напрягало что-то.

— Мир! — рассмеялась Юля, повиснув у него на руках, словно у нее ноги подломились. — Я знала, что тебе понравится! Блин! Я так старалась! Для тебя… У меня сегодня самый лучший день! — тихо рассмеялась она, попытавшись взять эти цветы. — Два золота! И ты тут… — уткнулась носом в розы, которые он еле нашел, объехав два цветочных.

И только тут Богдан заметил, что она держит какой-то стаканчик, в котором, похоже, было шампанское.

Так, ясно. Празднует.

Дан ухмыльнулся, почему-то ощутив себя каким-то слишком умудренным и снисходительным к слабостям «молодежи». Не собирался ее упрекать, имеет право, реально выложилась по полной. Только вот…

— Юля, детка, ты сколько выпила? — расплылся в усмешке Дан, все-таки покрепче перехватив ее за пояс.

Девчонку ощутимо «штормило», будто ноги не держали совсем.

— Ким! — позвал ее какой-то парень из глубины комнаты сквозь взрывы смеха. — Иди к нам! Я обещал Витале, что о тебе позабочусь! Давай, пузырьки освежу, — но Юля даже не обернулась.

А вот Дану что-то не понравилось в этом окрике. Как и в саркастичных интонациях парня… Возможно, слишком ему знакомых по себе самому. Потому ли Дан крепче сжал руку, которой поддерживал Юлю?

— Немного, — глянула на него распахнутыми глазами она. Чуть свела брови, словно бы силилась вспомнить. — Два или три глотка. Это первый стаканчик, — она помахала у него перед лицом выпивкой, опасно накренив тару и чуть не расплескав остатки шампанского.

— Ты уверена? — недоверчиво переспросил он.

Во всей этой ситуации Дана нечто все больше нервировало. А он не понимал, что? Да и не привык быть ответственным или серьезным. Но сейчас именно так и ощутил себя — отвечающим за нее.

— Да! — она смотрела на него поверх цветов совершенно честными и вдрызг пьяными глазами. Даже какими-то расфокусированными… — Наверное, от счастья и эйфории в голову сильнее ударило…

Он сомневался, что именно от счастья. Особенно сейчас, когда у Ким вдруг начала речь сбиваться, будто язык заплетается. А ведь она больше не пила. Но как будто сильнее просто на его глазах пьянела.

И тут из-за двери появился какой-то парень.

Дан того видел во время танца. Из группы Юльки. И Богдану совсем не понравился взгляд, которым парень глянул на него самого.

— Ким, приняла поздравления, и пошли назад. Возвращайся в коллектив праздновать! — парень сходу плеснул еще выпивки в стаканчик, который Юля так и держала одной рукой.

Действительно шампанское. Не супер дорогое. Но и не полная лабуда. Вообще непонятно тогда, с чего ее так развезло, что девчонка уже не стоит, висит на руках Дана, и с каким-то затуманенным, растерянным испугом ему же в глаза и смотрит.

— Думаю, она напраздновалась уже. Мы домой едем, да, малая? — неожиданно и для себя, решительно и грубовато отрезал Богдан, забрав у Юльки стакан и всучив тот в руки этому парню.

— Эй! Не будь занудой! Дай девочке погулять! — возмутился пацан, но Дан на него так зыркнул, что тот заткнулся мигом.

Подхватил Ким уже двумя руками, потому как понял, что она не в состоянии нормально тело держать. Да ну мля! Не может так от трех глотков штормить! Даже если ничего не ел перед этим! И прищуренный, трезвый, недовольный взгляд парня…

Вот просто нутром Дан чувствовал, что тот как раз каким-то боком имеет к этому отношение!

— Д-да… — как-то слабо выдохнула Юля, обмякнув у него на груди. — Домой… Дан?! — она вдруг вцепилась в его свитер под распахнутой курткой, даже немного царапнув.

— Ну, как знаете, — фыркнул парень, кажется, весьма недовольный таким поворотом, но и спорить под внимательным прищуренным взглядом Богдана не стал.

Развернулся, хлопнув дверью раздевалки, словно торопился скрыться.

Блин! Зря Генке позволил уехать. Одному не разорваться. А состояние девчонки тревожило больше, чем непонятки с поведением пацана.

— Что, малая? — ему почему-то не хотелось заходить в эту комнату, хоть и понимал, что там ее вещи, наверное. Появилось какое-то непривычное, несвойственное ему желание, как можно скорее довезти Юльку домой, подальше от этих…

— Мне плохо… — она вцепилась в эти цветы, будто в надежную опору.

И побледнела. Ее действительно шатало. Он видел.

— Так, где твой телефон? — отрывисто уточнил Дан, начав с чего-то нервничать.

— Тут, в кофте… — она слабо провела рукой по боку своей любимой толстовки.

А он-то поначалу расстроился