Вещи, которые я хотела сказать (но не сказала) - Моника Мерфи

Он создал впечатление, что я путаюсь с его отцом, хотя я даже не встречалась с этим человеком. Для меня он скорее миф. Вымышленный персонаж, который сыграл определенную роль в моей жизни, даже не познакомившись со мной по-настоящему.

Теперь Уит предполагает, что я переспала с его отцом, чтобы обеспечить себе место здесь, в Ланкастерской подготовительной школе. Неужели он действительно верит, что я могла опуститься так низко, что смогла переспать с человеком, у которого был многолетний роман с моей собственной матерью? Я не могу уложить в голове этот ход мыслей.

Когда дело доходит до Уита, есть много вещей, которые я не могу понять.

5 глава

Саммер

– Убирайся нахуй с моего пути, - рычит на меня парень, прежде чем оттолкнуть меня в сторону. Мое плечо натыкается на стену, заставляя меня вздрогнуть, но он даже не потрудился посмотреть в мою сторону. Он просто продолжает идти, давая пять другому парню, когда тот приближается к нему. Они оглядываются на меня через плечо и смеются, прежде чем уйти.

Это моя жизнь. Последние три недели я подвергаюсь полному остракизму. Я превратилась в боксерскую грушу для всех в Ланкастере, и хотя я просто терплю все это время, грубые комментарии, шепот, когда я прохожу мимо них, взгляды, наполненные неприязнью. Все это становится чересчур, и я близка к тому, что скоро взорвусь.

Поначалу все было примерно так же. Они продолжали игнорировать меня. Притворялись, что меня не существует. Даже преподавательский состав начал понимать, что делают студенты. Если бы у нас был групповой проект, они бы не включили меня в него. Когда учитель называл мое имя, один из них говорил обо мне, как будто меня не существовало.

Я не стоила того, чтобы существовать в глазах Уита, а значит, я не стоила этого и в глазах всех остальных.

Через некоторое время учителя вообще перестали ко мне обращаться.

Только на прошлой неделе это приняло полунасильственный оборот. И каждый раз, когда что-то происходит, каждый раз, когда кто-то вступает со мной в физический контакт, я в конце концов вижу их смотрящими на Уита, как будто им нужно его одобрение за хорошо выполненную работу.

Это отвратительно. Он самый большой хулиган в этой школе, но ему и пальцем не нужно шевелить. Он просто заставляет всех остальных выполнять его приказы и обращаться со мной как с абсолютным дерьмом.

Обед только начался, и я направляюсь в обеденный зал. Ни одна другая девушка в этой комнате не бросает сочувственных взглядов или шепчет "Привет". Все они считают меня врагом. Младшеклассники боятся общаться со мной из-за страха, что с ними тоже будут плохо обращаться. У меня здесь нет союзников. Даже Сильви полностью исчезла. Я не видела ее в кампусе последние шесть недель, с первого дня учебы.

Я пробираюсь к очереди, рассматривая готовые бутерброды в холодильнике. Я должна взять один. Я могу съесть половину сейчас, а остальное оставлю на ужин. Таким образом, мне не придется покидать свою комнату до конца дня.

Жалко, но это правда. Моя комната - моя единственная передышка. Это место, где я провожу большую часть своего времени, за исключением тех случаев, когда я выхожу ранним вечером и бегаю трусцой по тропинкам, ведущим к океану. Администрация уже предупредила девушек, чтобы они не выходили на улицу после пяти. Солнце садится все раньше и раньше, леса, окружающие пляж, темнеют, и они не хотят, чтобы с нами что-нибудь случилось.

Я бросаю вызов этому правилу. Со мной так ужасно обращаются в школьные часы, что вечернее время - мое единственное прибежище, и я не позволю им отнять его у меня. Это единственный момент, когда я чувствую себя по-настоящему умиротворенной, слушая музыку в своих наушниках, теряясь в ритме своих ног, стучащих по земле. До недавнего времени я никогда не понимала кайфа бегуна. Теперь я чувствую, что гоняюсь за этим чувством при каждом удобном случае.

Я беру сэндвич, маленький пакетик чипсов и воду, и становлюсь в очередь. Они обсуждают меня, но никто не обращается непосредственно ко мне.

– Я слышала, что она встречается с парнями после отбоя, - шепчет девушка своим друзьям, которые стоят позади меня.

– Какими парнями?

– Уит. Эллиот. Спенсер и Чед, - говорит девушка. – Она проводит их тайком в свою комнату

– Верно, потому что у нее одноместная комната, и ей не с кем иметь дело.

– Уит - тот, у кого люкс. Я слышала, они все встречаются в его комнате, - говорит кто-то еще.

Они говорят обо мне.

– Неважно. Все, что я знаю, это то, что они трахают ее по очереди. Или ее трахает один, в то время как другому она делает минет. Как будто это одна гигантская оргия, прямо из порно. Фу. - Все они неловко смеются.  – Это так отвратительно.

Гнев закручивается спиралью у меня внутри, но я подавляю его. Они могут говорить все, что хотят. Я знаю, что это неправда.

– Я слышала, что она постоянно сосет у отца Уита. Так она платит за свое обучение, - говорит одна из других девушек.

– Отвратительно! Он старый человек.

– Ничего удивительного какая мать, такая и дочь.

Я делаю шаг вперед, проглатывая свои слова. Кассирша тянет целую вечность, болтая со всеми о пустяках, на ее лице сияет огромная улыбка. Разве она не может просто делать свою работу и поддерживать линию в движении?

– Оооо, может быть, они делят ее. Может быть, у них секс втроем с отцом Уита, - визжит еще одна из девушек, прямо перед тем, как все начинают смеяться.

Я больше не могу этого выносить.

Обернувшись, я свирепо смотрю на них. Они знали, что я все это время стояла за ними, вот почему они сказали все в первую очередь, но они не ожидали, что я отреагирую. Обычно я никогда этого не делаю. Это первый раз, когда я публично защищаю себя.

Их смех медленно затихает, и они смотрят на меня в ответ, ожидая.

– Вы все отвратительны, - говорю я.

– По крайней мере, я не трахаюсь с чьим-то папочкой, чтобы сохранить свое место в этой школе, - насмехается одна из них. Она красивая, но  подлая, как змея. Одна из прихвостней Уита.

– По крайней мере, я не пускаю слюни на член Уита Ланкастера, отчаянно желая попробовать его на вкус,